35 Мая
Шрифт:
Прошло довольно много времени, прежде чем он появился на крыльце своего президентского дворца. Он сердечно приветствовал своего бывшего соученика, затем подал руку дядюшке Рингельхуту.
– Прежде чем вы отправитесь к Южным морям, вы должны во что бы то ни стало осмотреть нашу опытную станцию, – заявил президент и они медленно зашагали по серовато-голубому лугу. Внезапно хлынул дождь.
– Лучше бы я трость дома оставил, – сказал Рингельхут, – зонтик мне сейчас больше бы пригодился.
– Не стоит огорчаться, – успокоил его президент Зайдельбаст. – Вы только
И в самом деле! С первыми каплями дождя на лугу выросли десятки зонтиков! Под таким зонтом при желании можно было стоять. Но если нужно, его можно сорвать и идти дальше.
Президент и его гости сорвали себе по зонтику и пошли своей дорогой.
– Когда дождь кончится, зонты завянут, – объяснил Зайдельбаст.
Гостям это очень понравилось.
Вскоре дождь и впрямь перестал и зонтики начали вянуть на глазах, точно цветы. Президент выбросил свой увядший зонт в придорожную канаву и гости последовали его примеру.
– Опытная станция, которую я основал, – рассказывал Зайдельбаст, – ставит себе задачей найти занятие для всех жителей в соответствии с их бурным темпераментом и богатой фантазией, но без особого для них напряжения.
– Расскажите об этом поподробнее! – попросил дядюшка Рингельхут.
– Нормальному среднему бездельнику двадцати четырех часов только-только хватает на сон и еду, – сказал Зайдельбаст. – Вы не должны забывать, что жители, весящие меньше двух с половиной центнеров, [2] изгоняются из страны. Но даже среди тех, кто без труда достигает национального веса, попадаются весьма резвые натуры. Как тут быть? От скуки они начинают чахнуть. Количество высылаемых из страны растет. Плотность населения падает. Следовательно, надо искать приемлемый выход. Я льщу себя надеждой, что мне удалось его найти! Вот эта станция. Прошу внимания!
2
Немецкий центнер равен 50 кг.
Они находились на своего рода спальном лугу. Всюду стояли кровати, а в кроватях, блаженно щурясь, лежали толстые люди.
– Все, что здесь придумывается, воплощается в жизнь! – с подлинным воодушевлением воскликнул Зайдельбаст. – Как вы сейчас убедитесь, это замечательнейшее времяпрепровождение! Если кто-то уже пресытился созданием собственной фантазии, он может просто крикнуть «МАРШ НАЗАД!» и чудо исчезнет.
– Я тебе не верю, Зайдельбаст, – сказал Конрад, – ты нам дуришь голову.
– Гром и молния! – вскричал вдруг дядюшка. – Смотрите, теленок, с двумя головами!
И в самом деле! Возле одной из кроватей стоял двухголовый пестрый теленок и в четыре глаза пялился на толстого мужчину, который сам его выдумал, а теперь, увидав наяву странное животное, как последний дурак хихикал в подушку.
Наконец, он взмахнул рукой, фыркнул и закричал:
– Марш назад!
И
Президент и его гости отправились дальше и подошли к толстой даме. Дама тоже лежала в постели и на лбу у нее были сотни морщин от постоянного умственного напряжения. Перед ней стоял старичок с ботанизиркой.
– Марш назад! – пробормотала она, и старичок исчез. Тогда она опять наморщила лоб и старичок с ботанизиркой вновь предстал перед нею. Он как две капли воды походил на первого, только зубов у него было меньше. Зато седые кудри стали длиннее.
– Марш назад! – скомандовала женщина, и второй старичок тоже испарился.
Но вскоре возле ее кровати возник уже третий старичок, похожий на двух первых. Но у этого была лысина и длинный нос.
– Марш назад! – разъярилась женщина и в изнеможении закрыла глаза.
– Что это вы тут вытворяете, фрау Брюкнер? – спросил Зайдельбаст.
– Ах, господин президент, – отвечала женщина, – я представляю себе моего дедушку. Но у меня ничего не получается. Я забыла, как он выглядел.
– Не стоит так сердиться! – предостерег ее президент Зайдельбаст. – На прошлой неделе вы весили всего лишь двести пятьдесят пять фунтов. И мне будет очень жаль, если придется выслать вас за пределы Безделии.
– Вот уже восемь дней я пытаюсь это сделать, – прорыдала фрау Брюкнер, – и каждый раз у меня ничего не выходит. Не получается у меня этот старик! Ну никак! Спокойной ночи, Зайдельбастик!
И она уснула. Вот до чего эта женщина изнурила своей мозг!
– Смотрите! – завопил вдруг Конрад. – Вон там! Смотрите, смотрите, лев!
Возле одной из кроватей стоял мощный белокурый лев, он разевал пасть и скалил зубы.
– Ну, конечно, это толстяк Боргмайер, – с досадой проговорил Зайдельбаст. – Вечно он представляет себе диких зверей. Это у него навязчивая идея. Как бы однажды это не вышло ему боком!
Белокурый хищник подкрался ближе к постели и ужасно зарычал. Толстяк Боргмайер побелел.
– Прочь отсюда! – крикнул он. – Убирайся, скотина!
Но лев подбирался все ближе, вот он уже скребет когтями пружинный матрац.
– Пошел вон!
– Он со страху забыл, что надо кричать «Марш назад!» – пояснил Зайдельбаст. – Если он вовремя не вспомнит, лев его непременно сожрет!
– Тогда я сейчас побегу туда и крикну этому льву в самое ухо, – вызвался Конрад и уже собрался бежать на помощь к Боргмайеру.
Но дядюшка Рингельхут удержал его:
– Ты что это выдумал? Твои родители свернут мне шею, когда я им расскажу, что тебя сожрал выдуманный лев!
Зайдельбаст тоже посоветовал Конраду не торопиться.
– Да это и не имеет смысла, – добавил он, – крикнуть должен сам Боргмайер.
Между тем лев уже прыгнул на кровать, ступил передними лапами на живот Боргмайера, растроганно глядя на толстяка. Ему давно уже не доставался такой жирный завтрак. Он раскрыл пасть и…
– Марш назад! – заорал вдруг Боргмайер, и льва как не бывало.
– Да вы в своем уме! – напустился Зайдельбаст на дрожащего Боргмайера. – Не будь это столь затруднительно, я бы на вас рассердился.