007. Вы живёте только... трижды
Шрифт:
Физиономия Фаджа вытянулась и посерела.
— И эти дети регулярно пишут домой родителям… И влияют на их мнение… Долорес, вы должны что-то предпринять!
— Я вся внимание, господин министр. Что вы хотите, чтобы я сделала?
Фадж лихорадочно грыз ногти. Долорес решила, что совсем немного личной инициативы не повредит:
— А если я слегка авадну Дамблдора? Совсем чуть-чуть? Это поможет?
Министр грустно улыбнулся:
— Долорес, если вы сумеете заавадить лучшего дуэлянта в мире, который играючи победил Гриндевальда, мне придётся отдать приказ о вашем физическом уничтожении. Потому что иначе вы, ослеплённые гордыней, в один прекрасный день можете решить, что Министерством управляют неправильно. И, более того, что вы знаете, как управлять им правильно, — явно ошибаясь, потому что только я знаю, как управлять Министерством правильно. В этот день вы вынете свою палочку и попробуете
Корнелиус Фадж устало провёл рукой по скверно выбритому подбородку. В последнее время министр сильно сдал:
— Кроме того, Долорес, если вы заавадите Дамблдора сейчас, магическая общественность решит, что его убрали по политическим причинам. А значит, в бреднях, которые он неустанно распространяет уже два с лишним месяца, есть некий резон. Я не могу этого допустить. Нет, авадить его будет совсем неправильно. Вот если бы с ним произошёл какой-нибудь несчастный случай…
— Авиакатастрофа? — деловито осведомилась Амбридж. — Падение с метлы с высоты в четыреста футов головой вниз… Плюс случайное попадание ногами в тазик с быстрозастывающим цементом, который кто-то необдуманно поставил на краю жерла вулкана. Как вы думаете, это достаточно несчастный случай, или стоит сгустить краски?
Фадж проглотил первые несколько ответов на инициативу подчинённой.
— Дамблдор не пользуется мётлами, — ответил он, выбрав, наконец, реплику, не содержащую негативно окрашенных эмоциональных междометий. — Он не подходит к клеткам с драконами, не общается с фестралами, не гладит гиппогрифов. Единственное животное, с которым он близок, — Фоукс, его ручной феникс, умеющий плакать по желанию хозяина, а слёзы феникса являются мощнейшим целительным средством. Все его перемещения в последний год проходят исключительно пешком или методом аппарации, в которой наш Альбус поразительно силён. Он ест за общим столом, исключительно из тех блюд, из которых кто-то уже набрал себе еду. У него есть маленький бар в кабинете, но я готов поставить галеон против кната, что по его кабинету даже мышь не сможет пройти без того, чтобы Дамблдор узнал длину усов и цвет шерсти всех её родственников до пятого колена.
Долорес, что бы о ней ни думали, идиоткой не была. Из тирады своего начальника она сделала правильный вывод: Фадж принялся следить за Дамблдором задолго до того, как тот открыто выступил против Министерства.
— Дамблдор очень тщательно подходит к обеспечению своей безопасности, — продолжил Фадж. — Он не ведёт уроков, потому что на уроках что-нибудь может пойти не так. Ну, знаете, какое-нибудь зелье может взорваться, или метла хулигана случайно попадёт в висок… Мало ли способов расстаться с жизнью в школе. Так вот, Дамблдор знает их все, и он скрупулёзно следит, чтобы не попасть в ситуацию, которая может вылиться в один из них. Он передвигается только по защищённым коридорам, часть из которых недоступна школьникам. Он никогда не проходит по одному и тому же пути дважды подряд. Ни у кого нет доступа в его личную ванную комнату, и мне неизвестно, как он пополняет запасы шампуня для своей бороды. По крайней мере, домовые эльфы «Хогвартса» этого точно не делают. Никто не знает, где он находится, когда он не занят своими прямыми обязанностями, — и, честно говоря, эти самые обязанности не могут отнимать у него слишком уж много времени, особенно теперь, когда мы выперли его из Визенгамота. Я подозреваю, что он снял антиаппарационный щит где-то на территории своей берлоги, и то, что он не покидает школу, вовсе не означает, что он не покидает школу. В общем, получается, что самый реалистичный вариант, в котором наш герой покинет этот мир, — это если он подавится своими лимонными дольками. Ах, как бы я хотел, чтобы ему попалась роковая долька [126] !
126
Это отсылка к шикарному фику Заязочки.
Амбридж промолчала. Ей было нечего сказать. Она пришла примерно к таким же выводам, не имея и десятой части данных и средств, доступных министру.
