Звездная пыль

Крэнц Джудит

— Теперь ты чувствуешь себя лучше, правда, Аарон? Но никаких сценариев, даже очень хороших, если съемки занимают больше трех месяцев, о четырех я даже слышать не хочу. Минимальное время на грим, прическу и подбор платьев перед съемками. Ты понял меня, Аарон? И запомни: никаких съемок на местности, никаких исторических фильмов, никакой воды, детей, животных и Шотландии. Тебе придется быть очень разборчивым, иначе я просто не буду рассматривать присланный сценарий.

— Разборчивый — это мое прозвище.

— Черт Побери, вот твое прозвище. Когда ты получишь билеты на самолет?

— Сегодня, сегодня! Но почему

ты выходишь замуж в Монако? Тебе необходимо освобождение от налогов?

— Видишь ли, Люк был там по делам и встретил своих очень хороших друзей. Он рассказал им о нашей помолвке, и они буквально настояли на том, чтобы устроить нам свадьбу. В Монако всем удобно приехать, не правда ли?

— А что за люди?

— Принцесса Грейс и принц Ренье.

— Черт побери!

Агнес выключила пылесос и сняла трубку.

— Мама, о мама, я так рада, что застала тебя дома. — Тесса знала, что никакой момент не окажется удачным для сообщения этой потрясающей новости матери, но она собрала всю свою решимость, чтобы Агнес узнала обо всем раньше, чем слухи просочатся в газеты.

— И где же я, по-твоему, могла быть, Тереза? — Агнес говорила так сухо, словно дочь звонила из автомата на соседней улице.

— В магазине, в прачечной, на прогулке с Мэгги… Это не имеет значения, я просто очень рада, что застала тебя сразу же, потому что… Ты, наверное, не поверишь, я и сама с трудом в это верю, но я помолвлена и выхожу замуж. — В телефонной трубке повисла пустота. — Мама, ты меня слышишь? Я говорю, что собираюсь выйти замуж.

— В последний раз, когда ты звонила домой, а это было совсем недавно, ты говорила мне, что выходишь в город только с Фионой, что у тебя нет никакой светской жизни. Каким образом ты сумела найти жениха?

Голос Агнес звучал спокойно, в нем слышалась готовность простить свою неразумную дочь. Просто очередное проявление импульсивности и игры воображения, свойственных всем звездам. Это не страшно, но когда же девочка наконец повзрослеет?

— Послушай, мама, тогда я еще не была знакома с Люком. Я готова признать, что все произошло слишком быстро, но я так счастлива. Люк такой замечательный. О, ты полюбишь его, как только увидишь.

«Вполне вероятно, что мать возненавидит своего зятя, — подумала Тесса. — Точно так же, как она не одобряет и ненавидит Родди, Аарона, Фиону и всех тех, кто играет такую важную роль в моей жизни».

— Я полагаю, что этот Люк не католик?

Тесса вздохнула с облегчением, услышав вопрос, на который она могла ответить, не опасаясь вызвать неодобрение.

— Католик, мама. Он даже был алтарником в детстве. У нас будет религиозная церемония в соборе.

— Должна сказать, что это большое облегчение. — Агнес замолчала. Действительно, облегчение узнать, что у Терезы не будет возможности совершить хотя бы этот грех. Но Тереза не только плохая католичка, она вообще плохо понимает, что делает. — Я полагаю, ты отдаешь себе отчет в том, что поспешный брак с католиком еще хуже, чем с не католиком? — сурово спросила Агнес. — Ты не знаешь этого человека и готова связать с ним свою судьбу. Если ты совершишь ошибку, что в твоем возрасте вполне вероятно, то ты окажешься в ужасной ситуации. Если ты добьешься развода, церковный брак будет для тебя недоступен, и ты не сможешь больше получить святое причастие. Конец католическому

браку может положить только смерть одного из супругов, Тереза.

— Мама! Господи! Как ты можешь так думать? Ты бы и самое лучшее вино превратила в уксус, если бы могла. Ты говоришь, как мрачный старый священник, а не как моя мать! Я не могу даже представить, что мне захочется развестись с Люком.

«Я так и знала, что ничего хорошего из этого разговора не выйдет», — печально подумала Тесса, но все оказалось еще хуже, чем она предполагала.

— Разумеется, ты не думала о разводе. Ни одна девушка об этом не думает, когда воображает, что влюблена. — Уж кто-кто, а она настоящий эксперт в этом вопросе, с горечью подумала Агнес. Но этого она дочери ни за что бы не сказала. — Сколько лет твоему молодому человеку, Тереза?

— Он старше меня, но он ни разу не был женат и даже ни разу не любил по-настоящему.

— Я спросила тебя, Тереза, сколько ему лет.

— Сорок пять.

— Ты что, совсем потеряла рассудок? — взвизгнула Агнес.

— Я понимаю, как это звучит, и не жду, что ты меня поймешь, пока не встретишься с Люком. Но я уверяю тебя, что его возраст не имеет никакого значения. Мы созданы друг для друга.

— Мужчина, который на двадцать пять лет старше тебя? Мужчина, которого, по твоему же собственному признанию, ты едва знаешь? «Созданы друг для друга»! Ты сама-то себя слышишь? Неужели ты не понимаешь, как ты ошибаешься?

— Я люблю его, — сказала Тесса, которой с трудом удавалось говорить спокойно, — и собираюсь выйти за него замуж. Я не нуждаюсь ни в твоем одобрении, ни в твоем понимании, потому что все это абсолютно ничего для меня не значит. — Тесса все-таки вышла из себя. Она не желала защищать Люка перед такой неумной и неромантичной женщиной, какой была ее собственная мать.

— Я надеюсь, что ты хотя бы отложишь свадьбу до тех пор, пока не узнаешь его лучше. Это все, что я могу тебе сказать.

— Церемония состоится через десять дней. Я бы хотела, чтобы ты, папа и Мэгги приехали. Хорошо бы Мэгги держала мой букет во время церемонии венчания. У меня здесь для нее приготовлены платьица, так что она наденет самое лучшее, — заявила Тесса. Она больше не волновалась, понимая, что ей не удастся изменить мнение матери.

— Тереза, я предупреждаю тебя, что ты совершаешь самую большую ошибку в своей жизни. И на этот раз ты не сможешь рассчитывать на мою помощь. Разумеется, я полагаю, что ему ничего не известно о твоем прошлом, ты не такая дурочка, чтобы об этом рассказывать. Он никогда ничего не узнает от меня, если ты волнуешься на этот счет.

«А я-то гадала, когда она об этом вспомнит, — подумала Тесса. — Я должна была знать заранее». Ее голос зазвучал легко и спокойно, когда она снова заговорила с матерью:

— Свадьба состоится в Монако, мама. У Люка дом неподалеку. Повенчают нас в соборе Святого Николая. Люк пришлет самолет за тобой, папой, Мэгги и всей семьей Райли — тетушками, дядюшками, моими двоюродными братьями и сестрами. Для них для всех приготовлены парадные платья и костюмы. Для всех вас Люк забронировал номера в «Отель де Пари». Со стороны Люка будут исполнительные директора принадлежащих ему компаний с женами, его сводный брат Тайлер с женой Мэдисон и детьми. Мы изо всех сил стараемся избежать огласки, чтобы свадьба не превратилась в спектакль.