Звезды
Шрифт:
Джудит подошла к кровати и сказала:
– Поскольку ваш личный врач в данный момент недоступен, мистер Смит, может быть, я могу помочь. – Подойдя еще ближе, она увидела капли пота у него на лбу, тени страха вокруг глаз.
– Но вы женщина, – сказал он.
– Зоуи говорила мне, что у вас боли.
– Потерплю до прихода доктора Ньютона. Чувствуя на себе взгляд Зоуи, Джудит сказала:
– Очень важно определить источник боли, мистер… – она оборвала себя, чуть не назвав его настоящее имя. – Если боль вызвана чем-то, что связано с кровообращением, то есть опасность отторжения.
– Отторжения? –
– Да, часть тела, не получающая кровоснабжения, может отмереть.
Она сдавила пальцами основание мизинца на своей руке.
– Подобно тому, что случается при обморожении.
Он пробормотал:
– Милостивый Боже. Надеюсь, вы знаете, кто я? – Конец фразы он произнес увереннее.
Да, она знала. Она не могла перестать думать о любимом фильме сороковых годов, в котором он играл пирата, а Ронда Флеминг – его пленницу.
– Вы – мой пациент, – сказала она и добавила ласково – И страдаете от боли. А сейчас, пожалуйста, я только посмотрю и решу, чем могу помочь.
– Мне неудобно, что женщина занимается этим, – сказал он с ноткой грусти.
– Мистер Смит, – ответила Джудит, – годами женщины ходят к гинекологам-мужчинам. Вы, наверное, удивились бы, если бы они начали жаловаться на это.
– Это другое.
– Почему?
Он посмотрел на нее внимательно.
– Вы – настоящий доктор?
Она улыбнулась:
– Конечно. Что за вопрос?
– По своему опыту, а он у меня большой, я знаю, что настоящие доктора не работают в подобных местах. Врачи на пароходах, совершающих круизы, например. Разве они могли бы работать врачами в обычной жизни?
– Видите ли, – сказала она, – в данный момент я здесь единственный врач, настоящий или нет. – Она помолчала, потом добавила: – Я была замужем четырнадцать лет. Это поможет?
Джудит попросила Зоуи выйти из комнаты, затем поставила саквояж на пол и отодвинула одеяло мистера Смита, открыв живот до пупка. Осматривая бинты, опоясывающие его таз обручем, она объяснила, что ищет, нет ли внутреннего кровотечения и признаков инфекции. Все это время Смит смотрел в окно, за которым медленно падали снежинки. Он видел силуэт леса на горах на фоне темного неба. Он так хотел избавиться от боли, но чувствовал смущение. «Я обещаю вам, – говорил ему доктор Ньютон перед операцией, – что вы выйдете отсюда с животом, как у молодого человека.
– Какая пытка, – сказал он теперь со вздохом, – и все это во имя тщеславия.
Джудит ободряюще улыбнулась.
– Все выглядит в порядке, – сказала она, закрывая его одеялом. – Я дам вам болеутоляющее. Если вы почувствуете какой-либо дискомфорт, тотчас вызовите сестру.
Она улыбнулась и дотронулась до его плеча.
– Я знаю, как это все неудобно, и я сделаю все, чтобы облегчить положение. Главная наша забота – не допустить кровотечения и попадания инфекции. Необходимо, чтобы надрезы были чистыми, а перевязка не сползала.
– Я сознаю всю серьезность положения, доктор, – сказал он. – Это все тщеславие не дает мне покоя. Страх, что брюшко испортит мою репутацию. Не то чтобы у меня действительно выросло брюшко, но признаки его появления я замечал.
– Доктор Айзекс, – сказала она и добавила – Джудит Айзекс.
– А можно мне называть вас Джудит?
– Если хотите.
– Сестра сказала, что вы только начинаете здесь, что это для вас новая работа. Знаете, я любопытен. Мне интересно, откуда берутся опытные и по-настоящему компетентные врачи. Конкретнее, например, что у вас за спиной, что дает вам право и основание браться за лечение здешних пациентов, представляющих сливки человечества?
Она провела рукой по волосам, чтобы проверить, не расплелась ли коса, – нервный жест, выдающий смущение. И не ответила ему.
– Вы не возражаете, если я задам вам и личный вопрос, Джудит?
– Как сказать, – ответила она.
– Зачем молодая, хорошенькая женщина забралась в такое уединенное место? Почему вы не там, где идет настоящая жизнь?
– Я уже столкнулась с жизнью, мистер Смит, теперь хочу попытаться делать что-то другое.
Он посмотрел на нее изучающе.
– Вы мне чем-то близки, – сказал он.
А она вспоминала, как в четырнадцать лет впервые увидела его, когда по ночному каналу телевидения показывали старый фильм, где он играл с Оливией де Хэвиленд. Юная Джудит, переживавшая тогда подростковые гормональные проблемы, отчаянно влюбилась в него.
И сейчас тридцативосьмилетняя Джудит внезапно ощутила тот же самый легкий сексуальный позыв.
– Я еще зайду к вам позже, – сказала она, направляясь к двери.
– Извините, если смутил вас, – проговорил он. – Не понимаю, почему вдруг я стал таким любопытным. Обычно я подобных личных вопросов не задаю.
Он обаятельно улыбнулся, хотя гримаса боли несколько исказила улыбку. – Особенно на первом свидании.
Она вернулась к кровати, удивляясь своей реакции и даже несколько испугавшись ее.
– Я буду недалеко, – сказала она спокойно. – Я пообедаю со своей новой хозяйкой, а если вас будет что-нибудь беспокоить или просто захотите пообщаться – позвоните сестре, и она вызовет меня. У меня суточное дежурство. На ночь вам понадобится снотворное.
8
Монастырская школа святой Бригитты,
Тайбьюрон, Калифорния, 1950 г.
Кристина сидела в монастырской приемной среди светлой полированной мебели и ваз со свежесрезанными цветами. Ее единственной компаньонкой в комнате была гипсовая статуэтка святой Бригитты, патронессы Ирландии, установленная в освященной нише с нарциссами у подножия. В открытые окна лился солнечный свет, дул ветерок и слышались голоса девочек, радовавшихся встрече с друзьями и родственниками. Сегодня был седьмой день ее пребывания в школе, и Кристина молча и терпеливо сидела в приемной, ожидая, когда придет отец. Чемодан стоял у ее ног на полу, пальто лежало на чемодане. Она то и дело посматривала на стенные часы. Минутная стрелка словно застыла. Время еще никогда не двигалось так медленно, даже тогда, когда она изнывала от одиночества дома, ожидая возвращения отца.