130 дней
Шрифт:
Окси громко крикнула:
— Ты просто боишься, что мы уйдем, оставив тебя одну!
— Идите, — был ответ, — форточка на кухне приоткрыта. Но как ты запрыгнешь обратно? Там высоко, а рядом нет ни кустов, ни деревьев.
— Послушайте Камиллу! — подала голос Жучка. — Она дело говорит!
— Нет! — крикнула Окси. — Даже не смейте мешать!
Жучка прижала уши и тихонько заскулила.
— Маркиза, открывай! — повторила Окси. — Они нам не помешают.
Несколько раз Маркиза и Окси прыгали, пытаясь открыть дверь, — безуспешно.
— Прыгай всем телом на нее, — посоветовала Окси.
Маркиза прицелилась. Прыжок и удар… Животом она задела ручку, на этот раз удачно. Маркиза упала навзничь прямо на Окси, которая изо всех сил уже толкнула дверь…
Получилось! Дверь медленно начала открываться. Все замерли. Взору представилась все та же картина — лежащая на полу женщина. Вот только она уже не была собой. Даже запах был совершенно чужой, незнакомый. И пугающий. Маркиза вспомнила предостережение Камиллы…
Окси опомнилась первая. Быстро пересекла спальню, двумя прыжками оказалась на подоконнике. Створка окна была приоткрыта.
После освобождения Маркиза и Окси в первые минуты приходили в себя: от чистого весеннего воздуха немного кружилась голова. Неожиданно скрипнула форточка кухни, и оттуда показалась старая кошка. Она крикнула Маркизе на прощание:
— Возвращайся домой! Обязательно возвращайся домой! Не капризничай, цени то, что есть! Будет трудно, не унывай! Удачи тебе, милая!
Камилла и Жучка остались в квартире, Окси пошла на поиски пропитания, а Маркиза направилась своей дорогой.
Странно, но она никак не могла сориентироваться. Дорогу сюда она нашла сравнительно легко, а вот как попасть обратно — почему-то не знала. Она кое-как добрела до знакомого магазина сантехники, где отдохнула немного, потом вышла к большому комплексу белых зданий, обнесенных оградой. Там на помойке было много всего, и Маркизе даже удалось сносно поесть. Убежала она оттуда, спасаясь от огромных и злых собак, а отпугнула их быстро мчавшаяся белая машина с красным крестом и мигалкой. Маркиза поняла, что это больница, и испугалась.
После этого она блуждала несколько дней, до тех пор пока ее внезапно не поймали какие-то люди. Они посадили ее в клетку и увезли на окраину города. Трясясь в машине, кошка и сама тряслась от страха, не зная, что ее ждет дальше. Она перестала что-либо понимать, и, казалось, еще немного — и сердце не выдержит… но почему-то ей вспомнилась Камилла. И Маркиза сумела совладать с паникой, хотя сил у нее совершенно не осталось.
Машина остановилась. Клетку вынули и внесли в помещение. Там пахло кошками, чем-то неприятным и лекарствами. О существовании таких мест Маркиза раньше даже не догадывалась. Когда ее привезли, ветеринар — круглолицый пухлый мужчина с влажными руками — осмотрел Маркизу и залил ей в пасть какой-то неприятной жидкости.
— От глистов, — воодушевленно рассказывал он вяло сопротивлявшейся Маркизе, — выпьешь, и
Потом Маркизу посадили в небольшую клетку. В ней она могла сделать только два шага в каждую сторону. Зато в клетке стояла миска с сухарями и водой. Никогда еще сухари не казались ей такими вкусными.
Конечно, насытившись и немного придя в себя, Маркиза не обрадовалась своему новому пристанищу.
— Ну что за конура? — недовольно ворчала она, обнюхивая углы и стены клетки.
Маркиза была не одна. В помещении стояли десятки подобных клеток. В некоторых были кошки.
— Где я? — задала вопрос Маркиза.
Никто из соседних клеток ей не ответил. Здешние обитатели вообще проявляли мало интереса к ее появлению.
Слева от своей клетки Маркиза разглядела белого пушистого кота. Он лежал кверху животом и дремал. Кошке захотелось, чтобы он проснулся. Маркиза сделала мягкий шаг в его сторону, грациозно села, обернув хвост вокруг своих лапок. В такой позе она была похожа на статуэтку. И, конечно же, знала, что она неотразима. Эта поза подчеркивала все ее достоинства — совершенный изгиб спины, длинную шею и прекрасную шерстку, которая переливалась в полумраке. Хвост изящно обрамлял картину истинного совершенства. Кошка могла едва заметно двигать кончиком хвоста, как бы заигрывая с собеседником.
— Простите, что беспокою, — обратилась она к своему соседу, — меня зовут Маркиза, а вас?
Белый кот приоткрыл один глаз, окинул ее равнодушным взглядом и нехотя ответил:
— Маркиз.
— Какое красивое имя! — промурлыкала Маркиза.
Кот еще раз приоткрыл глаз, медленно и глубоко вздохнул. Потом так же медленно выдохнул и презрительно хмыкнул:
— Неужели бы ты по-другому сказала?
После этих слов он перевернулся на другой бок. Маркиза была обескуражена его поведением. Было понятно, что разговор не клеится.
— Он — кастрат. Не обращай внимания, у кастратов другие радости, — раздалось с другой стороны.
Маркиза обернулась и через клетку от себя увидела полосатого кота с ярко-зелеными глазами.
— Мы в приюте, — ответил полосатый кот на немой вопрос Маркизы.
— Что это такое? — удивилась Маркиза.
— Сюда привозят отловленных бездомных кошек. Потом дают объявление и кто-то из хозяев откликается. А некоторых берут другие люди.
— А остальных… кого никто не берет? Они живут здесь всю жизнь? В этих клетках?
— Об этом здесь точно никто не знает. Поговаривают, что если спустя какое-то время никто из людей не заберет кошку, то ее убьют.
— Как убьют?
— Видела добрячка-ветеринара?
— Да.
— Говорят, он что-то такое с животными делает, что можно заснуть и больше никогда не проснуться.
— Ерунда, — не поверила Маркиза, — он добрый.
— Может, и ерунда. Но когда меня привезли, я познакомился с хромым котом. Он тут прожил дольше всех. Кстати, жил в твоей клетке. Так вот вчера его забрали, а почему? Не знаю…