007. Вы живёте только... трижды

Бурштейн Алексей

— Это же бешено энергозатратная магия! Неужто невыразимцы пробили себе финансирование на такие заклинания? А как они сами в свой отдел попадают? Каждый день проходят через эту дверь? А Фадж ещё не вырвал у себя последние волосы, когда узнал, сколько стоит разовая активизация заклинания такого уровня?

— Да какие там затраты, — отмахнулся Снегг, — это же артефакт. Вы что, ещё не поняли?! Каждая дверь в этом чёртовом отделе — артефакт! Они совершенно не гнушаются изготовлением артефактов для собственных нужд. Невыразимцы сидят на целой груде артефактов, у них в одной из комнат Арка Смерти стоит, говорят, рабочая. Знаете, сколько магической энергии

можно получить из разности потенциалов между двумя сторонами этой Арки? Вы представляете, какие у них запасы энергии?!

— А кто говорит, что Арка Смерти — рабочая? — полюбопытствовала Кэрроу.

— Да есть там один, Бродерик Боуд, — нетерпеливо дёрнулся Малфой. — Говорит, лазил в эту арку, на «слабо». Арка Смерти, всё верно. Рабочая.

— Сволочи, — равнодушно прокомментировал Волан-де-Морт. — Дальше.

Эйвери быстро передвинул чертёж:

— Дальше там вот такая круглая комната. В ней 12 дверей, каждая из которых ведёт в своё частное пространство. Я сумел выяснить содержимое нескольких. В одном как раз и хранится Арка Смерти. Вот ещё одно помещение, здесь Министерство занимается промывкой мозгов. А вот тут — кабинет изучения времени. И, что самое главное, из комнаты изучения времени есть выход в комнату хранения пророчеств. Я только не знаю, это одно пространство или опять матрица объединения пространств, замаскированная под дверь.

Волан-де-Морт побарабанил по столу пальцами.

— Я выяснил, мой лорд, что в Зале Пророчеств каждое пророчество записано в стеклянную колбу-активатор, — добавил Малфой. — В качестве дополнительной меры защиты, взять пророчество с полки может только тот, кто упоминается в этом пророчестве.

— А подхватить падающее пророчество с перевёрнутой полки? — осклабился Макнейр.

Малфой запнулся на полуслове. Похоже, ему необходимо пересмотреть своё отношение к психопатам и садистам: иногда они выдавали вполне достойные мысли.

— Кто может добраться до Зала Пророчеств? — прошипел Тёмный Лорд. — Малфой, ты можешь подчинить кого-нибудь из Отдела Тайн?

— Я в неплохих отношениях с Боудом, — признал Малфой, — могу попробовать подчинить его, или Подмора, и тогда они добудут пророчество методом Макнейра.

— Хорошо, но надо придумать что-нибудь ещё.

— Взять Отдел Тайн штурмом! — встрепенулась Кэрроу. — Мы подавим охрану, прорвёмся внутрь и установим периметр. Там же только одна дверь, поставим в коридоре двоих хороших дуэлянтов, и они смогут держать оборону хоть до морковкина заговенья. А вы, мой лорд, тем временем войдёте внутрь Зала Пророчеств и сможете взять пророчество лично.

Тёмный Лорд взревел:

— Это будет рывок в мышеловку! А выходить как?! Что помешает им окружить выход из Отдела Тайн аврорами? Или вообще засыпать его камнями, пока я там, внутри?

Малфой закатил глаза:

— А что помешает вам, запертому в Отделе Тайн, войти в кабинет изучения времени, взять Маховики Времени, вернуться в прошлое и выйти из Министерства ещё до того, как вы туда вошли? На самом деле, даже лучше, если вход в Отдел Тайн засыпят камнями. Тогда у нас будут артефакты, до которых противник добраться просто не сможет.

Волан-де-Морт задумчиво пожевал нижнюю губу.

— Это да. Но нам нужно больше бойцов. Преданных, безбаш… Бесшабашных. Вроде Долохова и четы Лестрейнджей. Нам нужно подкрепление, а для этого надо будет устроить побег из Азкабана.

— Из

Азкабана?!

— А почему нет? Мы знаем, что оттуда сбежал Барти Крауч, мы знаем, что оттуда сбежал Сириус Блэк, так что это не невозможно. Тем более — с нашей помощью.

Живот Малфоя громко забурчал. Люциус смущённо потупился.

— Идите, — царственным жестом отмахнулся Волан-де-Морт. — Люциус, подчини Боуда или Подмора, а пока я сам подумаю над планом побега.

Пожиратели Смерти встали, Эйвери задержался, сворачивая чертежи и убирая их в тубус. Снегг, торопливо откланявшись, бросился к дверям, — он опаздывал в «Хогвартс». Макнейр и Кэрроу тоже не стали задерживаться. Малфой и Эйвери вышли из дверей последними, оставляя Волан-де-Морта чертить какие-то рисунки на листах пергамента и бормотать что-то себе под нос.

Эйвери, воровато оглянувшись, жарко зашептал на ухо Малфою:

— Люциус, скажи, а тебе не страшно, что он всё время живёт в твоём доме?

— Нет, ни капельки, — честно ответил Люциус. Ему в самом деле было не страшно, только неприятно. — А почему мне должно быть страшно?

— Ну, как же, — задвигал бровями Эйвери и указал в сторону дверей, где Нот прощался с Нарциссой, — ты целыми днями на работе, и твоя жена с ним одна. Наедине. Вдвоём. С посторонним мужчиной. Тебе не страшно?

— С кем?! А-а, ты об этом. Нет, не страшно. Я доверяю моей жене, и я доверяю моему лорду, — с усталой улыбкой сказал Малфой. — Ну и потом, есть ещё один нюанс… Эй, Червехвост, поди сюда.

— Вы звали меня, сэр?

— Расскажи господину Эйвери, как ты облажался во время воскрешения нашего повелителя.

Питер Петтигрю задрожал от смущения и попытался закрыться серебряной рукой:

— А может, не надо?

— Надо, надо, — угрожающе вздёрнул губу Малфой. — Заодно подумаем, как передать эту информацию Беллатрисе… Чтобы она не раскатывала губу заранее.

Петтигрю задрожал ещё сильнее. Против прямого приказа хозяина дома он пойти не мог.

— Ну, сэр Эйвери, для создания тела Тёмного Лорда мы использовали древнее заклинание «Кость, плоть и кровь». В качестве основных действующих компонентов для сопутствующего зелья использовались кость отца, плоть слуги и кровь врага. В качестве врага, благодаря хитроумной комбинации нашего повелителя, нам удалось заполучить самого Гарри Поттера, с костью отца тоже проблем не возникло, а вот плоть слуги…

Маленький человечек с крысиными чертами лица взглянул на серебряную кисть руки с гримасой отвращения:

— Мы пользовались переводом старинного еврейского заклинания на древнегерманский. Но, оказывается, еврейская традиция предписывает очень тщательно следить за здоровьем слуг и рабов. Если еврей повреждал рабу зуб, или палец, или глаз, или любой другой орган, он обязан был дать рабу вольную. Если у еврея в доме была одна кровать, то на ней должен был спать раб, если в доме была только одна подушка, она доставалась рабу [119] . То есть требовать от слуги, который даже не раб, чтобы он добровольно отрезал от себя важный кусок, еврейская книга заклинаний не могла никак.

119

Это в самом деле так. Источник: иерусалимский талмуд, который делает этот вывод из пятикнижия Моисеева, книги «Исход», глав 21–24. См. также тут и тут.