Зубы дракона
Шрифт:
Вот подпись Эдмунда де Карлоса на оригинале чека, выписанного им для агентства «Эллери Квин, инкорпорейтед»:
А вот подпись Кадмуса Коула, изготовленная из фрагментов подписей Эдмунда де Карлоса на двух фотокопиях:
Пожалуйста,
Пока они обследовали три экспоната, мистер Квин добавил:
— Фактически эта маленькая демонстрация была необходимой. Вам было бы достаточно сравнить подпись де Карлоса на завещании Коула в качестве свидетеля с подписью Коула в качестве завещателя, чтобы убедиться, что они сделаны одной и той же рукой. До сегодняшнего вечера я никогда не видел завещания, но меня удивляет, что вы не заметили сходства, мистер Гуссенс.
— Я тоже удивлен, — пробормотал Гуссенс, уставившись на три подписи, — и думаю, что судья по делам о наследстве удивится также!
Инспектор выпрямился.
— Для меня этого достаточно. Вы — мистер Коул, и тут не может быть никаких сомнений.
Окружному прокурору Сэмпсону явно было не по себе.
— Все, безусловно, указывает на это.
— Почему вы притворялись умершим? — осведомился инспектор у молча сидящего на стуле лысого мужчины. — Что случилось с подлинным де Карлосом? Что стоит за этим маскарадом, Коул? Так как над вашей головой висит обвинение в убийстве самозванки, выдавшей себя за Марго Коул, вам следует выдвинуть очень убедительное объяснение!
Человек на стуле окинул присутствующих диким взглядом.
— Но я не Коул! — невнятно пробормотал он. — Сколько раз я должен вам это повторять?
Лысый мужчина вставил в рот фальшивые зубы, надел очки, и это, казалось, придало ему новые силы, так как он вскочил на ноги и начал быстро ходить взад-вперед.
— Я — Эдмунд де Карлос! Есть человек, который знал меня много лет; он мог бы сразу же подтвердить мои слова, потому что он так же хорошо знал и Коула!
— Кто же этот человек? — дружелюбно осведомился Бо.
— Энгус — капитан яхты Коула «Аргонавт»! Дайте мне немного времени, инспектор, чтобы найти капитана Энгуса! Он скажет вам, кто я! Он…
— Что бы вы сказали, — радостно спросил Бо, — если бы я сообщил вам, что капитан Энгус ждет в соседней комнате, чтобы опознать в вас Коула?
У его загорелого собеседника отвисла челюсть.
— Мы разыскивали его, — быстро продолжал Бо, — с тех пор, как получили известие о вашей смерти, Коул. Наконец один из наших агентов обнаружил его. Капитан Энгус оставил службу, после того как вы поставили яхту в док Сантьяго-де-Куба, и решил отправиться в кругосветное плавание в качестве пассажира. Вчера его корабль прибыл в Сан-Франциско, мой агент прилетел с ним оттуда на самолете и… — закончил Бо, когда Эллери открыл дверь приемной и позвал ожидающего там человека, — вот он, к вашим услугам!
Высокий худой мужчина в сером костюме, держащий в руках пальто и фетровую шляпу, вошел в сопровождении детектива из Сан-Франциско и сержанта Вели.
Капитан Энгус почернел от многолетнего пребывания под океанским солнцем. Его глаза, сверкающие под густыми черными бровями, имели зеленовато-голубой цвет айсберга под водой; вид у него был властный, как
Войдя в офис, он огляделся по сторонам.
— Капитан Энгус? — весело заговорил Бо, шагнув вперед. — Я — Раммелл, это мой партнер Эллери Квин, а эти два обеспокоенных джентльмена — инспектор Квин из отдела по расследованию убийств и прокурор Сэмпсон из округа Нью-Йорк.
Высокий мужчина кивнул.
— Неплохая компания, — сухо заметил он гулким басом. — Это все в мою честь, мистер Раммелл?
— Капитан Энгус, я хочу задать вам всего один вопрос. — Бо шагнул в сторону и указал на лысого загорелого человека в центре комнаты. — Кто это такой?
Капитан Энгус выглядел озадаченным, переводя взгляд с лысого мужчины на остальных.
— Не понимаю. Кем он должен быть?
— Об этом мы вас и спрашиваем, капитан.
Капитан усмехнулся и ответил:
— Это мистер Эдмунд де Карлос.
Бо задохнулся и закашлялся, едва не подавившись.
— Де Карлос?! — воскликнул он. — Посмотрите хорошенько. Разве это не Кадмус Коул?
— Мистер Коул? — Капитан Энгус расхохотался, откинув голову назад. — Ну уж нет! Мистер Коул мертв.
— Мистер Коул… мертв? — переспросил мистер Эллери Квин, словно внезапно испытывая трудности с английским языком.
— Конечно! Он умер на борту «Аргонавта» три месяца назад. Я своими руками облачил его в саван из парусины, как принято у моряков.
— Это заговор! — рявкнул Бо. — Его подкупили, чтобы он это сказал! Отправьте его в тюрьму, папаша!
— Одну минуту. — Высокий мужчина утратил свое добродушие, и что-то в его голосе заставило всех умолкнуть. — Насколько я понял, вы сказали, что я замешан в каком-то мошенничестве, мистер?
— У вас отличный слух, — огрызнулся Бо.
— Ну, так вы просто болтливый щенок, — заявил капитан. — Вас бы следовало как следует вздуть, но я знаю, где находятся по крайней мере шестеро из моей команды, которые могут подтвердить мои слова. В смерти мистера Коула не было ничего необычного — все произошло так, как я передал по радио на «Белую леди».
— Здорово вы его отделали, капитан, — злобно вставил де Карлос.
— Кроме того, этот джентльмен никак не может быть мистером Коулом. Мистер Коул был немного выше и более худой, чем мистер де Карлос, да и глаза у него были другого цвета. Мистер де Карлос — близорукий и вынужден постоянно носить очки, а у мистера Коула было самое лучшее зрение, какое я когда-либо видел у человека его возраста, и он в жизни не надевал очки. Мистер Коул был лысым как колено, а у мистера де Карлоса есть немного волос. Правда, у обоих не было зубов, но мистер Коул никогда не носил вставные — он говорил, что из-за чувствительного нёба не может вынести ощущения вставной челюсти. К тому же мистер Коул был вегетарианцем и не нуждался в фальшивых зубах.
Керри, всеми забытая, сидела в углу; на ее лице застыло выражение безнадежности.
— Это еще не все, — продолжал капитан с явным удовольствием при виде отчаяния Бо. — У мистера Коула были больные руки — по-моему, это называлось деформирующим артритом. Он говорил мне, что заболел внезапно, не то в девятнадцатом, не то в двадцатом году — точно не помню. Его руки были изуродованы — все в узлах и абсолютно серые. Их было нельзя не узнать. Посмотрите на руки мистера де Карлоса — они выглядят совершенно нормально. Мистер Коул не мог держать в руке бинокль, не мог есть самостоятельно, так как был не в силах удержать нож и вилку. Помощник стюарда кормил его, как младенца.