Агент 0.01‰

Шадрин Олег

Так оно и вышло. Пацаны потом долго не могли отойти от поездки.

– Ты правильно, Батумыч, сделал, что не поехал с нами, – похвалил пенсионера Люлипупенко, – как в воду смотрел. Страху натерпелись за то время. По самое не хочу!

«Не видишь ты людей, паря», – удовлетворенно подумал Малярчук.

«Мы монтажники, не плотники, да!»

А тем временем Всевин мозг внезапно взорвался еще одним событием прошлого, тесно связанного с настоящим.

В дни очередной отсидки (Всева уже сбился с их

счета), в этот раз в спецтюрьме американской базы Гуантанамо на Кубе в самом начале семидесятых Малярчук научился мастерски паять транзисторы и микросхемы. Там он бесплатно работал монтажником у «IBM», паял на коленке платы к компьютерам. Ручная работа, зато и качество соответствующее. Сам глава корпорации премией отметил его профессиональную работу. Прислал ящик «Кока Колы» и надкусанных секретаршами яблок (будущий символ «Apple»).

Правда, до Малярчука посылка не дошла, содержимое выпили и им же закусили охранники.

Обозленный на такую непруху, вояк и тропические ураганы Малярчук решил любой ценой бежать. С третьей попытки ему это удалось. Воспользовался природной хитростью: когда в очередной раз начальник гарнизона пригласил его поднастроить антенну, сбитую тропическим штормом, кои регулярно случались в этих местах, Всева прижег его пупок паяльником насквозь, а затем безвольного запоил до усмерти «Фантой» вместе с его женами и наложницами. После чего бросился в атлантические воды с куском поролона, вырванного из матраса того же персонажа. Течение подхватило Малярчука, и неожиданно фортуна улыбнулась ему: он прибился к международной экспедиции Тура Хеейрдала по пересечению Атлантики на папирусной лодке «Ра II». Здесь, на суденышке, он великолепно заменил одного из мореплавателей (тот после небольшой словесной перепалки пошел на дно, к акулам).

Вот и Барбадос, а там уже и до родины рукой подать.

По возвращении с кратковременного отдыха в подмосковном пансионате Звенигорода руководство Центра поручило Малярчуку организовать контакт с инопланетянами. Впрочем, он сам вызвался, хотел побыстрее забыть позорное пленение. Но в то время попытки такого рода заканчивались безрезультатно – давала знать недостаточная радиоэлементная база для налаживания приемопередатчиков: ионисторы были в сильном дефиците даже у спекулянтов на Одесском Привозе.

Между тем приключилась другая беда: за пресловутым Свирепым началась настоящая охота спецслужб многих стран: слишком большое число известных в узких кругах людей он отправил на чужой свет, а «IBM» потерял лучшего монтажника. И тогда «Старик» (уже другой, не Сидоревич) решил вывести его из игры, отправив на далекий Урал, в Пермь (истинные москвичи всегда путают ее с Пензой). Но Всева заупирался. Всеми рогами – он после подмосковного пансионата уже успешно врастал в очередное задание в Мельбурне, а, главное, практически нащупал длину волны для связи с другими цивилизациями.

Начальству такое поведение, между прочим, шибко не понравилось.

«Старик» и море разливанное

Для расстановок точек над «и» Всеве высшим руководством

была назначена встреча со «Стариком» на побережье в пустынном месте: один розоватый песок и океанские волны. Дикий австралийский пляж. Даже серфингистов шаром покати.

Всё предвещало драматический исход событий. Это Всева чувствовал поджелудкой. На всякий случай он закопал парочку гранат в почву, а тросики ведущие от чек намотал на клубок шерсти, который сунул себе в карман.

Ровно в двенадцать дня подъехал джип с генералом, одетым в цветастые шорты и гавайскую рубашку.

Подручные установили пляжный ассортимент: шезлонги, зонт, переносной холодильник с прохладительными и горячительными напитками, стереомагнитолу, а потом тихо исчезли вместе с джипом.

По жесту генерала разведчики синхронно присели на лежаки в тень. Какие-то ангажированные хлопцы из прибрежной «сельвы» поднесли коллегам несколько кружек живого холодного пива. С хитрой экзотической закуской из свежих морских гадов.

– Здесь нас никто не увидит, – сделал губы уточкой, опрокинув две кружки пенного напитка, «Старик».

– Вам виднее, – потупился Всева.

Генерал не стал ходить вокруг да около, а поставил вопрос ребром:

– В общем, Свирепый, одно из двух: либо ты отправляешься на заслуженный отдых, на так называемую «социальную пенсию» в забытый Богом уголок страны, либо мы отправляем тебя разделанным на мелкие кусочки в качестве ужина к аллигаторам на местной ферме. Выбирай!

На пенсию Батумычу совсем не хотелось, считал себя еще в полном расцвете сил, но к аллигаторам не хотелось еще больше. Лучший способ в этой ситуации: уйти по-английски, не прощаясь.

Всева краем глаза осмотрелся вокруг. В радиусе десяти метров он заметил торчащие из прибрежного песка несколько тростинок – дыхательные трубки замаскировавшихся коммандос. Похоже, они залегли тут с вечера.

Жаль ребят: кишечник переполнен, а демаскировать себя нельзя.

С другой стороны, это грозная сила: стоит генералу дважды топнуть ногой, и дюжина спецназовцев выскочит с автоматами наизготовку. Откроет пальбу. Качественное азу из Батумыча обеспечено. Это минус.

– Секунду!

Для проверки гипотезы Малярчук не спеша встал, приблизился к одной соломинке и демонстративно справил в нее мелкую нужду. Тростинка скукожилась тут же и одним спецурой стало меньше.

Вернувшись Малярчук прикинул возможные сценарии ухода с позиции и в результате сделал правильный выбор: внезапно с разбега заехал «Старику» недопитой кружкой в лоб. Тот скопытился на землю. А Всева шагнул в океан. Но предварительно активировал детонаторы гранат. Они создали пылешумовую завесу отходу разведчика. Пока то да се, Всева скрылся в волнах. Напрасно потом водолазы прочесывали дно, а рыболовецкий траулер тралил акваторию нейлоновым неводом. С противолодочного корабля в нейтральных водах для острастки обстреляли океанскую пучину несколькими залпами реактивных глубинных бомб. Никто не всплыл, кроме своих же зазевавшихся аквалангистов – не вовремя увлеклись подводной охотой в коралловых рифах.