Звезды в кармане
Шрифт:
Васька нахмурился:
– Так ничего и не осталось?
– Если бы снять плазменные пушки… Только без энергоэлементов они – куски металла.
– И подзарядить нельзя?
– Чем? Энергии хватает только на разогрев пирожков!
– А гипергенератор? – спросил я.
Бинк прикусил губу:
– Мысль интересная. Сам он производит определенную мощность. Только как его подключать к корабельной системе – понятия не имею. Может у вас выйдет?
Я развел руками.
А Лубенчиков брякнул:
– Мы в устарелой технике не разбираемся.
Бинк
– Тогда предлагаю вооружиться новейшими железяками. Мой раздолбанный энергоотсек – к вашим услугам!
Мы последовали его любезному совету. Заодно, в камбузе прихватили средних размеров кухонный нож. Ещё бы мухобойки найти – и полный комплект «Смерть монстрам!». Но мухобоек у волосатика не было.
– Как насчёт скафандров? – уточнил Лубенчиков.
– Никак, – отозвался Бинк, – По той же самой причине. Нет у меня энергии.
– Запасаться надо было!
– Может у вас на Земле энергоэлементы к скафандрам бесплатные. Но у нас они стоят кучу кредиток!
– Экономист хренов, – по-русски буркнул Васька, – Чубайс недоделанный…
– Не бойтесь. Местным бактериям мы не по вкусу.
– А если встретится кто-то крупнее бактерий?
Волосатик неопределенно пожал плечами:
– Будем решать проблемы по мере возникновения… Надеюсь, вы быстро бегаете?
Лубенчиков одарил гуманоида испепеляющим взглядом.
Вообще-то, хоббит – парень честный. Он добросовестно порылся среди разнообразного имущества в своей каюте и нашёл-таки пару браслетов-передатчиков. Точь в точь, как на его запястье.
Объяснил нам устройство и вручил:
– Техника первоклассная… Но пользоваться аккуратно. Между прочим, шестьсот кредиток…
Ещё он выделил каждому по оранжевой таблетке:
– Имунноактиватор.
Васька разжевал и сморщился:
– Кислятина.
Хоббит задраил люк. А к дыре в энергоотсеке присобачил что-то вроде охранного «жучка». Если кто полезет внутрь, на браслете у Бинка загорится индикатор.
– Так-то, надёжнее.
Он окинул критическим взглядом громадину звездолёта.
– Кажется, всё…
Приготовления достигли точки апогея. И мы с волосатиком поставили эту точку, до дна осушив фиолетовые бутылочки (Лубенчикову осушать было уже нечего). Втроём, мы двинулись к затянутому мглой горизонту. Навстречу неизвестности.
Мы шли вперёд и цилиндр инопланетного корабля тускнел, растворялся в дымке. Совсем недавно он был чужой, пугающий. А теперь – казался почти родным… Будто собственный дом оставляешь за спиной…
Человеку свойственно обживать мир, делать его привычным и простым… Пусть мы сами меняемся… Но и он меняется вместе с нами.
Иногда это происходит слишком быстро.
Я наклонился и сорвал красноватый полевой цветок. Не разбираюсь в ботанике. Но у этого – запах из моих детских воспоминаний.
Я
Наш дом. Настоящий… Где он?
Сколько до него парсеков и световых лет?
Я повернул голову. Васька Лубенчиков молча шагал рядом. Насупленный, сосредоточенный. Что-то он тоже чувствовал. И кухонный ножик в руке Васьки был как путеводная стрелка. Вперёд, только вперёд…
Пусть этот туман, как материализация наших мыслей. Ни дорог, ни ориентиров… Но мы сможем измениться. Кто сказал, что нет? Кто остановит нас на дороге самопознания?
Только попробуй – мало не покажется!
Я крепче перехватил увесистую трубу.
Наверное, одолели уже километр с лишним, когда Бинк вскинул волосатую руку.
– Что такое? – спросил Лубенчиков.
– Ш-ш-ш, – зашипел Бинк, указывая вперёд.
Теперь и мы разглядели силуэт. Ещё корабль! Мы здесь не одни!
Опустились на траву, ползком перемещаясь ближе.
Через несколько минут Васька озадаченно засопел:
– Лёха… У меня такое чувство…
– Дежа-вю, – подсказал я, – У меня – тоже.
А Бинк выругался на галактическом. И поднялся с травы, отряхивая ярко-зелёные шорты.
Это был наш корабль.
– Мы ж топали по прямой! – изумлялся Лубенчиков, от волненияя выстукивая кулаком по обшивке звездолёта, – Никуда не сворачивали! Как такое…
– Возможно, – кивнул я, – Та же ловушка, в которую мы однажды угодили. Искривлённое пространство.
– Ты думаешь… гипергенератор?
– Он ведь до сих пор работает.
Бинк хмурился, разглядывая что-то на браслете. Поднял глаза:
– От компаса мало толку. Но мы действительно не могли так сильно уклониться.
– Значит, всё таки движок?
– Проверим ещё раз…
Мы проверили.
И вышли к звездолёту-цилиндру с другой стороны.
– Та-ак, – констатировал Бинк, – Около полукилометра в радиусе. [4] Всё, что нам доступно…
4
Разумеется, Бинк использовал галактические единицы длины. В тексте, для удобства, они сразу переведены в земную систему СИ.
– Терпение лопнуло! – выпалил Васька, хватая железяку, – Разнесём эту чёртову гипер-таратайку!..
– Стоп! – рявкнул хоббит, – Во-первых, я не позволю уничтожать имущества на четыреста тысяч! В конце-концов, это мой корабль! А во-вторых, это врядли поможет!
– Почему?
– Да потому, что мощности движка недостаточно для такого радиуса! Вероятно, была флуктуация… Значит, теперешнее искривление – нестабильно!
– Оно что, само… рассосётся?
Бинк пожал плечами:
– Надеюсь, – он замялся, – А может, просто – аннигилирует… Вообще, я не очень разбираюсь в тонкостях…