Аэрогарды
Шрифт:
Окружающий мир с грохотом опустился на капитан-полковника. Словно видеозапись, на короткое время затормозившись, ускорилась, догоняя реальность, скрежеща и подвывая. Д'Марья забился в кресле, с хрипом всасывая в истонченные легкие воздух, мучительно изгибаясь и обливаясь кровью, проступившей изо всех пор его съежившейся кожи.
–..Командир!.. — услышал он через долю секунды. — Командир! С вами все в порядке?..
Именно через долю, это д'Марья понял сразу, как только время стало двигаться с подобающей скоростью: седой шварцриттер на подогнувшихся ногах еще не успел опуститься на пол: голова его запрокидывалась,
Д'Марья понял, что коричневатая зелень перед глазами — плод перенапряжения, разогнал ее и проворчал сквозь зубы:
— Что ж так долго? Мы тут чуть не загнулись.
— Ничего не долго, — проворчал Гордый. — Очень даже быстро. Пока засекли маяки, пока продирались через все двери…
— Ладно-ладно, — буркнул д'Марья. — Где майор? Он цел?
— Да. Сейчас придет. Они там еще какую-то дверь нашли… Ого!..
— Что такое?..
Д'Марья проследил за взглядом Гордого — тот как раз закончил разрезать последний провод — и сразу почувствовал резкую боль в правой руке.
Оказывается, он так сильно дернулся, когда в него стрелял Зоргер, что провод, которым он был привязан, прорезал руку чуть ли не до кости и лопнул в двух местах. Из рукава полевой формы закапала кровь.
— Н-да, — произнес д'Марья. — Бывает. Ладно, перевязываться потом. Где Ямада?..
Он вскочил с кресла и подошел к Нойманну.
Тот был плох, это д'Марья понял сразу: пузыри, свист… пробито легкое… дырка в области сердца. Странно, что он еще жив.
Однако этому шварцриттеру капитан-полковник д'Марья, пожалуй, обязан жизнью.
Седой обер-шписсмейстер посмотрел на него и слабо, как-то мельком, улыбнулся.
— Вход… в номере тринадцатом… Люк… три восьмерки, — еле слышно прохрипел он.
По-русски.
Д'Марья почувствовал, что у него по коже пробежали мурашки: но не успел он открыть рот, как его бесцеремонно отодвинули в сторону.
Над Нойманном склонился Шефер — тот самый, из Эсфауэс.
— Геноссе Фоцар, — без эмоций произнес он. — Как же вы так…
— Немного… не успел… — Воздух со свистом выходил из простреленного легкого. — Торопитесь… они уже готовы отправить… В любом случае… это сделают американцы… идите в номер тринадцать.
Шефер резко выпрямился.
— Его надо на корабль, — бесстрастно произнес он. — Еще есть шансы. А нам надо спешить.
— Подождите, — сказал несколько ошеломленный д'Марья. — Это что — ваш?
— Геноссе Фоцар — оберст Фауэска, — жестковато ответил Шефер.
Ну вы и даете, подумал д'Марья. Свои среди…
— Нам надо спешить, — продолжал Шефер. — Людей с «Костромы» уже подготовили к уничтожению. Но мы успеем.
— Ага, — сказал д'Марья.
Тут в каземат быстро вошел Ямада. Его основательно обработали: глаза, которые и до этого момента не отличались особенной величиной, превратились в крохотные щелочки.
— Есть сигнал малого маяка, — с еще меньшим количеством эмоций, чем Шефер, сообщил он. — Пора идти.
Глава 16
Они бежали по длинному коридору: два шага — вдох, два шага — выдох;
Д'Марья слегка притормозил и оказался рядом с Шефером.
— Сколько… осталось?
— Семь километров, — ответил гауптман, не сбиваясь с дыхания. — Скоро должна быть ремонтная… станция, там можно сесть на монорельс…
— А время?
— Пока успеваем…
Д'Марья повернул голову влево: рядом бежал Воробьев с прибором слежения.
— Сигнал?
— Четкий…
— Хорошо быть… подозрительным, — просвистал над ухом капитан-полковника голос Ямады.
— Угу, — не разжимая: зубов, отозвался д'Марья. Действительно, хорошо. Вот не нацепили бы маркер этому гаденышу Зоргеру на кожу, а ограничились только тем, что в ботинке… да что там говорить: вы, господин капитан-полковник, товарища по оружию из братского гэсэвэгэ не разглядели совершенно, хорошо хоть что согласились со своим заместителем и не стали посвящать обер-лейтенанта в план…
Д'Марья в очередной раз мысленно отвесил себе подзатыльник: расслабился, дурень, увлекся всякими потамсторонними вещами, забыл, что такое обычная разведка и шпионаж… но и асгардовцы хороши: сколько лет Зоргер у них за своего был?.. Или он перевербованный? А, уже не важно…
…важно другое: как быстро сможет «Ред Алерт» добраться до основных сил сталинградской эскадры, как скоро они смогут подойти сюда… потому что с одним только «Пегасом» тут много не навоюешь: молодец, конечно, Кровопусков, рисковый парень и вообще авантюрист; это ж надо — на своем подпространственнике по Туннелям шастает… вовремя он сообщил, что и после всяких изменений с Фрейи дорога только на Цет-5… как это он назвал эту планету? Хрунгнир, кажется… жалко, не успел спросить, что это значит или кто это такой. Хотя, похоже, опять германо-скандинаво-ариец…
— Стоп!
Д'Марья и сам заметил, что туннель впереди расширяется: наверное, анонсированная ремонтная.
Аэрогарды и люди Шефера — те пять асгардовцев-фауэскашников, командиром которых на «Ред Алерте» был Зоргер, — замерли.
Шефер показал всем рукой — ложитесь, прикрывайте нас, — а сам с двумя своими людьми стал осторожно продвигаться вперед.
Д'Марья навел на узкое окошечко станционной будки оптический прицел блицгевера — свой «Калашников» некогда было искать, ладно, хоть бронекомбинезон нашелся, а блицгевер сейчас был даже более уместен: немецкая оптика, знаете ли… похоже, тихо. Может, Зоргер просвистал на монорельсе мимо, никому ничего не сообщив?.. Ой вряд ли…
Шефер со своими очень аккуратно двигался к будке. Немцы действовали уверенно: судя по всему, находясь на этой планете, они зря времени не теряли. Пока д'Марья закусывал со шварцриттерским начальством, пока Зоргер плел интриги, гауптман из Эсфауэс, наверное, все тут облазил… хотя — у них же был Нойманн. Молодцы все-таки. Только — почему сразу не сказали?..
Д'Марья уловил движение в окошечке будки. Палец на спусковом крючке напрягся.
Сколько их там? Нас — шестнадцать… их вряд ли больше. И тихо. Что там Шефер медлит?..