Зверь
Шрифт:
Так и залипнув на Вадима, невозмутимо стаскивающего свою куртку, я в который раз оценила его привлекательную внешность, и не заметила как приблизилась официантка.
Заказав себе блины, фаршированные беконом с сыром, и овощной салат, я добавила еще чашку кофе, и пока Филатов делал свой заказ, уставилась в окно. Снова пошел снег. Я словно только сейчас проснулась от темного сна, погрузившись в который не замечала происходящего вокруг.
Наверное ночью был снегопад. Или вчера днем? Боже, я все пропустила. Благо, помнила,
Ели мы с Вадимом так, будто были глупыми школьниками, затесавшимися в ресторан, где ужинали престарелые леди и джентльмены. Не переставая «отмачивать» шутки, Вадим доводил меня до припадочного гогота, который приходилось скрывать в прижатой к губам салфетке. Нам повезло, что зал постепенно наполнялся людьми, и к галдящему народу прибавилась музыка, которую включили чуть громче.
В конце концов нам надоело сидеть в этом шуме и, отправив меня на выход, Вадим пошел оплачивать счет.
Дорога домой оказалась короткой, потому что мы конкретно срезали путь через дворы. А когда поднялись ко мне, решили поваляться на диване и посмотреть фильм. Но вот какой?
Я, как истинная фанатка психологических ужастиков и триллеров, настаивала именно на данных жанрах, а Вадим предлагал «врубить» что-нибудь старое, классическое.
— Или арт-хаус, — добавил он, растягиваясь на моем диване.
— Нет, — заупрямилась я, но тут же «включила» девочку и подсела к Филу, враз меня раскусившему, и все же заныла: — Ну пожалуйста, давай страшненькое. Ну давай, Вадим.
Блеск в глубине темно-карих глаз оповестил меня о хитрости, которую он наверняка придумал. Я угадала, потому что Вадим приподнялся на локтях и сказал:
— Мария-Мария, умеешь ты уговаривать, — и вопреки моим ожиданиям улегся обратно, словно ничего и не собирался добавлять.
Я, довольная собой, включила ноутбук, отыскала подходящий фильм, который давно хотела посмотреть и улеглась рядом с Филатовым, но он сам перетащил меня к себе на плечо и обнял. А затем проговорил как бы невзначай:
— Хоть раз взвизгнешь, не дам спать всю ночь. И заметь, я не уточняю, каким именно способом.
— Засранец! — шлепнула я его по руке. — Так нечестно.
— Нечестно, кроха, вынуждать смотреть ужастики того, кто их смотреть боится.
— Ха-ха, — искусственно посмеялась я. — Еще и лжец.
— А ты думала, с ангелочком время проводишь? — продолжая ерничать, усмехнулся Фил. — Смотри-смотри, я подожду, пока ты не начнешь на меня карабкаться. Тогда и поговорим, кто из нас круче…
В общем, все верно, стоило лишь главному герою фильма войти в старинный особняк, как я сильно зажмурилась и стиснула руку Фила с невероятной силищей, собственно, мне совсем не присущей.
Он покосился на меня, но промолчал. А потом и вовсе уснул. Я это по милому сопению поняла и, взглянув на Вадима, забыла о происходящем на экране.
Беззащитное, такое странное выражение на мужском бледном лице, вогнало
Все эти ссадины. Столько мужественности в обыкновенном человеке, столько силы воли и духа. Столько стремления попробовать все и сразу. А как же передышка? Неужто она ему вовсе не нужна? Почему я нуждаюсь в отдыхе и времени на самоанализ, а он — нет? С какой вообще планеты этот мужчина?
Кто, мать вашу, кто даст мне ответы на мои гребаные вопросы?
Сдерживая внутренние порывы неоправданной ярости, я осторожно выбралась из-под навалившегося на меня Вадима и убежала в ванную, зажимая рот ладонями.
И уже там, в тесной комнатушке, прижалась спиной к двери и зарыдала, но без слез. Просто из горла что-то рвалось, что-то такое, от чего становилось больно дышать. Вот и хватала я воздух подобно выброшенной на берег рыбе. Озираясь по сторонам ошалелыми глазами, силилась понять, как поступить.
Поговорить с матерью Вадима? Нет. Ужасно глупо. Спросить его обо всем, что мучает: о том, сколько времени ему лечиться от своей зависимости? И хочет ли он этого?
Ох, боже, сколько же тупых вопросов. Прямо самой тошно от собственного негативного мышления, оно меня пожирает изнутри. Я должна немедленно с этим покончить раз и навсегда. Нужно решиться и все же встретиться с матерью Филатова.
Уже вернувшись в спальню, я на экране телевизора обнаружила медленно плывущие вверх титры.
Отлично. Значит и здесь все прозевала.
Не зная, куда себя засунуть, я тихонько переоделась в более теплые и удобные джинсы, и, захватив ботинки, куртку, сумку, выскочила из квартиры. На лестничной площадке привела себя в порядок, поспешно натягивая обувь, и шмыгнула к лифту.
Сама не имея ни малейшего понятия, куда намыливаюсь, я вышла из подъезда и остановилась. А все потому, что «удача» сама навалилась на меня. Причем в виде мамочки Вадима.
Эффектная дамочка плавной походкой приблизилась ко мне, видимо, только что подъехав к дому. За ее спиной, на парковке, красовался красный автомобиль какой-то неплохой модели, но я не особо увлекалась их названиями, потому сразу перевела взгляд на блондинку в коротенькой шубе. Ну явно же мех натуральный. Собственно, я не из «гринписевцев», но для такой стервы пожалела бы даже крысиную шубку, а уж этих чудовищных грызунов я всей душой презираю.
Мать Фила впечатляла своей внешностью, и да, сходство с Вадимом неоспоримо. Однако в ее темно-карих глазах с густо накрашенными ресницами не было того космоса, что вмещался внутри ее сына. Откуда вообще взялось такое безразличие к своему отпрыску? Или оно у нее с самого рождения Вадима?