Звереныш
Шрифт:
— Я так возбудилась! — вдруг брякнула Жезза, облизнув губы красным язычком — Это так волнительно, ваше величество! Это прекрасно! Спасибо, что пригласили нас на представление! Ваше высочество, вы правы, действительно великолепно! И парень был великолепен — конечно, не красивее нашего Императора — красивее его величества нет никого на свете! Но хорош, да!
Решив, что Жезза в ближайшее время обязательно окажется в его постели, Император сосредоточился на том, что происходило на арене.
А там появился новый персонаж — паренек среднего
Когда на арену вышли осужденные, парнишка встрепенулся и снова замер — среди четырех мужчин была совсем девчонка — лет двенадцати, не больше. Полуголая, разодранном платье, она неумело держала нож, прижимаясь к огромному, как бык мужчине со здоровенным мечом в руках.
Трое других мужчин были крепкими, кряжистыми, как матросы купеческого корабля, или пираты — коими они собственно и являлись. Их прихватили в портовой харчевне — узнал один из купцов, чудом спасшийся с ограбленного корабля. Он и сообщил в стражу. Пиратов — троих из всех, что гуляли в таверне — повязали, благо что они нажрались так, что не могли не то что отбиваться от стражников — стоять на ногах. Теперь эти люди должны были расплатиться за свои преступления, а еще — за пьянство, которое, как известно, до добра не доводит.
Мечи они держали не то что уверенно — те в их руках шевелились, как языки змей, определяющих местонахождение жертвы. Короткие мечи в другой руке наготове, описывают в воздухе сложные фигуры, будто пишут на невидимой учебной доске.
Молча, без команд, троица начала охватывать парня полукольцом, и на секунду Император решил — тут этому "мастеру" конец. Было видно — тот побледнел, как если бы собирался упасть в обморок, будто нежная девушка, увидевшая кровь на уколотом иголкой пальце.
Мужчины бросились вперед, рассекая воздух мечами, засверкали клинки, добираясь до нежной плоти паренька! Секунда! Две! Три!
Как он выжил в этом стальном вихре — непонятно. Но только через три секунды все нападавшие лежали на полу — один ничком, второй на боку, зажав кровоточащее лицо, третий на спине, откинув голову так, что было ясно — он мертв, мертвее некуда — его глаза смотрели за спину, затылок был прижат к позвоночнику.
Раненый отнял руки от лица, Император с ужасом и восторгом увидел, что глаза мужчины свисают из глазниц на ниточках-тяжах. Парень умудрился ослепить противника за долю секунды так, что тот ничего не смог поделать, хотя и был раза в два массивнее, чем этот тощий юнец.
Парню тоже досталось — рукав рубахи распорот, левая рука свисает плетью и на пол часто капают красные капли, набираясь в приличную по размерам лужу.
Лаган позади Императора цыкнул зубом:
— Плохо! Нечисто! Саргус, демонов сын! Прикажу его высечь...если выживет.
— Не нужно, уважаемый Вожак. Парень отличный
— Пока жив. С таким ранением шансы его падают — заметил командир Псов — Он истекает кровью. Если не закончит бой быстро — тут и ляжет. Помните, пять лет назад — тогда трое выжили.
— Еще бы не помнить — усмехнулся Император — они раскромсали вашего мастера, как повар оленину!
— Это были гвардейцы — поморщился Вожак — Опытные, умелые.и сытые. Потому — невелика честь!
— Ну да, ну да. — усмехнулся Император и снова замер, впившись руками в колени. Он был счастлив — ведь это прекрасно! Жизнь, смерть, власть — все слилось воедино, все выплеснулось на эту арену!
Парень медленно подходил к замершей паре — мужчина стоял неподвижно, глядя на приближающуюся смерть, девчонка застыла за спиной своего защитника, закрыв глаза, сжав пальцы в кулачки. Кинжал она уронила, защищаться ей было нечем. Впрочем — что может сделать молоденькая девчонка против обученного убийцы? Только плакать навзрыд — что она сейчас и делала.
— Что за девчонка? — вполголоса спросил Император, не отрываясь от зрелища — Почему ее просто не продали с аукциона? Зачем портить товар? У нас не так много красивых рабынь, чтобы растрачивать их понапрасну!
— Это мое распоряжение, ваше величество! — вполголоса ответил Лаган — Это необходимо для обучения. Подмастерья должны принять истину, что их цели могут быть не только взрослыми воинами, но и подростками, и даже детьми. Бойцы должны превратиться в бездумных, исполнительных зверей, бесконечно преданных вашему величеству. Иначе не будут максимально эффективны.
— Тебе виднее, мой верный Вожак! — вздохнул Император, разглядывая довольно-таки соблазнительную девчонку — Жаль, что такая красотка пропадает зря! Я бы не прочь был наставить ее на пусть истинный.она почти созрела!
— Ваше величество! Я готова к наставлениям! И я давно созрела! — откликнулась Жезза, и тут же вскрикнула, получив щипок от принцессы — Ой! Ваше высочество — больно!
— А ты сиди. И не напрашивайся запрыгнуть в постель к Императору! Ты моя компаньонка, или — его! Папа, зачем ты соблазняешь моих девушек?!
— Извини, дочь.так получается — ухмыльнулся Император — Ты не отвлекайся, сейчас будет самое интересное! Смотри, что делается! Жезза — мы с тобой позже обсудим.зайди ко мне после ужина.
— Конечно, ваше величество.ой! Ну, ваше высочество! Ой! Больно же!
Мужчина на арене оттолкнул девочку к двери и стал перемещаться по арене, ускользая от Саргуса, который пытался его догнать. Явно, хотел дождаться, когда тот ослабнет от потери крови, и уже тогда заняться с ним вплотную.
Саргус никак не мог сблизиться на опасное для того расстояние — гигант каким-то образом успевал убежать от противника, двигаясь мягко, как огромный зверь, крадущийся через джунгли.