Звездная пыль

Крэнц Джудит

Из жизни Тессы ушли суета и спешка, которые были ее спутницами со съемок ее первого фильма, то есть больше двадцати лет. Сэм преподавал в Колумбийском университете, поэтому они оставались в Нью-Йорке весь учебный год. На лето они отправлялись на семинары в Аспин и в Беркли. Тессе даже удалось затащить Сэма на несколько недель в Лос-Анджелес, чтобы он познакомился с Фионой, Аароном и блестящим сценаристом Эли Бернштейном, который трудился по десять часов в день, превращая книгу «Жизнь леди Кассандры Леннокс» в фильм.

— Лучше бы мне с ним не встречаться, — сказал как-то Сэм. — Кому захочется знакомиться с человеком,

который режет твое любимое детище на кусочки и наслаждается этим?

Но когда мужчины встретились, между ними возникла взаимная симпатия. Они немедленно погрузились в обсуждение психологии Кэсси, и это затянулось на несколько дней. Сэм почувствовал, что их мнения по поводу мотивов поступков Кассандры полностью совпадают. Даже если сценарист использует только самые главные моменты из жизни этой леди, чтобы сделать фильм не таким длинным, он все равно сохранит квинтэссенцию книги.

Друзья Сэма, которых у него оказалось огромное количество, сначала держались настороже. Некоторое время они приглядывались к ней. Она старалась одеваться попроще, но она была кинозвездой и не собиралась делать вид, что это не так. Слава шла за Тессой по пятам, но Тесса вела себя со всеми с одинаковой теплотой и дружелюбием. Ни у кого не возникало ревности к успехам Тессы, поэтому постепенно к ней стали относиться как к человеку, а не как к непонятному созданию из чужого для них мира.

Тесса по-прежнему дорожила своими украшениями, хотя большая часть их теперь хранилась в банковских сейфах. В них жили воспоминания о двенадцати годах брака с Люком. Тесса частенько наведывалась в банк и общалась со своими украшениями, играла с ними в отдельной комнате, затянутой бежевым бархатом, примеряла их, одно сокровище за другим, и любовалась собой в большом зеркале, стоявшем на столе. В эти часы она становилась прежней Тессой Кент, той, которая вращалась в триумфальном вихре. Тогда ей казалось, что это никогда не кончится. И та Тесса Кент никогда бы не променяла свой мир на тихую заводь Сэма Конвея. Да, Тесса любила свои драгоценности все до одной. Они были ее автобиографией.

После встречи с Сэмом Тесса стала отказываться от новых съемок. Она не хотела нарушать обретенный ритм жизни. Но мысль о роли леди Кассандры не оставляла ее.

Как только Эли закончит работу над сценарием, ей придется отправиться в Калифорнию и принять участие в отборе актеров-мужчин. Ведь у леди Кассандры было множество любовников. Фильм предстояло снимать в Англии и в Европе. Ее уже сейчас мучили мысли о том, как ей придется разрываться между ролью, которую она рождена была сыграть, и разлукой с человеком, которого она не желала оставлять даже на один день.

Решив не волноваться о том, что еще не случилось, Тесса скинула туфли, потянулась так, что хрустнули косточки, и позвонила, чтобы подали чай. Официант принес заказ и меню ужина.

— Спасибо, Джозеф, мы закажем попозже.

Одним из достоинств жизни в гостинице было круглосуточное обслуживание в номерах, подумала Тесса. Хорошо, что Сэм так уверен в себе, что позволяет ей подкупать себя в мелочах. Какое счастье, что он согласился жить с ней в отеле, а не заставил ее переехать в его холостяцкую квартирку на Риверсайд-драй в в угоду каким-нибудь принципам. Тесса бы, конечно, переехала, если бы он стал настаивать. Ради Сэма Конвея она бы сделала все, что угодно, призналась себе Тесса, охваченная

смущением и восторгом, как школьница, думающая о своем первом любовнике. Она бы готовила для него и убирала… Во всяком случае, она попробовала бы это делать. Кто знает, вполне возможно, что у нее бы получилось.

— Знаешь какое-нибудь лекарство, кроме «Мидола», которое бы помогало при болях во время месячных? — спросила Тесса Фиону несколько дней спустя в самом конце долгого разговора о сценарии.

— «Мидол» и джин, — ответила та. — А почему ты спрашиваешь?

— У меня очень сильные боли, намного сильнее, чем обычно, — несчастным голосом ответила Тесса.

— А у врача ты была? — поинтересовалась Фиона.

— Год назад, когда мне выписывали рецепт на противозачаточные таблетки, сразу после нашей встречи с Сэмом. Я решила, что не хочу еще раз забеременеть и снова выкинуть ребенка. Я прошла ежегодный осмотр и сделала маммограмму. Ты же знаешь, я всегда была внимательна к своему здоровью. Но тогда меня ничего не беспокоило.

— В таких случаях моя мать поступала следующим образом, — начала Фиона. — Она принимала три таблетки «Мидола», наливала стакан джина комнатной температуры, ставила бутылку на столик у кровати, прикладывала к животу грелку и просила домашних оставить ее в покое. Как правило, на следующий день все было в порядке.

— Джин комнатной температуры? Фу!

— Проверенное домашнее средство.

— Я могу заказать, мне его принесут прямо в номер.

— Сделай хороший глоток, только не забудь зажать нос, когда будешь пить, — посоветовала Фиона, — и тебе скоро станет легче. Как насчет грелки? Насколько я помню, ее у тебя нет.

— Я пошлю за ней в ближайшую аптеку. Сэм сходил бы и сам. но он уехал на неделю в Йель. Там у него семинар. Я не поехала с ним как раз из-за месячных.

На следующий день Фиона позвонила подруге и едва узнала ее слабый голос.

— Как дела? — с тревогой спросила она.

— Теперь у меня еще и голова раскалывается, — ответила Тесса. — И больше всего мне хочется «Кровавую Мэри». Я отказываюсь впредь пить джин. Это просто отрава. Твоей матери должно быть стыдно.

— Тесса, тебе просто нужно сходить к гинекологу.

Доктор Хелен Лоуренс, к которой Тесса отправилась на следующий день, была маленькой женщиной средних лет с очень приятными манерами. Она пользовалась репутацией самого легкого на руку врача в городе. Когда Тесса оделась, Хелен Лоуренс пригласила ее в свой кабинет.

— Мне бы хотелось, чтобы вы сделали ультразвуковое обследование. Вполне возможно, что у вас эндометриоз.

— Эндометриоз?

— Это одна из самых распространенных причин болезненных месячных. Я запишу вас. Ультразвук делает очень хороший специалист, доктор Генри Уинг.

— Прошу вас, Хелен, сообщите мне, когда я должна буду прийти. Я хотела бы закончить обследование до возвращения моего друга из поездки.

— Мисс Кент? Это доктор Уинг.

— Слушаю вас, — с тревогой ответила Тесса.

— Никаких признаков эндометриоза.

— Но что-то же должно быть! — взорвалась Тесса.

— Но я заметил, что у вас увеличена поджелудочная железа, мисс Кент.

— Господи, при чем тут это?

— Думаю, вам следует сделать биопсию поджелудочной железы.