А теперь Горбатый!
Шрифт:
– Ты сказала, что я девственница.
– Чем подняла цену в два раза... Придется делать операцию. У меня есть знакомый хирург. Так что проблем с этим не будет...
Ровно через неделю на борту «Боинга» Марина покидала страну. Рядом пыхтел «арбуз». Ему не терпелось поскорее остаться с ней наедине, чтобы размять свой «хвостик»... Все мужики похотливые самцы. Не очень приятный факт, но с ним приходилось мириться. Полмесяца райской жизни и семь тысяч долларов чистого навара того стоили.
Валентин Евгеньевич, конечно, не красавец. Но и не урод. При всем при том состоятельный
У Марины была прекрасная возможность навсегда выбросить из головы тот случай, когда три рыжевских подонка по-настоящему лишили ее невинности. Она могла забыть прошлое. И начать новую жизнь.
Только та ли это жизнь, о которой она когда-то мечтала?..
Глава 3
1
Марина никогда не замечала за собой садистских наклонностей. Но эта роль ее не угнетала, скорее наоборот...
Антон Иннокентьевич ползал перед ней на коленях, вымаливал у нее прощение, вылизывал языком носки ее сапог. И радостно визжал, когда она хлесткими ударами плетки отпускала ему грехи...
В кожаных доспехах в стиле «а-ля садо» Марина смотрелась просто великолепно. Не зря же этот довольно крупный правительственный чиновник для своих мазохистских утех выбирал именно ее. Это уже их восьмая встреча.
Между ними еще ни разу не было обычного секса. И сегодня не будет. Поэтому Эсмеральда отдыхает. Сумасшедший мазохист ловил кайф от собственного унижения. И чем изощренней издевалась над ним Марина, тем сильней был его оргазм...
А издевалась она по-настоящему. Не потому, что она такая жестокая. Это была ее маленькая месть. Антон Иннокентьевич в ее глазах олицетворял всех мужчин, которых она обслужила за полтора года. А их у нее в постели побывало – не счесть. Молодые и старые, симпатичные и уродливые, худые и жирные, добрые и злые. И все они унижали ее женское достоинство. Ведь она занималась с ними сексом против своей воли. Из необходимости. За деньги, которые были ей так нужны.
Да, ее унижали. Но, по большому счету, происходило это без злого умысла. Это была своего рода игра. Ей платили, чтобы она играла в развратную кошечку. А она играла, чтобы ей платили...
– Госпожа, госпожа! Прости меня, своего презренного раба! – скулил мазохист.
– Молчать, гнида!
Антон взвыл от восторга. Его приводило в восторг каждое ругательное слово из ее уст.
Но Марина не ограничилась словесным унижением. Она поставила ногу на его спину. С силой прижала его к земле. И пустила в ход плетку... Где-то на двадцатом ударе из чрева мазохиста вырвался стон яростного удовольствия, тело задергалось в конвульсиях сумасшедшего экстаза...
Все, Марина больше ему не нужна.
– Тьфу ты! – презрительно поморщилась она и отбросила в сторону плетку.
В этом роскошном доме в ее распоряжении комната для гостей. С отдельной ванной. Марина с удовольствием рассталась с кожаной экипировкой, приняла душ и завалилась спать до утра.
Нечасто в ее профессии выпадает такая вот лафа. В основном приходится пахать всю ночь напролет.
Она уже давно входит в разряд элитных
Бессонницей Марина не страдала. И цветные сны ей не снились. Поэтому для того, чтобы хорошо выспаться, ей хватало три-четыре часа...
Конечно, она могла бы высыпаться днем. До лета прошлого года она так и делала. Но потом поступила в институт. На дневной факультет. И с тех пор старается использовать себе на благо каждый свободный час. Да, она проститутка, но ведь это же не значит, что она может учиться спустя рукава...
Раньше она собиралась поступать в юридический. Потом решила, что это глупо. Быть юристом с ее-то прошлым... Может, ничего зазорного в этом и не было. Но она поступила в Финансовую академию. Модно и престижно.
К поступлению она готовилась всерьез и основательно. К экзаменам подошла с приличным багажом знаний. Но чтобы не рисковать, ей пришлось спать... Нет, не с деканом или с кем-то из профессоров. Она спала с богатыми клиентами. Поэтому у нее были деньги на взятку. Слишком хорошо она знала жизнь, чтобы надеяться только лишь на свои умственные способности.
Недавно она сдала первую сессию. Снова штудировала конспекты и снова платила...
Марина знала девчонок, которые спали с преподавателями ради хорошей отметки в зачетке. Но она сама этим не грешила. Во-первых, в стенах академии она тщательно следила за безупречностью своей репутации. А во-вторых, она не какая-то там дешевка, чтобы спать с преподом из-за одной оценки. За одну только ночь она зарабатывала столько, сколько хватало на сдачу сессии.
Марина проснулась утром. Но не сама. Ее разбудил Антон Иннокентьевич. Бесцеремонно забрался к ней в постель и перевернул на спину.
Она решила, что он снова попросит отхлестать его плетью. Но вышло как раз наоборот. Может, головой он вчера крепко стукнулся. Или экстаз оказался чересчур сильным. В общем, его переклинило. Теперь он выступал в роли садиста. Раньше с ним такого не случалось...
Не успела она опомниться, как на руках защелкнулись браслеты двух пар наручников. Антон Иннокентьевич развел ее руки в стороны и приковал их к спинке кровати. Совсем сдурел...
Но и это было еще не все. Еще две пары наручников сковали ее по ногам. Марина сопротивлялась, но только для вида... Клиент платит ей приличные деньги. И может делать с ней все, что угодно... Да нет, не все! Этого делать нельзя!!!
В руках сумасшедшего чиновника появился длинный, остро отточенный нож. Он сел на Марину и высоко вознес над ней клинок. Его безумный взгляд выдавал в нем кровожадного маньяка. Сейчас он резко опустит нож, и все, не будет больше красивой девочки Марины... А ей рано умирать. Ей же еще только девятнадцать.