Агата
Шрифт:
Только вот как я могу всё это видеть и ощущать, если в реальности ещё ни разу и ни с кем? В свои-то неполные восемнадцать! Много это или мало? Честно — не знаю. Девочки вокруг меня многие уже попробовали взрослых отношений с парнями. И они уверяли меня, что мне тоже тормозить не стоит.
«Нужно брать от этой жизни всё пока она готова это тебе дать» — говорили они.
Но не все такие были. Оставались такие же, как я. Хотя, если честно сказать, я пробовала. И с мальчиками дружила. Целых три раза. Только очень недолго длились наши отношения. И если ещё первая моя дружба продлилась долго — целых полгода, да и то лишь потому, что было
Для меня — когда парни мне в лицо заявляли, что я ведьма и ненормальная. И уходили, бросив.
Для самих парней. Ведь каждый раз, стоило только им захотеть со мной чего-то более «взрослого», как они неизменно получали различной степени увечья. Чем «взрослее» были их действия, тем сильнее они получали удар.
Понятно, что долго этого терпеть никто не собирался. В итоге я осталась одна. И попытки построить отношения с противоположным полом забросила.
Зато всё время, всю силу и энергию бросила на учёбу. И это дало свои результаты: балл ЕГЭ был максимальным! С такими баллами я могла поступить куда угодно. Но моей страстью была психология. Я уже присмотрела в своём городке ВУЗ для поступления. Даже документы подала.
Но волею судьбы оказалась за тысячи километров. И от своего родного города. И от родных и близких сердцу мест, где выросла.
Только вот наблюдая за своими собственными ощущениями, могла сказать, что мне нравилось на новом месте. И город понравился. Правда я видела его только ночью. Но это ничего — у меня всё ещё впереди.
Единственное, что немного напрягло и показалось странным — первые минуты в доме Архангельских. Мне резко стало плохо, потемнело в глазах. А ко всему прочему ещё и непонятный шум в голове напрочь лишил сил. И я потеряла сознание.
В себя пришла уже в этой самой комнате, где сейчас проснулась. Уютная. Светлая. А ещё в ней очень приятно пахнет. Только вот чем именно понять не могла. А уж что-что, но нюх у меня всегда был что надо.
«Это у тебя ведьмин нюх, внучка» — пояснила в своё время бабушка Аграфена. Соглашалась с этим и бабушка Таисия. Только как-то хитро на меня при этом поглядывала всегда. А ещё каждый раз при этом спрашивала, не происходит ли со мной чего необычного?
Только вот я до сих пор понять не могу: о чём она тогда спрашивала? Что такого могло со мной происходить? Хвост с лапами, что ли появится должны? Или шерсть резко начнёт расти по всему телу? Тело и кости ломить?
Почему именно так? А потому, что именно такие примерно вопросы она мне и задавала. Правда всегда делала это в шутку. Только глаза у бабушки Таи при этом почему-то всегда оставались серьёзными.
И вообще — всё это бред! Я никак не могу быть оборотнем. Я — ведьма. А сочетание их в одном «флаконе» никак невозможно. Всем хорошо известно, как те и другие друг к другу относятся.
Да и знала бы я наверняка.
Организм брал своё и мне пришлось вставать. А жаль! Так хотелось ещё понежится в тёплой уютной постельке, которая едва уловимо несла в себе тот самый чудесный аромат.
Стоило опустить ноги на пол, как обнаружила смешные мягкие тапочки в виде мультяшного героя. Сама я спала в пижаме. Тоже не своей. И что самое странное, что я совсем не помню, как оказалась в комнате. И как переодевалась. Стыдно-то как! Нужно будет у Архангельских всё расспросить и извиниться за такую слабую меня. Надо же — сознание
Помнить бы ещё из-за чего.
Здорово — на одном этаже две ванные комнаты. Правда одна почему-то была закрыта. Да и ладно — мы люди не гордые, пойдём во вторую. Ага, а она, судя по всему, сыну Архангельских принадлежит. Как его там — Филипп?
Странное какое-то у парня имя. Хотя если его сокращённо называть Фил, на американский лад, то будет ещё ничего. Ладно — не буду голову именем парня забивать. У самой-то не совсем модное имя. И чего только бабушке в голову пришло так меня назвать?
Да — именно бабушка Аграфена меня так назвала. И когда я у неё спросила с чего вдруг это имя, то она как-то подозрительно долго молчала сначала. А потом только сказала, что так звали её родственницу и по совместительству мою прабабку. А ещё при этом она сказала, что я даже внешне на неё очень похожа. Именно та Агата в их ведьмовской семье тоже была рыжей. Единственной рыжей. Все остальные в нашем роду были блондинками с зелёными глазами.
Обо всём этом я думала, принимая душ. Пришлось воспользоваться мыльными принадлежностями парня. Даже новая зубная щётка имелась. Ничего страшного ведь не случится, правда? Мы вот в приюте привыкли всем делится. Иначе не выживешь.
Шампунь и гель для душа пахли просто божественно. Я даже поймала себя на мысли, что нюхаю их как наркоман. На чём себя поймала и бросила эту затею.
И только когда уже нужно было выбираться из душа, я вспомнила про полотенце. Ага — рассеянная я. Вот точно это на меня так перелёт подействовал, не иначе. Пришлось снова наглеть и воспользоваться одним из пушистых полотенец Фила. Тем более, что они целой стопкой чистые и благоухающие лежали на полочке.
Это хорошо, что мне ума хватило захватить с собой сарафан. И это только потому, что он лежал прямо у меня перед глазами — на стуле. А под ним даже комплект нижнего белья имелся. Или у меня появилась личная крёстная-фея, как в сказке про Золушку, или тётя Бажена так обо мне позаботилась. Скорее всего второе. Ведь мы уже большие и в сказки не верим. А то если так дальше пойдёт, то можно и принца себе намечтать. А потом ещё о хрустальных туфельках задуматься, карете…
Ха! Моя мама, если судить по её записям в личном дневнике, (да-да я их читала, не зря же они мне как наследство от неё остались!) с детства грезила другой сказкой — про Красную Шапочку и Серого Волка. Интересно — она встретила героя своей детской мечты? И вообще — я до сих пор не знаю, кем был мой отец. Одно мне известно со слов бабули точно: оба мои родителя умерли в день моего рождения. Только вот подробностей что да как бабушки мне никогда не рассказывали, как бы я их об этом не просила. Об отце я знаю только то, что звали его Ярослав. Да и то бы, наверное, не знала, если бы ребёнку отчество не давали. А так я Агата Ярославовна. Только фамилия у меня наша — Огнёва.
Уже покидая ванную комнату, поймала себя на мысли, что снова принюхиваюсь. Едва уловимый запах. Откуда он? И что самое важное: почему он вызывает во мне непонятные ощущения и запретные желания, заставляющие низ живота скручиваться в тугой узелок и пульсацией отдавать в самое интимное местечко моего тела? Что за наваждение?
Разозлившись сама на себя, решила спускать вниз. Тем более что время уже было ближе к обеду. Вот это я поспать. Мало того, что вчера в обморок хлопнулась, так ещё сплю до обеда. Подумают про меня невесть что. Лентяйка и неженка, не иначе.