31 июня
Шрифт:
– Клянусь Богом, шикарно! Вы великий волшебник! – Сэм рассмеялся, сам не зная почему. Он чувствовал приятную лёгкость в голове. – Значит, завтра я появлюсь с таким видом, будто победил грозного Красного рыцаря и свирепого дракона. Блеск! – Он снова засмеялся. – Что ж, если вы поднатаскаете меня – объясните, что говорить и как держаться, – я сумею прикинуться не хуже всякого другого.
– Постой, милый…
– Прости, я, кажется, разошёлся не в меру. Легко на сердце!
И он поднял чашу.
– Понимаешь, милый, прикидываться тебе не придётся.
Сэм подошёл
– Как? Ты хочешь сказать, что Красный рыцарь и дракон существуют на самом деле?
– Ну конечно, милый.
– Тебе только нужно их победить, вот и всё, – сказал Марлаграм. – Бац, хлоп, бах, трах-тарарах, хи-хи-хи!
Сэм поглядел на него, потом на Мелисенту.
– Но… послушайте… есть же у вас сердце…
– В том-то и дело, дорогой. У меня есть сердце. Ты очень мило сказал, что каждый мужчина мечтает об улыбающейся принцессе, мне так приятно было это слышать, и я не сомневаюсь, что это правда, но тот, кто женится на принцессе, непременно должен доказать, что он герой.
– А если он не герой?
– К чему говорить об этом? Ты-то ведь герой. Иначе тебя здесь бы не было, милый.
Сэм сказал неуверенно:
– Может быть, оно и верно… в известной степени… Но не забывай, мне здесь у вас всё так непривычно. У меня нет никакого опыта борьбы с Красными рыцарями и драконами.
– Тем больше мужества от тебя потребуется, мой милый.
– Возможно, – сказал Сэм с тоской. – Но… э-э… нельзя ли раздобыть… ну, скажем, плащ-невидимку… или заколдованное копьё, или какой-нибудь волшебный меч из тех, что разят без промаха, словом, как-нибудь помочь герою?
– Это ты хорошо придумал, Сэм, милый. Как вы полагаете, магистр Марлаграм?
– Боюсь, что ничего не выйдет, хи-хи-хи! Мы поздно спохватились. А в наши дни всё это стоит больших денег.
– Ну, ладно, – сказал Сэм, стараясь скрыть своё разочарование. – А как насчёт какого-нибудь массового колдовства, чтоб никто толком не знал, что происходит?
– Но ведь тогда никто не будет знать, что ты герой, – сказал Марлаграм.
– А если ты не герой, Сэм, милый, то не сможешь на мне жениться.
– Да, не смогу, – сказал Сэм мрачно. – Но ведь я не смогу на тебе жениться и в том случае, если меня проткнёт копьём Красный рыцарь или сожрёт дракон, правда?
– Что-то я не вижу в тебе боевого духа, дружок, – с упрёком промолвил Марлаграм.
– Да нет же, он совсем не то хотел сказать! – воскликнула Мелисента. – А всё эта ужасная темница! Ты больше не останешься здесь ни минуты, милый. Мы поместим тебя у помощника главного оружейника.
– Он и сам там будет – хи-хи-хи! – но только простоит всю ночь в углу. Я внушил ему, что он булава.
– Ты сегодня хорошо выспишься, милый.
– Я бы спал куда лучше, если б мне тоже внушили, что я булава. – И следом за Марлаграмом и Мелисентой он стал подниматься по лестнице. – Когда начало турнира?
– В шесть, – сказала Мелисента, обернувшись.
Сэм пришёл в ужас.
– В шесть утра поединок с Красным рыцарем! Да в такую рань я не могу сразиться даже с яичницей.
Он вышел из темницы,
Глава 12
СЭМ И КРАСНЫЙ РЫЦАРЬ
Сэм сидел один в шатре, раскинутом у самого турнирного поля. Шатёр был великолепен, богато разукрашен и пестрел геральдическими щитами, но Сэму было не до всей этой роскоши. Он сидел на скамье, надев на себя только поножи. Остальные части латного убора, шлем, щит и меч валялись на земле у его ног. В шатре было два входа, завешенных пологами, свободно ниспадавшими до земли. Вместе со сверкающими солнечными стрелами в шатёр с турнирного поля врывался разноголосый шум – звуки труб, голоса герольдов, бряцание оружия, крики, смех и рёв зрителей, и Сэм так и видел перед собой кровожадную, падкую до сенсаций толпу. Вдруг рёв стал громче, Сэм поднял голову: четверо слуг, войдя с залитого солнцем поля, пронесли через шатёр огромного и сильно помятого рыцаря – безгласного и, видимо, уже бездыханного. Они несли его на пункт первой помощи, расположенный под королевской ложей. Это была уже четвёртая жертва Красного рыцаря. Снова затрубили трубы, но прежде чем герольды, которые вполне могли бы провозглашать тосты на обедах в Сити, успели открыть рты, Сэм поспешно задёрнул полог. Вернувшись к своей скамье, он увидел, что у противоположного входа стоит Лэмисон с лютней.
– Её высочество принцесса Мелисента, – сказал Лэмисон, – желает молвить тебе… слово.
– Что ж, – мрачно сказал Сэм, подходя к нему вплотную. – Я тоже желаю молвить ей слово, и возможно, это будет последнее слово в моей жизни.
Лэмисон приподнял полог, пропуская Сэма, но сам остался в шатре.
– Ступай, болван, – ехидно прошипел он вслед Сэму. – «Чёрный рыцарь взял моё сердце в полон» – на-ка вот, выкуси! Сдаётся мне, что сегодня Красный рыцарь вырвет из тебя печёнку и возьмёт её в полон!
Покуда он тешился этой мыслью, появились Мальгрим и Нинет. Они несли узел с оружием и доспехами, с виду похожими на те, что Сэм оставил на полу.
– Вот спасибо, Лэмисон, – сказала Нинет. – Это-то нам и нужно.
Лэмисон, который был не в духе, иронически поклонился ей и вышел.
– Ну-с, дорогая Нинет, – сказал Мальгрим, очень довольный собой, – сейчас мы заменим превосходные латы, щит и шлем, которые принцесса раздобыла для Сэма, – и он указал на груду доспехов на земле, – вот этим стандартным хламом, в своё время апробированным камелотской Королевской комиссией по проверке лат и оружия. Ха-ха!
– Чудесно, милый, – сказала Нинет, и они принялись перекладывать весь этот скобяной товар.
– Это только одна из моих безобидных шуток, дорогая Нинет. Давайте свалим это оборудование вон там, в углу, и чем-нибудь накроем – слишком оно тяжёлое, чтоб с ним таскаться.
– Вот я помогаю вам и всё восхищаюсь, – пылко сказала Нинет. – Вы так брызжете блестящими, оригинальными идеями… всё время плетутся восхитительные козни, а именно этого всегда жаждала моя душа. Ещё что-нибудь нужно, милый?