Звёзды

Юэ Ци

– Пошел! – тихо прошипела Юнь Шань.

Они сцепились в клубок. В ее арсенале была лишь скорость нервных реакций, но противник никакого сопротивления ей оказать не смог. Дважды ударившись головой о ствол, он потерял сознание.

Одного она уложила, и он не успел поднять тревогу.

– Пронесло, – тихонько пробормотала девушка.

Проиграй она сейчас, то оказалась бы в смертельной опасности, а о Го Юане уж и думать не приходилось. Связи не было, кто знает, что там с ним сейчас происходило. Звуки должны были привлечь внимание остальных. Юнь Шань торопливо, крадучись отползла в сторону. Ее руки и ноги онемели от шока после полученных ударов, и движения замедлились.

Конечно,

едва она успела уйти в сторону и найти уголок, чтобы спрятаться, как снизу засияли четыре луча. «Светлячки» обнаружили, что их товарищ споткнулся и потерял сознание, и немедленно принялись озираться вокруг.

Глубина приближалась к ста метрам, не будь фонариков, они бы не разглядели собственных пальцев. Юнь Шань затаила дыхание, поскоблила лианы, набрала пару горстей не то грязи, не то биослизи и размазала по телу, стараясь не попасть под прямые лучи света. Эта операция действительно полностью отодвинула в сторону вопросы личной жизни и смерти, судьба всех людей теперь зависила только от Го Юаня. Юнь Шань почему-то чувствовала какое-то удовлетворение, ведь она ставила на карту собственную жизнь, как настоящий воин.

Луч фонарика метался туда-сюда еще пару минут, прежде чем снизу раздался голос:

– Ладно, забудь, эти сверху рано или поздно спустятся вниз. Время поджимает.

– Где Цзян Ли?

– Неважно. Пойдем.

Люди продолжили шумный спуск, а Юнь Шань не смела пошевелиться. Минут через пять она вдруг почувствовала, как снизу поднялся сильный ветер, его порыв, влажный и смердящий, поднял окружающую пыль, чуть не задушив ее.

Проход в подземную центральную базу был открыт.

И впрямь, внизу она увидела чистый белый свет, источник которого находился всего в тридцати-сорока метрах, а еще заметила, как лучики фонарей падали в него, таяли и исчезали внутри. Благодаря свету Юнь Шань смогла внимательно оглядеться, чтобы понять, не охраняет ли кто-нибудь территорию внизу, и не нашла ничего необычного.

Она потрясла руками и ногами, разгоняя и активируя кровь, задрала голову и поглядела наверх. Там не было ни единого проблеска света, только кромешная тьма. От земли же, напротив, шло яркое сияние, создавая ощущение, что небо и земля поменялись местами.

Работающим здесь приходилось по-настоящему несладко. В Чэнду и так-то солнца не бывает, а от работы в таком месте собаки будут лаять на него целыми днями. [61] Юнь Шань медленно сползала вниз, лихорадочно размышляя. Чем ближе к входу, тем осторожнее. Дыра меж тем продолжала опадать вниз, становясь все шире.

61

В Китае популярна шутка, что сычуаньские собаки с непривычки лают на солнце, поскольку обычно оно скрыто за постоянной дымкой.

Это центральная база. То, что сказал мягкотелая креветка Ча Хуань, было правдой.

Раньше у нее еще оставались сомнения, но сейчас она сама спустилась почти на двести метров.

Ужасно, что подобное и вправду создали в таком глубоком подземелье.

Здесь конец всем секретам.

Юнь Шань машинально коснулась пистолета на поясе.

Оружие не давало чувства безопасности и спокойствия, как обычно, зато странная, беспричинная паника поднималась из самых глубин души.

Она вспомнила, что Ча Хуань сказал во время допроса: «По сравнению с этой штукой все наши человеческие технологии и оружие – детские игрушки».

Глава двадцать первая

Следователь

с улыбкой на лице сообщил Ван Хайчэну, что проверка в его отношении полностью завершена.

– Она затянулась на долгое время, но так всегда бывает, когда дело касается безопасности и благополучного ведения сверхсекретных национальных проектов. Я полагаю, что вы, доцент Ван, можете в полной мере это понять. В конце концов, проект «Звезды» вам как ребенок. Ценность и значимость этого проекта не поддаются измерению, и здесь нет места ни малейшей ошибке, поэтому нужно держаться настороже. Некоторые меры в процессе расследования могли быть довольно строгими, но обеспечивать безопасность проекта должен каждый. Я надеюсь, что у вас не возникнет никаких недопониманий или тревог. Я знаю, что вам было неловко отвечать на некоторые вопросы, и теперь могу извиниться перед вами. Особенно что касается вопросов о вашей студентке, докторе Бай, это было чересчур. Но тут особые обстоятельства, ситуация особая, и нам волей-неволей пришлось прибегнуть к активному психологическому давлению. Мы думали о национальной безопасности, я надеюсь, вы сможете понять. От себя лично приношу искренние извинения за прежние слова.

Ван Хайчэн спокойно выслушал и кивнул:

– Я могу понять, – а затем добавил, – и хочу встретиться с высшим начальством.

Услышав это, следователь, собиравший со стола документы, на мгновение опешил:

– А?

– Я хочу встретиться с высшим начальством, – спокойно повторил Ван Хайчэн.

Следователь в недоумении переглянулся с сопровождавшими его людьми.

– Что вы имеете в виду? Разве я не ясно выразился? Ваше расследование окончено, проблем нет, с сегодняшнего дня вы можете вернуться к работе…

– Мне нужно кое о чем доложить, это очень важно.

– Э-э… не могли бы вы сперва объяснить нам, о чем вам нужно доложить?

– Не мог бы, – лаконично ответил Ван Хайчэн.

– Почему?

– Вашим умом этого не понять.

Следователь аж поперхнулся от такого, и ему пришлось сделать глубокий вдох:

– Товарищ Ван Хайчэн, у нас нет полномочий, чтобы помочь вам подать заявление такого рода. Наша работа закончена, и теперь вы свободны. Что касается других требований, пожалуйста, обратитесь за советом к своему руководителю.

– Тогда, пожалуйста, отведите меня к моему руководителю. Я теперь не знаю, кто мой руководитель и где находится его кабинет.

– Хорошо, – вздохнул следователь.

Он долго водил Ван Хайчэна по военной базе, прежде чем остановиться у двери какого-то кабинета. Ван Хайчэн постучал, и изнутри донесся низкий женский голос с хрипотцой:

– Войдите.

Он так и поступил.

Кабинет был невелик, и в глаза бросалось отсутствие всякой мебели, кроме стола. То ли так отдавали дань военному стилю, то ли повлияла недавняя политика строгой экономии. За столом сидела женщина с волосами, подернутыми сединой, при виде Ван Хайчэна директор поднялась с места и протянула ему руку, перегнувшись через половину стола.

– А, профессор Ван, я давно слышала о вас и очень ждала личной встречи. Пожалуйста, присаживайтесь. Моя фамилия У, У Сяо. Садитесь.

Ван Хайчэн ничего не мог понять ни о ее ранге, ни о должности. По сей день он не мог разобраться в отношениях между отделами, секторами и институтами, впрочем, и не планировал выяснять это. Ему хватало знания, что она заведует проектом «Звезды». В отличие от предыдущих, эта начальница была непривычно вежлива и даже казалась немного застенчивой.

– Я и сама должна была поговорить с вами, ваше расследование ведь только что закончилось?..