— Насчёт его методов… Поразмыслите об этом, Долорес, — добавил Корнелиус, вытягивая руки к огню. — Мы так и не узнали, от чего скончался Армандо Диппет. Его смерть в конце 1992-го была уж слишком удобной для Альбуса. Рита Скиттер пару лет назад в разговоре со мной упоминала Диппета: якобы тот намекнул ей о каких-то интересных сведениях, касающихся Дамблдора.
— Со слов Дамблдора, — повторила Амбридж. Ей показалось, что в кабинете внезапно стало холоднее.
— Кстати, Дамблдор так и не объяснил, что ему понадобилось от Диппета, которого он раньше не навещал. Но в тот год было много возни с Тайной Комнатой, а Диппет был директором «Хогвартса», когда её открывали в предыдущий раз, и когда погибла та девочка… Поэтому все решили, что Дамблдор хотел выяснить какие-то факты о Тайной Комнате. Честно говоря, даже я так думал, — добавил Корнелиус в нехарактерном для себя приступе самокритики. — Но, Долорес, поразмыслите-ка вот о чём. Свидетельство о смерти заполнял не колдомедик, а могильщик, — многозначительно поднял бровь министр. — Который обычно мертвецов не видит, ему крышка гроба мешает. Вы бы доверили выяснять причину смерти кому-то, кто ни разу в жизни мертвеца не видел, и про здоровье знает только то, что возня с сырой землёй этому здоровью не способствует? Вам это не кажется подозрительным?
— Кажется, — кивнула Амбридж. — Вот теперь, когда вы об этом упомянули, — кажется.
— И ещё один маленький нюанс, — добавил Корнелиус. — А откуда там вообще взялся могильщик, если тело, согласно завещанию, должны были кремировать немедленно по обнаружении? И кремировали. Лично Дамблдор. Хотя тут ему хватило такта подождать прибытия наших сотрудников, которые наблюдали за кремацией. И которых, блин, совершенно не насторожило, что чернила на завещании ещё не высохли, хотя Диппет, судя по состоянию тела, был мёртв уже пару дней.
Долорес зябко поёжилась. Фигура добродушного, вечно улыбающегося директора школы предстала перед ней в новом свете.
— А есть ещё Батильда Бэгшот, — Корнелиус Фадж вскочил на ноги и начал нервно расхаживать перед камином, — которая совершенно внезапно сошла с ума, стоило Рите Скиттер подкатить к ней с вопросами о прошлом Дамблдора. Долорес, я хорошо знал Батильду, это же кремень в юбке. В сто десять лет она бегала, как молодая, пинком открывала дверь в мой кабинет, могла перепить Хагрида, а «Историю магии» цитировала с любой страницы по выбору, причём в любом направлении. И вдруг — внезапный инсульт с почти полной потерей памяти и дееспособности. А догадываешься, кто её обнаружил, лежащей на полу и неспособной даже подняться? И кто поднял меня на смех, когда я предложил проверить его палочку с помощью «Приор Инкантато»?
— Дамблдор? — ахнула Амбридж.
— Поверьте мне, Батильда Бэгшот и Армандо Диппет — это не единственные странные случаи среди окружения Дамблдора, — твёрдо произнёс министр, снова плюхаясь на пол перед потрескивающим камином. — Есть ещё Гораций Слизнорт, который внезапно оставил посты мастера зелий и декана Слизерина после того, как Волан-де-Морт был уничтожен, и, казалось бы, ему теперь нечего бояться. То есть в течение всей Первой Магической войны он дрожал от страха, но работал, и не за страх, а за совесть. Но как только опасность миновала, вместо заколачивания денег он уходит в отставку и селится в глуши. Это Слизнорт-то, душа компании, председатель Клуба Слизней, у которого есть связи везде, и который не представлял себе жизни вне светского общества! А с начала лета он вообще начал переезжать каждые несколько дней, и мы потеряли его из виду. Зачем? Почему? Что он узнал, чего он испугался? Или, скажу проще, что в словах Дамблдора напугало его настолько, что он пустился в бега?
— Возвращение Тёмного Лорда? — рискнула Амбридж, заранее зная реакцию Фаджа.
— Чушь! — взмахнул рукой министр. — Мы оба знаем, что после «авады» не возвращаются. У нас в семидесятых были полные морги примеров правильной работы «авады», а в 81-м появился пример неправильной работы, но такого, чтобы умереть и воскреснуть, — не было ни разу. А ведь заклинание мгновенной смерти популярно и известно всем, если бы оно могло не сработать при каких-то условиях, оно просто по закону больших чисел не сработало бы раньше. И, кстати, я вообще не верю, что «Авада Кедавра» могла не сработать. Мне кажется, Тёмный Лорд испытывал на Гарри Поттере какое-то новое заклинание, и вот с ним что-то пошло не так. Но если это была «авада», и она отрикошетила в Сами-Знаете-Кого, он просто не мог не умереть. А если он умер, то не мог воскреснуть.