Звезда Монро
Шрифт:
Мэрилин Монро подписала необходимые бумаги. На другой день она уже вернулась в Нью-Йорк.
Последней каплей стали появившиеся в прессе рецензии на «Неприкаянных», большинство из которых были весьма и весьма критическими. У Мэрилин случился нервный срыв и она оказалась в психиатрической клинике «Пейн-Уайтни», находящейся в Корнельском медицинском центре. Доктору Мэрилин удалось заставить актрису пройти курс лечения и остановить процесс разрушения организма и личности, вызванный употреблением наркотических препаратов.
Среди пациентов клиники Мэрилин значилась как Фей
Впоследствии Мэрилин рассказывала дочери Ли и Паулы Страсберг, Сьюзен: «Я всегда боялась, что сойду с ума, как моя мать, но когда я попала в палату с психическими больными, я поняла, что они-то на самом деле были помешанными — а я просто была не совсем здорова».
Спустя несколько месяцев давняя подруга Мэрилин Глория Романова станет утешать плачущую при воспоминаниях о больничном кошмаре Монро. «Они держали меня в смирительной рубашке. Возможно, ты не поверишь, но по ночам то и дело приходили врачи и медсестры поглазеть на меня. А я со связанными руками была не в состоянии защитить себя. Я была для них любопытным экспонатом, а мои проблемы никого не волновали».
Из этого кошмара Мэрилин вызволил верный и любящий Джо Ди Маджо.
И еще один жуткий момент пришлось испытать Мэрилин Монро. Ко времени ее выхода из психиатрической клиники у входа в «Пейн-Уайтни» собралась огромная толпа репортеров. Пресса, на протяжении многих лет создававшая сенсации из всех жизненный коллизий звезды по имени Мэрилин Монро, и сейчас вышла на охоту за своей жертвой.
Все сообщения по поводу пребывания мисс Монро в психиатрической клинике заканчивались традиционным для американцев хэппи-эндом — Монро здорова и выглядит даже лучше, чем прежде. Но ее друг Норман Ростен, навещавший Мэрилин в больнице, был об этом совершенно иного мнения: «Она была больна, и не только физически и психически. Больше всего была больна ее душа, основной источник желаний. В ее глазах не было света».
В жизни Джо Ди Маджо Мэрилин по-прежнему занимала первое место. И после пребывания Мэрилин в клинике много времени они провели вместе. Иногда он проводил у нее ночи. Стали поговаривать, что их супружеские отношения возобновятся. Но…
В тот год Мэрилин не работала. В мае она перенесла еще одну гинекологическую операцию — сказывались последствия многочисленных абортов. А через месяц, в Нью-Йорке, у Мэрилин случилось острое воспаление желчного пузыря.
Следует отметить тот факт, что в больнице Мэрилин была записана под именем Нормы Джин Бейкер.
1961 год прошел для Мэрилин Монро под знаком одиночества. Она ни с кем не виделась, никуда не выходила, ничего не делала.
Она продолжала отравлять себя лекарствами. Она перестала следить за собой и совершенно запустила свои, когда-то лелеемые, лицо, волосы и тело. Ее калифорнийский парикмахер Джордж Мастерс вспоминает: «Она могла позволить себе целых две недели выглядеть как старая карга. Иногда от нее скверно пахло, волосы она не расчесывала неделями. Поэтому требовалось порой часов девять, чтобы привести ее в порядок и воссоздать образ прежней Мэрилин Монро».
По мнению того же Джорджа
Летом 1961 года Мэрилин вернулась в Дохени, туда, где жила в начале пятидесятых годов. Там она нашла себе компанию — ее старинная, со времен «Экторз Стьюдио», подруга Джин Кармен тоже была любительница побаловаться алкоголем и таблетками. «В потреблении препаратов мы стали с ней, как родные сестры. Мы обе принимали секонал и нембутал, иногда заимствовали друг у друга рецепты. Но на ночь мне хватало двух-трех таблеток; Мэрилин к тому времени, когда мы встретились, глотала их пригоршнями…», — говорила Кармен.
Главными темами разговора Кармен и Мэрилин были мужчины и секс.
Тогда же Мэрилин снова завела старую песню о рожденном ею в подростковом возрасте малыше.
Все так же ее преследовали навязчивые мысли о никчемности собственного бытия.
И еще: именно тому времени принадлежат упоминания Мэрилин Монро о романе с президентом Джоном Кеннеди.
Глава 4
Братья
Разговоры об отношениях Мэрилин с президентом Кеннеди и его братом Робертом не умолкали даже спустя много времени со дня смерти Монро. Слухов было так много и так часто подливали они масла в огонь скандала, раздуваемого досужими газетчиками, что разумным людям казалось проще отбросить их как вымысел. Однако изыскания последних лет убеждают, что истории эти появились не на пустом месте.
Для братьев Кеннеди примером по части донжуанства служил их собственный отец, Джозеф Кеннеди, который не способен был пропустить ни одной юбки. Делал он это порой на глазах своих детей, которым, по словам Джона Кеннеди, советовал «никогда не упускать шанса затащить кого-нибудь в постель».
Джон Кеннеди самым добросовестным образом следовал заветам отца. Со времен службы в Военно-морском флоте США и до своего пребывания в Белом доме он всегда был известен как большой ценитель и знаток женских прелестей.
Нэнси Дикерсон, репортер, встречавшаяся с Джоном Кеннеди, говорила: «Устоять против него было невозможно. Секс для Джека Кеннеди был все равно что чашка кофе или, может быть, десерт». Тем не менее Кеннеди никогда не путал секс с любовью.
Иное дело его брат — Роберт. Даже Джон был очень высокого мнения о моральных принципах Роберта. Имя Роберта Кеннеди никогда не упоминалось в разговорах о любовных интригах. Ко времени своего тридцатипятилетия он был женат уже десять лет и был отцом семерых детей.
Исключением были его отношения с Мэрилин Монро.
Кеннеди были без ума от кино. Джо, тот самый «развеселый» отец семейства, в двадцатые годы мечтал о самостоятельной постановке фильмов и для этого переехал в Калифорнию. Но не только создание кино само по себе привлекало Джозефа Кеннеди — более всего его манили голливудские красавицы.
Джон Кеннеди переплюнул отца по части волокитства за кино дивами. Соня Хени, Энджела Грин, Ким Новак, — это лишь небольшая часть киноактрис, бывших когда-либо его возлюбленными.