365
Шрифт:
— Игорь Николаевич, — поспешил поправиться Геннадий. — Я полагаю, что могу хотя бы требовать следующую оплату…
— Это которая с января?
— Да. Хочу, чтобы она была уплачена как можно скорее, — он поднялся с диванчика, оценил, что всё равно остаётся ниже, сглотнул и сел обратно. — Желательно, до завтра.
Игорь вспомнил о том, что до счёта у него доступа нет, и даже если там в наличии нужная сумма, то по какому праву он будет отдавать её невесть кому, если у Регины наверняка утверждён бюджет?
— Это желание тоже
Скульский потёр лоб, явно пытаясь избавиться от страха и дрожи в ногах. Игорь улыбнулся ему ещё раз, ещё более радостно. Наверное, у гостя это не вызывало никаких приятных ассоциаций.
— Извольте, — промолвил он, — а когда вернётся Регина Михайловна? Мне хотелось бы обсудить этот вопрос с нею…
— Геннадий Ярославович, а почему вы меня так страшно боитесь? — в лоб спросил Игорь.
Это было принято за жуткое коварство. Его собеседник резко покраснел, опустил глаза и полушёпотом сообщил:
— Я потом зайду. Когда вернётся Регина Михайловна.
И он уверенно засеменил к двери, на Игоря даже не оборачиваясь. Тот только пожал плечами и направился к ступенькам.
…В коридоре опять было пусто. Он знал, что там, внутри, с докладом ждали другие лиды, и следовало поспешить, хотя он знал, что можно дать им возможность подумать над своим поведением.
Хлопнула дверь, и они столкнулись с Сашей нос к носу. Девушка посмотрела на него так, словно была готова убить, и молча прошла мимо. Игорь расправил плечи и тоже прошёл без единого комментария. Немая война затягивалась, и никто не спешил объявлять перемирие.
Он отбросил дурные мысли прочь и едва не с ноги открыл дверь чужого, по сути, кабинета.
— Я надеюсь, вы уже готовы рассказать, почему завалили дедлайны?
236
9 сентября 2017 года
Суббота
Саша уже давно проснулась, Игорь об этом прекрасно знал. Делая вид, что ничего не слышит, она натянула на голову одеяло и отодвинулась ближе к стене. Всё ещё сердилась непонятно на что, может быть, просто нашла повод. Он хотел было коснуться её плеча, хоть как-то выдернуть из молчания и заставить заговорить, но передумал и выбрался из постели.
На кухне что-то шумело, да ещё и тянуло откровенно горелым. Игорь скривился, спешно натягивая на себя одежду, и побрёл туда, даже не удивившись Лере, крутившейся у плиты.
— Отвратительно пахнет, — без зазрения совести сообщил он. — Что ты готовишь?
— Картошку жарю, — Лера и сама поморщилась. — Ты будешь?
— Да, если ты выбросишь это и сделаешь новую. Ты что, совершенно не умеешь готовить? Ты же из деревни!
Она
— Давай лучше я сам что-то сделаю, — вздохнул он. — Ты что, вообще ничего не умеешь?
— У нас всё не так, как у вас, — нахмурилась Лера, падая на табурет. — Нет новомодных плит и всей этой техники…
Игорь посмотрел на газовую плитку и только усмехнулся. Установленная лет десять назад, она отнюдь не была новомодной, Лера просто искала себе оправдания. Но он не стал упрекать. Один только благородный порыв что-то приготовить уже дорогого стоил.
В комнатах раздался шум — поднялась Саша. Игорь не выглянул в коридор, когда она прошла мимо кухни, наверное, потому, что не чувствовал себя виноватым. Его не удивляло, когда Вера фыркала в ответ на преданность работе, но Александра? На неё это не было похоже. Невесть на что обиделась, а он не был готов так легко делать первый шаг.
В холодильнике оказалось не так уж и много продуктов. Выбросив сгоревшую картошку, Игорь остановился на обыкновенной яичнице. Это блюдо получалось у него лучше всего — не требовалось ни внимательности, ни даже кулинарных навыков.
Лера так и сидела, закинув ногу на ногу, и наблюдала за ним. Кажется, то, что мужчина зашёл на кухню и даже согласился что-то приготовить, повергало её в шок. Она наблюдала за круговыми движениями губки по поверхности сковороды и щурилась, будто бы ждала какого-то коварства.
— Мой папа никогда ничего по дому не делает, — сообщила она как бы между прочим. — И в комнатах у вас так чисто.
— У меня была дурная привычка вешать рубашки на люстру, — пожал плечами Игорь. — Но на новую не получается.
Тяжёлый вздох получился особенно странным. Ольшанский даже оглянулся на родственницу, но та спешно уткнулась носом в свой телефон и что-то смотрела на старом потрескавшемся экране.
— Что? — перехватила она его взгляд. — Родители сказали, что у них нет ни желания, ни денег покупать мне новый. Гады! Вообще, такое впечатление, что я для них обуза! Деньги не хотят высылать, мол…
Лера запнулась. На кухню зашла Саша. Она тоскливо посмотрела на ингредиенты для будущей яичницы, принюхалась, явно выражая негодование относительно испорченной картошки, отобрала у Игоря вымытую сковородку и принялась готовить.
— Спасибо, — поблагодарил он, надеясь уладить поскорее конфликт, но она только дёрнула плечом, будто показывая, то ей всё равно. Если б не было Леры, Саша, наверное, разговорилась бы, но так — упрямо делала вид, что не заметила его слов.
— Ай, блин! — Валерия вскрикнула, вновь уронив телефон. — Чёрт, чёрт, чёрт!