Звезда надежды
Шрифт:
— Я люблю тебя, Даврон Сторре, — прошептала она, отвернулась и вышла из комнаты.
ГЛАВА 29
Он, погруженный во тьму, дарует свет. Она, благословленная талантом, приносит свет. Он, вынужденный предать, блистает мужеством. Он, полный боязни, преодолевает себя. Порознь они — ничто; вместе они рождают надежду. Так молитесь за их успех, потому что иначе возобладает Хаос.
В
Поэтому, перенеся тушью контуры одной из своих собственных карт и раскрашивая ее, Керис не питала особых надежд. Однако не успела она нанести все оттенки, как холмы, деревья, скалы словно выпрыгнули из листа пергамента. Керис испытала бурю эмоций, глядя на то, что у нее получилось. Карта тромплери во всем своем совершенстве! Объемное, подвижное изображение! Но где Деверли раздобыл такое разнообразие красок? Наверняка ведь все ингредиенты не оказались как на заказ в ближайшем потоке леу?
Керис позвала Колибрана в лавку и принялась расспрашивать: не знает ли он, откуда взялись краски?
Слуга почесал одной из антенн затылок.
— Да не знаю я этого, миледи, — извиняющимся тоном ответил он. — Милорд Деверли держал все в большом секрете, и к тому же почти не бывал дома, понимаешь ли. Он приносил нужные ингредиенты, а Богомол их смешивал, но только никогда, никогда хозяин не говорил, откуда что берется. За одним исключением — ярь-медянку он обычно покупал у старого Грейникса-плавильщика. Да, и еще мел: его я обычно брал у травницы на улице Единства — она кладет его в свои снадобья. — Каждый раз, когда Колибран хотел подчеркнуть какое-то слово, его антенны начинали дергаться. Керис приходилось держать себя в руках, чтобы не начать кивать в том же ритме.
— Расскажи мне о Керевене Деверли. Чем он занимался? Куда ездил?
— Ну, больше всего он лазил по потокам леу. Об этом все время шли споры, потому что нам теперь не полагается туда соваться — для того и мосты построены.
— А почему часть красок он держал под прилавком, отдельно от тех, что на полке?
— Он говорил, что они какие-то особые. Нам запрещалось их трогать. Он сам их смешивал. Я даже никогда не видел, чтобы он ими пользовался, — правда, хозяин часто запирался, когда чертил карты: это ведь секретное дело, сама знаешь.
— Значит, краски потом, уже когда были готовы, не подвергались какой-то специальной обработке? Они были особыми с самого начала, как только он их смешивал?
— Ну… — Колибран задумался и снова почесал антенной затылок — он явно очень хотел помочь. — Мне по крайней
Керис продолжала донимать его вопросами, и постепенно перед ней начала вырисовываться картина того, как работал Деверли.
— Я думаю — хотя все это, сами понимаете, догадки, — сказала она потом Даврону и Мелдору, когда ближе к вечеру они ее навестили, — что Деверли брал обычные краски и оставлял их в потоке леу, а потом приносил обратно и смешивал. Мне кажется, ему на самом деле не приходилось копать землю в русле, чтобы найти нужные пигменты, или что-то в этом роде. Мне нужно будет самой побывать у потока леу, чтобы удостовериться в такой возможности.
Пока Мелдор обдумывал ее слова, Керис разглядывала самого Мелдора. Старик был одет во что-то среднее между пышным одеянием пророка-Посвященного и строгим облачением маркграфа. Белая мантия, одновременно простая и богатая, с золотой вышивкой по плечам и подолу, спадавшая до щиколоток, придавала ему благородный, хотя и несколько аскетичный вид. «Интересно, кто ее для него выбрал, — подумала Керис. — Это не такая одежда, которую одобрили бы Скоу или Даврон». Однако девушка не могла не чувствовать, что именно так и должен быть одет Мелдор Слепой, в прошлом Посвященный, а теперь маркграф Звезды Надежды. Керис поняла, что никогда больше он не будет для нее просто Мелдором.
— Ты слишком ценна для нас, Керис, — наконец сказал старик. — Будет лучше, если ты свое время станешь тратить на самые важные дела, а подобные опыты оставишь для кого-нибудь еще. Я пришлю тебе в помощники человека, которому можно доверять, — ты просто скажешь ему, что нужно выяснить и какие эксперименты проделать. В конце концов, — с улыбкой закончил он, — чем больше людей будет знать о том, как изготовлять карты тромплери, тем в большей безопасности ты окажешься.
— Так чем, по-твоему, следует заняться мне самой? Посмотреть, что получится, если карту тромплери сжечь?
— Нет, — с легким нетерпением ответил старик. — Этим тоже займутся другие. Фавеллис и Дита вполне годятся для такого задания, как только ты изготовишь несколько карт, с которыми можно экспериментировать. Я хочу, чтобы ты занялась тем, что делаешь лучше всего: чертила карты. Позволь мне объяснить. В будущем я хочу иметь карты всей Звезды Надежды и всей прилегающей местности, но самое важное сейчас — это карты наших границ. Разве есть лучший способ оборонить нашу землю, чем наблюдать по карте, не приближается ли враг, и таким образом всегда знать, где и когда отразить нападение?
— Крупномасштабные карты, — задумчиво покивала Керис. — Именно такие нужны, чтобы отличить друга от врага. Потребуется очень много пергамента. И красок.
— И трудов, — добавил Даврон. — Мелдор, Керис понадобится помощь.
— Ты получишь все, что нужно, — сказал девушке старик. — Я поставлю людей на производство бумаги — быстро пополнить запасы пергамента нам не удастся. Помощники у тебя будут, тебе нужно будет обучить их рутинной, не требующей особых умений работе. Сама занимайся только тем, чего не могут сделать другие: разведкой и созданием карт-образцов.