007. Вы живёте только... трижды

Бурштейн Алексей

— Мам, а почему мы не можем провести каникулы в «Норе»? — не понял Рон, который то ли был менее понятливым, чем близнецы, то ли просто не разглядел мамин кулак со своего стула. — Камин-то в «Норе» работает, в отличие от этого поместья. Тутошние камины даже подключить к сети нельзя, иначе конспирация нарушится… Из нашего дома в больницу попасть будет куда быстрее, чем отсюда. И Сириуса мы стеснять не будем…

— Нет, Рон, вы должны быть в Лондоне, рядом с папой… Он будет чувствовать, что вы близко от него, и начнёт поправляться быстрее… И на Рождество вы тоже здесь останетесь, и на Новый Год, и не спорь с матерью!

— А ты тоже

на это время сюда переедешь?

Молли безочтётно подняла собственное запястье к носу, втянула носом почти выветрившийся запах афродизиака и попыталась согнать с лица мечтательную улыбку:

— Нет, Рон, кто-то должен следить за «Норой»… Там опять садовые гномы расплодились… Надо их гонять… Упырь на чердаке…

— Какие садовые гномы, мама, конец декабря на дворе! — не понял Рон.

— Ну да, им холодно, вот они и лезут к нам в амбар! — нашлась Молли.

— Досточтимые маглофилы, — прервал их разговор Кикимер, — жратва готова!

И с этими словами домовой эльф бросил на стол здоровенную чугунную сковородку, в которой шипело, шкворчало и дымилось что-то, что, за неимением другого термина, следовало бы назвать «кушанием». Вот только кушать его никто не стремился.

— Это что? — опасливо поинтересовался у слуги хозяин дома. Спиртное, основательно затуманившее его мозги, всё-таки сохранило в целости остатки чувства самосохранения.

— Это маглофильская еда! — гордо ответил Кикимер. — Для самых что ни на есть маглофильных маглофилов. Бекон, яйца куриные, масло машин… Растительное, соль, вкусовые приправы, красители и ароматизаторы, идентичные натуральным.

— Какие ароматизаторы?! Эта сковородка воняет так, что тут находиться невозможно! — поперхнулся Сириус.

— Хозяин приказал Кикимеру приготовить яичницу, — с достоинством ответил эльф, — но хозяин ведь не приказывал Кикимеру предварительно выбросить содержимое и вымыть сковородку!

Джеймс оценил поступок. Похоже, домовые эльфы открыли для себя итальянскую забастовку.

— Ах ты… — задохнулся от возмущения Блэк. — Прочь с моих глаз, и чтоб я тебя не видел!

— Но куда же я пойду? — губы домового эльфа растянулись в предвкушающей улыбке.

— Да куда хочешь!!!

Кикимер издал торжествующий вопль и с лёгким хлопом исчез. Джеймс бросил взгляд в коридор: из-за слегка отдёрнутой портьеры были видны руки Вальпурги Блэк, движущиеся в беззвучной овации.

Амбридж пытается выяснить у Драко Малфоя, что затевают Дамблдор с Поттером

Долорес Амбридж, опираясь костяшками пальцев на письменный стол, угрожающе нависала над посетителем. Учитывая, что профессор ЗоТИ не отличалась богатырским ростом и могла угрожающе нависать разве что над котёнком, для облегчения этого действия её письменный стол был предусмотрительно расположен на дощатом помосте, который Филч соорудил в её кабинете. На этот помост Амбридж взбиралась по приставной лестнице, виртуозно проклиная Филча каждый раз, когда ей хотелось выпить чашечку чая, просматривая бумаги. Приставная лестница сиротливо торчала в углу и сильно портила производимое нависанием впечатление.

Однако Малфой был вышколен в лучших традициях магической аристократии. Он уткнулся носом в точку на два дюйма левее и на шесть дюймов выше макушки Амбридж, то есть смотрел почти ровно вперёд, и закусил щёку изнутри, чтобы не заржать в голос.

— Итак, мистер Малфой, мы друг друга поняли? — осведомилась

Амбридж, со вздохом отмечая, что зловещая тень её тела, которой полагалось бы закрывать посетителя с головой, заканчивается у того где-то в районе пояса. Мысли, которые вызвало такое положение тени у бедолаг, вызванных пред лицо Генерального Инспектора, никак нельзя было назвать педагогичными. «Надо будет попробовать передвинуть факелы ещё ниже, — со вздохом подумала Генеральный Инспектор Хогвартса. — Но тогда они начнут припекать мне поясницу. Проклятье».

— Опасаюсь, что нет, профессор Амбридж, — ответил Драко, пользуясь только половиной рта. Второй половиной он по-прежнему зажимал щёку, отчётливо понимая, что его будущая карьера в Министерстве зависит от того, сумеет ли он удержаться от хихиканья в ближайшие несколько минут.

— Что вы сказали, мистер Малфой?

— У меня болят зубы, профессор Амбридж. Поэтому мне сложно разговаривать.

Долорес опалила мальчишку яростным взглядом. Тот даже бровью не повёл. При всём впечатанном на уровне ДНК уважении к высокопоставленным работникам Министерства, пылающие взгляды парвеню типа Амбридж Малфои, представители аристократического рода с тысячелетней историей, воспринимали как что-то вроде пылающих взоров домовых эльфов. И, что самое обидное, Амбридж об этом догадывалась.

— Ладно, — выдохнула она и села, перестав угрожающе нависать. Драко рискнул отпустить щёку. Долорес подняла со стола и показала Драко разворот какой-то книжки: — Попробуем по-другому. Мистер Малфой, вы догадываетесь, что у меня в руках?

— Мне отсюда плохо видно, профессор. Судя по повторяющемуся рисунку записей, это некий журнал. Судя по длине каждой записи, это журнал, отмечающий какие-то короткие события. Судя по тому, что каждая запись делается одним из четырёх цветов, эти события как-то связаны со школьными факультетами. Судя по тому, что каждый цвет используется в двух оттенках, каждая запись регистрирует событие, которое может быть одного из двух типов. Я бы рискнул предположить, что это регистрационный журнал изменений количества факультетских баллов, — их присуждения и снятия.

— Вы совершенно правы, мистер Малфой. Если быть точным, вы сейчас смотрите на журнал изменений количества баллов за вчерашний день. И, посмотрите-ка, предпоследняя запись в нём — награждение факультета Слизерин пятнадцатью баллами за отлично проведённую вами трансфигурацию. Что вы трансфигурировали, Малфой?

Драко честно попытался припомнить. Это было несложно. Затем он попытался оценить, кто мог на него донести. Неужели Пэнси?..

— Я ничего не трансфигурировал, мэм, — ответил Драко, втайне радуясь, что после уделения внимания журналу он предусмотрительно продолжил смотреть в точку чуть выше и левее макушки Амбридж, а не в её глаза, и, следовательно, нет нужды отводить взгляд.

— Не может быть, Драко, — ласково сказала Долорес. — Тут зелёным по белому написано: «15 баллов Малфою за отлично проведённую трансфигурацию и за превосходные чары». И подпись: «Альбус Дамблдор».

Как ни пытался Драко сдержать изумление, у него ничего не получилось:

— Альбус Дамблдор?! Это который директор?! Но я ничего не… Но он не должен был узнать!

— То есть вы всё-таки что-то сделали, — удовлетворённо улыбнулась Амбридж. — Рассказывайте, что.

— Ну, понимаете, развлечений по вечерам в школе мало, поэтому… — раскололся Малфой.