Звездолет

Ландерс Мелисса

– Думаю, теперь мы члены уже двух тайных клубов. Меня тоже бросила мама. И отец. 

Доран прервал массаж и указал на флягу, а заполучив ее, сделал большой глоток, скривился и закашлялся. 

– Пора уже вступить в клуб получше. 

– Согласна. Может, в шахматный? 

Он тихонько выругался себе под нос и еще раз глотнул кристаллайна. И вдруг глаза его замерли на какой-то точке вдалеке. 

– Только не психуй, но они здесь. – Голос Дорана звучал глухо. 

Проследив за его взглядом, Солара

забыла, как дышать. К ним приближался самый уродливый корабль из всех, что она когда-либо видела – словно воплощенное зло с двигателем. Длиной как минимум с футбольное поле и в два раза шире, он, наверное, вмещал население небольшого города и целый ангар мелких шаттлов. Побитый и залатанный корпус судна свидетельствовал о жестоких схватках, а установленные по периметру импульсные пушки доказывали, что пираты не только получали, но и давали врагам жару. 

Солара ожидала, что ее встретит челнок, а не вся махина. К такому она готова не была. 

Интерком затрещал механическим голосом: 

– Установите рычаги управления в нейтральное положение и приготовьтесь к подъему на борт. 

Доран выполнил указание, и буксировочный луч рывками потянул их вперед. Медленно расстояние сокращалось, и наконец массивный задний люк распахнулся, точно пасть дракона, отправившая челнок в чрево зверя. 

С губ Солары сорвался крошечный писк. 

Доран крепко сжал ее ладонь: 

– Посмотри на меня. – Она не послушалась, и он рукой развернул ее лицо. – Пока мы не приземлились, я должен знать, зачем тебе это. Мы не друзья. Даже не подельники. Так почему ты мне помогаешь? 

Даже глядя на него, краем глаза Солара могла видеть ангар – слабоосвещенное, похожее на пещеру помещение, забитое разномастными челноками. Сердце забилось быстрее. Теперь пути назад не было. 

– Ты знаешь почему. Если не добудем топливный блок – мы покойники. 

– Но ты извернула все мне на пользу. 

– И что с того? 

– Должна быть причина. 

Солара покачала головой – хорошее же у Дорана о ней мнение… Хотя после всего, что она только что о нем узнала, удивляться нечему. Если он не мог доверять родной матери, с чего бы доверился уголовнице? 

– Вот тут ты ошибаешься. Большинству людей не нужны причины для достойных поступков. Я одна из них. Ты тоже мог бы стать таким, если бы постарался. 

Кажется, Дорана проняло. 

Он отпустил ее лицо, и тут интерком озвучил очередной приказ: 

– Пассажир Лара, оставьте все оружие на борту и выходите, держа руки на виду. При любом проявлении агрессии с вашей стороны – стреляем на поражение. 

Дрожащими пальцами она отцепила пистолеты и нож, затем улучила момент, чтобы вдохнуть поглубже, пока челнок заплывал в огромный металлический отсек и опускался. Люк со скрежетом закрылся, под легкое жужжание помещение заполнилось кислородом, и вскоре звуковой сигнал объявил, что можно выходить. 

– Тридцать минут, – сказал Доран, открывая дверь челнока. – А потом я иду за тобой. 

Солара

не доверяла собственному голосу, так что просто кивнула, спрыгнула на стальной пол и прошагала к передней части огороженной площадки, где около железной двери, ведущей к воздушному шлюзу, стояло двое вооруженных мужчин. На первый взгляд они мало походили на пиратов – обычные люди с улицы. Разве что более откормленные. 

Один из охранников – лысый бугай со второй парой глаз, вытатуированной на черепе – указал на очерченный на полу круг и велел: 

– Встань там. 

Солара послушалась, и луч с потолка просканировал ее на предмет наличия оружия. Едва он исчез, она сложила руки на груди, убедившись, что татуировки на костяшках прекрасно видны. Сработало. Охранники едва заметно, но явно уважительно кивнули. Хоть какая-то польза от этих меток. 

– Топливный блок, да? – уточни первый. 

Солара кивнула. 

– Пятьдесят тысяч фишек. 

Она притворилась, будто обдумывает предложение, тогда как на самом деле напряженно отсчитывала шестьдесят процентов. Половина от пятидесяти – это двадцать пять, и десять процентов от пятидесяти – это пять. Итого тридцать? 

Перестраховавшись, Солара накинула еще пятерку: 

– Тридцать пять. 

– По рукам. Можешь оплатить внутри, вторая комната справа. Я отдам блок твоему пилоту. 

Нажатием кнопки он открыл дверь в камеру воздушного шлюза – небольшой отсек, контролирующий герметизацию. Но когда попытался открыть следующую дверь, ведущую на корабль, она не поддалась. 

– Хреновина опять заела, – пробормотал охранник. 

– Наверное, проблема в сенсорах люка, – догадалась Солара и кивнула на пункт управления за стеклом, где другой пират хмуро пялился на приборную панель. – Спросите вашего друга, мигают ли ангарные лампочки. 

Лысый бросил на нее скептический взгляд, но вопрос задал, а через мгновение коснулся своего наушника: 

– Он говорит, что все светится. 

– Значит, нужно почистить сенсор, – сообщила Солара. – Это легко исправить. 

Лысый насмешливо обвел рукой огромный ангар, затем указал себе за спину: 

– Как сенсоры люка связаны с воздушным шлюзом? 

– Меры безопасности. Сами подумайте: что случится, если обе двери, – Солара кивнула на двери перед и за собой, – будут открыты одновременно с наружным люком? 

Уголки рта охранника поползли вниз. 

– Нас засосет в космос. 

– Нас вышвырнет в космос, – поправила она. – Так что корабль не позволит открыть дверь, ведущую внутрь, пока не убедится, что ангар герметичен. – Покинув шлюзовую камеру, Солара устремилась к люку и жестом позвала лысого за собой: – И если сенсор загрязнился… 

– То будет посылать неправильный сигнал? 

– Именно! 

Как она и думала, датчик на другом конце ангара оказался покрыт толстым слоем грязи. Протерев его подолом туники, Солара отступила и продемонстрировала результат охраннику.