Зубы дракона
Шрифт:
— Кто же это? — мрачно осведомился Бо.
— Погоди, не порть мне краткие мгновения моего триумфа. — И мистер Квин добавил мечтательным тоном: — Наш друг сделал две ошибки, одна из которых, боюсь, окажется роковой. Мы можем извлечь выгоду из этих ошибок, если не будем терять времени. С какой бы стороны я ни смотрел на это дело, а я смотрел на него со всех сторон, мне ясно, что для того, чтобы убийца Энн Блумер предстал перед судом, мы должны предъявить три доказательства.
— Три доказательства? — Бо покачал головой. —
Мистер Квин усмехнулся:
— Два из этих доказательств поджидают нас — нам остается только в нужное время протянуть руку, и они наши. Третье… — Он резко поднялся. — С третьим сложнее. Это доказательство — самое важное, и его труднее всего заполучить.
— Что оно собой представляет и где находится?
— Я приблизительно знаю, как оно выглядит, — с улыбкой ответил мистер Квин. — А вот где оно, не имею ни малейшего представления.
— Тогда как ты вообще догадался о его существовании? — осведомился Бо.
— Очень просто. Оно должно существовать. Логика буквально вопиет о его существовании. Этого требует каждый факт дела. Твоя работа — найти его, и ты должен сделать это до полудня.
— Не знаю, о чем ты бормочешь, — с раздражением сказал Бо, — но скажи мне, что именно искать, и я пошел.
Мистер Квин сказал ему. Черные глаза мистера Раммелла возбужденно заблестели.
— Будь я проклят! — изумленно воскликнул он.
А мистер Квин наслаждался атмосферой восхищения.
— Хотя каким образом тебе удалось до этого додуматься?..
— Тут нет никакой тайны, — беспечно промолвил мистер Квин. — Маленькие серые клеточки, как любит повторять месье Пуаро. В любом случае сейчас нет времени объяснять. Тебе нужно отправлять телеграммы, поднимать людей с постели — сейчас три часа ночи! — преодолеть ряд бюрократических препятствий, «подмазать» определенное количество зудящих ладоней, обзавестись помощниками… короче говоря, добыть доказательство к полудню!
Бо схватил телефон.
Что касается мистера Квина, то он растянулся на диване с урчанием, свидетельствующим о чисто чувственном удовольствии, и заснул еще до того, как Бо кончил набирать первый номер.
Когда мистер Квин проснулся, солнце светило ему в глаза, а во рту было ощущение куска фланелевой тряпки.
Он со стоном сел, протирая глаза. Офис был пуст, стаканы и пепел исчезли, часы показывали девять, поэтому он сделал элементарный вывод, что мисс Гекуба Пенни уже явилась на службу.
Эллери с трудом доковылял до двери и выглянул в приемную. Мисс Пенни чопорно сидела за столом и вязала сто пятнадцатый шерстяной шестиугольник, которому предстояло стать составной частью ее третьего шерстяного платка со времени поступления на службу в «Эллери Квин, инкорпорейтед».
— Доброе утро, — проскрипел мистер Квин. — Видели мистера Раммелла?
— Нет, но я нашла записку
— Единственная вещь, в которой я в данный момент нуждаюсь, — это ванна, и боюсь, мне придется отправиться туда одному.
В записке, нацарапанной размашистыми каракулями Бо, говорилось следующее:
«Продолжай храпеть! Я иду по горячему следу. Успею к полудню или напьюсь. Как у нас с банковским счетом? Работа требует жутких расходов. Бо. P. S. Не забудь про банковский счет! Б.».
Мистер Квин усмехнулся и пошел умыться в лабораторию. После этого он почувствовал себя лучше, а садясь за телефон, ощутил напряженный трепет ожидания.
— Инспектор Квин? Это ваш старый друг.
— А, это ты, — послышался ворчливый голос инспектора. — Где ты пропадал всю ночь?
— Пировал с музами, — напыщенно ответил мистер Квин. — Чисто интеллектуальный разврат… Ты разочарован тем, что я не дал тебе возможности побрюзжать?
— Я смеюсь со слезами на глазах! Мы с Сэмпсоном всю ночь обсуждали дело, и… Ладно, не важно. — Инспектор сделал паузу. — Что у тебя на твоем прославленном уме?
— Я чувствую, что власти испытывают замешательство, — усмехнулся мистер Квин. — Несмотря на вчерашний фейерверк — эти знаменитые римские светильники! — ты и Сэмпсон уже не можете быть уверены, что Керри Шон вам лгала. Бедные власти! Ну что ж, такова жизнь. Как ты смотришь на то, чтобы сходить этим утром на лекцию?
— Как, снова? У меня нет времени для лекций.
— Думаю, — сказал ему сын, — что для этой у тебя найдется время. Мне говорили, что вчера лектор не был в ударе, но сегодня он гарантирует успех.
— Вот как? — Инспектор снова помолчал, затем с подозрением осведомился: — Что ты приготовил на сей раз? Очередное воскрешение из мертвых?
— Если ты имеешь в виду покойного Кадмуса Коула, то ответ «нет». Он был бы тебе признателен за сотрудничество в повторном расследовании убийства Энн Блумер на сцене преступления.
— Ты хочешь сказать, в «Виллануа»? В номере 1724? — Инспектор был озадачен. — Еще одна дешевая мелодрама?
— Я сказал «на сцене», — мягко напомнил Эллери. — Она включает и номер 1726, папа. Не забывай об этом.
— Пусть так, — включая номер 1726! Но и апартаменты, и однокомнатный номер были прочесаны частым гребешком. Ты не можешь заставить меня поверить, что мы что-то проглядели!
Мистер Квин рассмеялся:
— Ну-ну, папа, не будь таким беспокойным. Ты намерен подыграть «Эллери Квин, инкорпорейтед» или мне придется обратиться непосредственно к комиссару?
— Ты способен так поступить с родным отцом, негодяй? — внезапно усмехнулся инспектор. — Хорошо, согласен. Но предупреждаю: если ты и на сей раз потерпишь фиаско, Сэмпсон предъявит обвинение Керри Шон.