А теперь Горбатый!
Шрифт:
Нет, она не может умереть! Она ведь только начинает жить. А жизнь у нее красивая. Своя собственная квартира, обстановка, новенький «Ниссан», деньги на «белый» и на «черный» день. Ей очень везет, она чертовски много зарабатывает. Еще годика два-три поработать, подучиться, и можно браться за бизнес. Она собиралась открыть собственный салон красоты в евростиле. И это будет лишь начало... Нет! Ничего не будет! Ничего!!! Сейчас этот псих пырнет ее ножом, вырежет сердце, внутренности. И на этом жизнь ее закончится, даже не начавшись...
– Не-ет!
– Надо! – злорадно рассмеялся псих. – Ты слишком много знаешь, девочка! От тебя надо избавляться!..
Да нет, он не просто маньяк. И его преступный замысел происходит от переизбытка здравого смысла... Ведь Антон Иннокентьевич важный чиновник. Очень авторитетный человек в определенных кругах. А Марина знает его с неприглядной стороны. И если она вдруг кому-то проболтается о его постыдных пристрастиях, Антону Иннокентьевичу придется очень туго. Как минимум, пострадает его карьера. А ради карьеры такие люди, как он, готовы на все. Что ему стоит убить бедную несчастную девушку?..
– Нн... Нн...
Марина поняла, что шансов у нее нет. Страх парализовал голосовые связки. И вместо «нет!» она издавала какие-то животные звуки... Да-да, именно так мычит корова, перед тем как в нее вонзится нож забойщика...
Антон Иннокентьевич резко опустил нож. Его жало стремительно летело в лицо Марине. Но в самый последний момент оно ушло в сторону и вспороло подушку возле самого уха.
– Что, страшно? – хохотнул чинуша и отбросил нож в сторону.
Оказалось, он хотел всего лишь напугать ее... Идиот, ведь она могла умереть от одного только страха. Вдруг у нее бы случился разрыв сердца...
Сумасшедший клиент затрясся в приступе маниакального возбуждения. Набросился на Марину, с ходу вонзился в нее...
По сути, он изнасиловал ее. Но Эсмеральде было все равно. Пусть имеет ее как и куда хочет. Лишь бы только не убивал...
Все-таки Антон Иннокентьевич маньяк. Он нарочно устроил эту сцену, чтобы получить удовольствие от «чикатиловского» секса. Только в отличие от того ублюдка он не стал убивать свою жертву.
Какое-то время он лежал на Марине, содрогаясь в конвульсиях. Затем поднялся, куда-то вышел. Вернулся и бросил на стол пачку денег.
– Здесь две штуки баксов. Мы в расчете? – устало спросил он.
Марина кивнула... Эти деньги не оправдывали тех ужасов, от которых ее чуть не хватил кондрашка. Но все равно это далеко не мелочь. А потом, это залог того, что сумасшедший чиновник отпустит ее подобру-поздорову.
Так оно и случилось. Он снял с нее наручники и вышел из комнаты.
Первым делом Марина кинулась к зеркалу. Вдруг от сильного потрясения она поседела? Но нет, с волосами все было в порядке. Она облегченно вздохнула, быстро оделась, сунула в сумку деньги и вылетела из этого сумасшедшего дома.
* * *Две пары занятий пролетели незаметно. В том смысле, что быстро. И в том, что память их не заметила.
И третья пара заканчивалась с тем же результатом.
А все из-за этого проклятого маньяка. Она до сих пор находится под впечатлением пережитого и так туго соображает. Но тиски стресса все-таки отпускают ее. И скоро она придет в нормальное состояние...
А сегодня ночью у нее встреча еще с одним богатеньким Буратино. Вроде нормальный мужик. Она уже спала с ним, и не один раз. И никаких проблем не наблюдалось. Но а вдруг заклинит и его?
Да, что ни говори, а профессия у нее вредная. Жанна должна бесплатное молоко ей за вредность давать... Впрочем, на Жанну жаловаться грех.
У Марины и без нее нет недостатка в заказах. Она спит со старыми клиентами, с их друзьями, с друзьями друзей. Ею все довольны. И все рано или поздно хотят повторить... Она не нуждается в Жанне. И та прекрасно это понимает. Поэтому берет с нее всего двадцать процентов от прибыли. А ведь могла грести все пятьдесят. Марина могла бы отказаться и тут же нарвалась бы на большие неприятности. Жанна с мужем вошла в силу. И создать ей крупные проблемы для них что плюнуть. А так они могли ей еще и помочь. Хотя Марина пока что ни разу не обращалась к ним за поддержкой. Поводов пока не было...
Но они могут появиться. Вместе с проблемами... А вдруг случай с Антоном Иннокентьевичем был всего лишь предвестником надвигающейся беды?..
Марина незаметно сплюнула три раза через плечо, тихонько постучала по деревянной столешнице. И в это время преподаватель объявил об окончании занятий. Можно было идти домой...
Она шла к своей машине, когда ее нагнала Вика. Они не были подругами. Просто хорошо относились друг к другу.
– Марин, ты чем-то озабочена? – спросила она.
– Да есть немного...
– Что-то случилось?
– Тебе-то что?
– Да так просто спрашиваю...
– Просто растет просо... Что у тебя, выкладывай!
Марина уже привыкла к тому, что без повода, просто так к ней редко обращаются.
– Да есть тут одно дельце, – замялась Вика. – Мною заинтересовалось серьезное модельное агентство. Мне уже сделали предложение сняться в рекламном ролике. А это приличные деньги...
– Да? – усмехнулась Марина. – И как же это тебя угораздило?
Вика была достаточно хороша для того, чтобы добиться определенных высот в модельном бизнесе. Красивое лицо, проникновенный взгляд, отменная фигурка... Только как-то не очень верилось, что ей вот так просто взяли и предложили сняться в рекламном ролике. Разве что только для какого-нибудь провинциального телеканала...
– Я с парнем одним познакомилась. А он – старший менеджер этого агентства...
– У вас что-то было?
– Ну да, – слегка смутилась Вика. – Между прочим, у нас все серьезно.