Звездолет
Шрифт:
Четырехглазый вроде засомневался на мгновение, но затем нехотя поднял руки и приказал толпе разойтись. Словно патока по блину, пираты растеклись по краям зала, открывая выход и при этом неотрывно глядя на Солару. Она пихнула охранника, и они осторожно двинулись вперед. Доран поплелся следом. Его глаза так заплыли, что смотреть вокруг он не мог, потому уставился на заложника, оставив Соларе следить за толпой.
Сердце стучало как сумасшедшее. Доран вздрагивал от каждого звука, заслышав кашель – ждал нападения. Путь
– Закрой двери, – сказала ему Солара. – И сооруди какой-нибудь засов, если сможешь.
Он закрыл. Подходящего засова не нашлось, так что он снял с себя куртку и рукавами крепко связал ручки двух створок вместе. Не бог весть какая помеха для оравы пиратов, но, возможно, хоть ненадолго их задержит.
Добравшись до ангара, Солара велела охраннику ждать в пункте управления и, когда они поднимутся в челнок, открыть люк. Затем указала на прикрепленную к потолку коробку и предупредила:
– Что-нибудь выкинешь, и я начну стрелять по воздушному насосу. Все ясно?
Четырехглазый стиснул зубы и кивнул.
– И поскольку мы все сделали по вашим законам, преследовать нас нет причин.
– Никто за вами не погонится, – заверил он. Затем, глядя на Солару, уточнил: – Сегодня.
Доран и такому был рад. Он припустил к челноку, запрыгнул в пассажирскую дверь и едва ли не вслепую – глаза совсем опухли – пристегнулся.
– Придется тебе пилотировать. Только руку мне опять не сломай.
Солара забралась на место пилота и включила двигатель.
– Сказала же, я прекрасно летаю.
– И приземляешься?
– Тс-с, – цыкнула она, поднимая челнок в воздух. – По одной проблеме за раз.
Глава 13
Приближаясь к стыковочному узлу «Банши», Солара затаила дыхание и посмотрела на кнопку выброса магнитных буксировочных тросов. Вот бы ими воспользоваться… Но Доран сказал, что она должна приземлиться сама. «Ты справишься, – заверил он. – Если уж смогла удерживать на мушке толпу пиратов, то двухместный челнок и подавно посадишь».
Солара крепче стиснула штурвал:
– Ну как?
Доран выглянул в боковое окно:
– Хорошо. Теперь увеличь мощность правого двигателя, чтобы мы чуток повернулись.
Она выполнила указания. Челнок выровнялся в идеальную позицию и поплыл рядом с кораблем. А несколько бесконечных секунд спустя с небольшим толчком пристыковался, отчего Солара и Доран подпрыгнули на своих местах. Она машинально улыбнулась. Первая в жизни посадка без чьих-либо переломов!
–
– Я ж говорил, – самодовольно заявил Доран, расстегивая ремень безопасности. Затем открыл боковой люк и указал на топливный блок: – Давай отпразднуем твой успех внутри. Хотелось бы к утру оказаться за несколько солнечных систем отсюда.
– Это точно, – согласилась Солара.
Сегодня они разворошили осиное гнездо, и члены Братства не показались ей особо отходчивыми и всепрощающими. И все же, шагая за Дораном на корабль, Солара гордо вздернула подбородок. Она чувствовала себя скорее героиней боевика, чем механиком, и очень жалела, что сестра Агнес сейчас ее не видит.
Судя по летящей походке Дорана, он был возбужден не меньше, но насколько именно стало понятно, лишь когда он развернулся и сгреб Солару в объятия, оторвав от пола. В ушах зазвенел его смех, и она застыла. Никогда прежде он не проявлял такого восторга, даже во время футбольного сезона в академии. Подобная реакция заставила и Солару хохотнуть, но она уверила себя, будто покалывание в животе вызвано адреналином, и ничем иным.
– Обалдеть, вот это поездочка. – Вернув Солару на пол и удерживая руки на ее бедрах, Доран чуть отстранился и уставился на нее одним заплывшим глазом. – Невероятно, да?
Стоило взглянуть на него при хорошем освещении, и улыбка сползла с лица, а покалывание в животе превратилось в болезненный спазм. Полумрак челнока скрывал масштаб повреждений, но теперь Солара отчетливо видела, что глаза Дорана превратились в щелки, а нижнюю половину его лица покрывала жуткая «борода» из засохшей крови. Когда возбуждение спадет, его ждет адская боль…
Внутри всколыхнулось чувство вины. «Это все из-за меня…»
– Неужели я так паршиво выгляжу? – спросил Доран.
Трещина на его нижней губе снова приоткрылась, и Солара поморщилась, но тут же напомнила себе, что эта незамутненная радость Дорана – единственный светлый лучик в темной туче их неприятностей. Сегодня он совершил нечто выдающееся, проявил больше храбрости, чем она когда-либо считала возможным. И Солара отказывалась омрачать этот момент.
– Жаль тебя разочаровывать, – сказала она, – но отныне ты не самая красивая девушка в комнате.
– Еще не вечер, – усмехнулся Доран.
– Смейся, пока можешь. – Солара осмотрела кривой угол явно сломанного носа. – Утром ощутишь последствия своих подвигов во всей красе.
– Черт, уже ощущаю. – Он прижал руку к ребрам. – Но какая разница. Я его отделал! Первый за пять лет бросил Демаркусу вызов и победил.
Сердце сжалось от воспоминаний о лежащем на полу Доране: изо рта льется кровь, а Солара стоит за пределами ринга и ничего не может поделать. Она не знала, что это уловка. Думала, он мертв, и страх выпотрошил ее точно рыбу.