Золотой вулкан
Шрифт:
В этот момент шагах в трехстах от лужайки раздался выстрел.
Глава десятая. ПУСТЫНЯ ОКАЗЫВАЕТСЯ НАСЕЛЕННОЙ
После того как Сумми Ским и Нелуто отправились на охоту за лосями, Бен Раддль произвел новый осмотр работ. Если ни в чем не случится задержки, канал будет окончен сегодня вечером; оставалось только открыть пропускной канал на левом берегу реки Руббер, несколькями ударами кирки разбить перегородку в горловине, и вода с шумом и пеной устремится в недра Золотого
Огромные массы воды, обращенные в пары вулканическим огнем, должны были произвести страшное давление. Внутренние вулканические массы состояли, конечно, в значительной части из лавы, шлаков и вообще малоценных веществ; с ними смешались бы золотые самородки и золотоносные кварцы, но их легко было бы выделить, не прибегая к сложный химическим процессам.
— Увидим, — ответил Бен Раддль Скиму, который высказал ему это сомнение. — Нам необходимо экономить время. Мы потратили уже половину июля.
— Было бы неблагоразумно, — заявил Билль Стеллъ, — задерживаться больше пятнадцати дней у устья Маккензи. Чтобы вернуться в Клондайк, потребуется не меньше трех недель. Надо принять во внимание, что наши повозки, быть может, будут сильно нагружены…
— Будут, будут, не сомневайтесь!..
— В таком случае, господин Раддль, ко времени нашего прибытия в Доусон уже минует начало сезона. Если зима будет ранняя, то мы рискуем встретить большие затруднения при переходе страны озер, чтобы выйти к Скагуэю.
— Золотые ваши слова, мой любезный Стелль, — ответил инженер в шутливом тоне, — да такими быть им и надлежит, когда они произносятся у подножия Золотой торы! Но не беспокойтесь. Я буду очень удивлен, если в продолжение восьми дней наш обоз не соберется в путь на Клондайк.
День прошел обычным порядком, наступил вечер; канал продолжали буравить.
К шести часам после полудня ни тот, ни другой охотник не возвратились; на восточной равнине не раздавались сигналы, извещающие об их прибытии. Бен Раддль не тревожился. Сумми Ским имел еще целый час в своем распоряжении. Тем не менее Билль не раз отправлялся по ту сторону канала, рассчитывая увидеть возвращающихся охотников. Но он никого не видел: ни один силуэт не обрисовывался на горизонте.
Спустя час Бен Раддль, который стал уже проявлять нетерпение, дал себе обещание сделать двоюродному брату выговор, но его решение оставалось неисполненным ввиду досадного отсутствия виновного.
Наступило семь часов, а Сумми Ским и Нелуто не возвращались. Дурное расположение духа Бена Раддля сменилось беспокойством. Это беспокойство удвоилось, когда прошел еще час, а отсутствующих все не было.
— Они увлеклись охотой, — повторял инженер. — Этот чудак Ским становится положительно невменяемым, когда перед ним зверь, а в руках ружье… Он идет, идет и идет… У него не хватает рассудка, чтобы вовремя остановиться… Я должен был с самого начала воспротивиться этой охоте.
— Темнота наступит не раньше десяти часов, —
Последний довод был вполне справедлив. На какое бы расстояние ни удалились охотники, отсвет вулкана мог служить им сигнальным огнем, обещающим возвращение в лагерь. Но они могли сделаться жертвой какой-нибудь случайности. Быть может, они теперь находятся в таком положении, что не в состоянии возвратиться?..
Прошло еще два часа. Бен Раддль не мог спокойно сидеть на месте, да и Билль приходил в нервное состояние. Солнце скрылось за горизонтом, стало темнеть, и местность лишь слабо освещалась белой полоской, едва видневшейся на западном небосклоне.
Спустя некоторое время Бен Раддль и Стелль, беспокойство которых все возрастало, покинули лагерь, направляясь вдоль подошвы горы. Окинув взором в последний раз равнину, они удостоверились, что она была пустынна и все в ней было неподвижно. Они внимательно прислушивались к малейшему шуму, но вокруг царила мертвая тишина, а ночь бее гуще одевала своим покровом окружающую местность.
— Как вы думаете, господин Раддль, — спросил Стелль, — охота на лосей ведь не представляет опасности? Но не могли ли Ским и Нелуто встретиться с медведями?..
— С медведями или другими хищниками, Билль… Да, я боюсь, что с ними приключилось несчастье.
Билль Стелль быстро схватил руку инженера.
— Послушайте! — прошептал он. Вдали раздавался лай собаки.
— Стоп! — воскликнул Бен Раддль.
Лай стал слышаться отчетливее, к нему примешивалось болезненное взвизгивание; по-видимому, собака была ранена.
Бен Раддль и его товарищ бросились навстречу Стопу; пройдя шагов двести, они встретились с ним.
Собака вернулась одна. Она волочила левую заднюю ногу и, по-видимому, совершенно выбилась из сил.
— Ранена! Ранена — и одна! — восклицал Бен Раддль. Сердце его учащенно билось.
Стелль высказал предположение:
— Может быть, Стоп ранен самим хозяином или Нелуто?..
— Почему же он тогда не остался с Сумми? Сумми оказал бы ему помощь и мог бы возвратиться вместе с ним, — возразил Бен Раддль.
— Во всяком случае, — сказал Билль Стелль, — надо собаку отвести в лагерь и осмотреть там ее рану. Если она легкая, то, быть может, животное в состоянии будет повести нас по следу своего хозяина…
— Да, — ответил инженер, — нас отправится несколько человек, хорошо вооруженных, и притом немедленно, не ожидая наступления дня!
Стелль понес собаку на руках. Через десять минут все они были в лагере.
Собаку внесли в палатку и стали тщательно осматривать рану. Рана не была опасна. Животное было ранено пулей, которая, пробив кожу, проникла в мускулы, но не задела ни одного важного органа.