Звезда Авроры
Шрифт:
Старею. Медленно стало получаться.
– Прекрасно, коридор перед вами будет чист через двенадцать секунд. Кстати, Кэл, форма курьера тебе к лицу. Очень симпатично смотришься.
Наш Эльфеныш поправляет дурацкую шапочку на голове.
– Как дурак я смотрюсь. Она ужасно тесная. Как я в этом всем драться буду?
– Понятия не имею. Наверное, сексуально?
– Ты явно не слишком хороший воин, да, Финиан?
– А ты не слишком… – Я проглатываю свою реплику, потому
Зила открывает противовзрывную дверь и проскальзывает внутрь, Кэл следом за ней.
Эльфеныш дает Зиле свои коробки, вытаскивает из-под них дезинтегратор. Не то чтобы он мог стрелять, не развалив весь дом, но, похоже, ему с оружием привычнее.
По моей команде они перебегают в следующий коридор, забиваются в технический чулан за несколько секунд до того, как другой патруль появляется из-за угла. Я наблюдаю за семнадцатью камерами одновременно, прокладываю курс патрулей на плане, пытаюсь предсказать, куда они двинутся, не выпускаю из виду моих ребят…
– Великий Творец! – бормочет вдруг Дариэль.
У меня сердце прыгает, я кошусь посмотреть, что его теперь обеспокоило, и вижу на мониторе у него здоровенное серебристое… нечто.
Ряд идеально белых клыков, которыми гордился бы любой серийный убийца. А за ним еще один ряд клыков. Скарлетт, наверное, ими тоже заворожена, потому что ее микрокамера следит за тем, как это нечто плавает за стеклом. И шкура у него рябит угрожающими цветами, серебро сменяется синим и красным.
– А я думал, ты атеист, – бурчу я, толкая его локтем и снова переключаясь на Зилу, Кэла и тот взлом, который пытаюсь осуществить.
До чего трудно в наше время найти надежного помощника.
Но хоть я и жалуюсь – от Дариэля толку как от непромокаемого полотенца, – не могу отрицать, что получаю удовольствие.
Обмениваясь с кузеном семейными сплетнями в перерывах между разговорами о рыбах, вдыхая запах сырого камня при тусклом свете лиан и моего экрана, ведя своих товарищей сквозь жуткие приключения, я практически снова возвращаюсь в детство.
Прокладывая путь моих двух помощников еще через шесть коридоров и два раза едва не зацепив патруль, я наконец приближаюсь к неизбежному.
– Так, ребята, конец пути. Помещение гравитационного генератора прямо перед нами. Приступаем к фазе два, деточки.
Кэл отделяется от Зилы, как призрак. Та стоит совершенно неподвижно, ожидая, когда он займет позицию, темные глаза прикованы к потолку, темная кожа практически блестит в верхнем свете. Зила это очень хорошо умеет: если ей не нужно что-то делать, она и не будет. Может быть, так она направляет дополнительную мозговую мощь для реализации своего главного плана по захвату галактики…
– Ну все, пошли! – шепчу я, и она выходит из-за угла в курьерской форме с несчастным видом, будто заблудилась.
Четверо охранников возле тяжелых противовзрывных дверей на другом конце коридора застывают на месте. Они видят форменную одежду и коробки у Зилы, что-то смутно соображают, но все равно поднимают стволы.
–
– Ты как сюда попала? – спрашивает другой, но не подходит, потому что непонятно, опасна ли она.
Хотя я вижу, как у него в голове рычажки щелкают. Она же такая мелочь, да еще десять метров до нее. Какая от нее может быть опасность?
– У меня есть вопрос, – произносит Зила угрюмо-серьезно, как она умеет. Четверка переглядывается. – В играх-симуляторах я часто видела сцену, как группу охранников отвлекает на себя с виду безобидный нарушитель, а тем временем другой, побольше и поопаснее, этим отвлечением пользуется, чтобы их отключить. Вот мне интересно стало: насколько реалистично такое поведение для обученного и вымуштрованного персонала охраны?
Все четверо моргают, уставясь на нее. В присутствии Зилы Мадран такое бывает часто.
– Ты что, пси…
Охраннику больше ничего сказать не удается: Кэл вываливается из вентиляционного люка и бьет его в основание черепа. За несколько секунд он укладывает и остальную троицу практически беззвучно.
Дезинтегратор даже не пригодился.
– Я честно верила, что тебя застрелят, – задумчиво замечает Зила.
Кэл поворачивается к ней, подняв брови:
– Ты говорила, что у меня восемьдесят семь и три десятых процента шансов на успех.
Она наклоняет голову:
– Это чтобы ты не нервничал.
– Так, ребята, – вмешиваюсь я. – Мне надо проверить команду «А». Гравитационные генераторы вон за теми противовзрывными дверями. Кэл, спрячь тела. Зила, ты мои инструкции помнишь.
– У нее сейчас кто-нибудь есть? – шепчет Дариэль, не сводя глаз с Зилы.
– Я тебе все пальцы отрежу, – отвечаю я. – На руках и на ногах, по одному. И на твоих глазах скормлю их чертовой рыбе, если ты не перестанешь мне мешать.
Он вскидывает руки, будто хочет сказать: «Ладно, не вопрос. Чего ты так взъелся?» – и я, скрипнув зубами, отворачиваюсь к камерам.
Сектор за сектором сканирую набитый бальный зал, ища Бьянки. Но он выделяется не сильнее, чем бетрасканец в снежную бурю, то есть совсем никак. Он синий, а из-за света от аквариума и звездного потолка синие тут все. И что на этом чертовом маскараде все в масках, тоже не облегчает задачу.
Я ищу методично, прорабатываю каждый квадрат сетки, но все-таки нахожу его в конце концов. Он машет в воздухе всеми четырьмя руками под сотрясающий кости ритм, скалит в бешеной улыбке острые колья зубов. Его окружает… иначе как «гаремом» это не назвать – дюжина юных красивых представителей всех возможных видов пола или без такового. Они танцуют, обратив к нему лица, как цветы маза – к солнцу.