Золото Будды
Шрифт:
Старшина Хун энергично кивнул.
— Только что Taн говорил мне об этом же самом, — ответил он.
Гlокачивая головой, судья Ди медленно пролистал тетрадь.
— Он потратил много времени и сил, чтобы сделать эти записи — ошибки аккуратно стерты и исправлены. Ключом к разгадке, думаю, являются даты, самая первая появилась ровно два месяца назад.
Он встал с кресла и убрал тетрадь в рукав одежды.
— В любом случае, — сказал судья, — я изучу это на досуге. Без сомнения, эти записи связаны с убийством судьи Вана. Здесь полно несоответствий, на которые стоит
Глава 5
— Первое, что надо сделать, — сказал Ма Жун Чао Таю, когда они вышли из здания суда, — это подкрепиться. А то после муштровки этих лентяев я зверски проголодался.
— И в придачу страдаешь от жажды, — добавил Чао Тай.
Они зашли в первую попавшуюся харчевню — маленькое заведение на углу, к юго-западу от здания суда. Она имела претенциозное название Сад девяти цветов. Зал был наполнен звуками приглушенных голосов, народу было очень много. С трудом они нашли места в углу около прилавка, за которым стоял однорукий человек и помешивал лапшу в огромном котле.
Друзья внимательно изучали окружающих. В основном присутствовали владельцы маленьких лавочек, забежавшие перехватить что-нибудь перед вечерним наплывом покупателей. Они с удовольствием поглощали лапшу, заливал ее вином.
Чао Тай схватил за рукав пробегавшего мимо прислужника с подносом, уставленным мисками с лапшой.
— Четыре миски! — сказал он. — И два больших кувшина вина.
— Подождите! — рявкнул прислужник. — Разве нe видно, что я занят?
Чао Тай разразился колоритными ругательствами. Однорукий поднял глаза и уставился на него. Он положил бамбуковый черпак и обошел прилавок; его покрытое потом лицо светилось широкой улыбкой.
— До вас был еще только один посетитель, который так же убедительно ругался! — воскликнул он. — Что привело вас сюда, господин?
— Не называй меня господином, — резко сказал Чао Тай. — Я попал в беду, когда направлялся на север, поэтому мне пришлось забыть про свои титул и свое настоящее имя. Теперь меня зовут Чао Тай. Не могли бы мы перекусить?
— Одну минуту, господин, — закивал однорукий.
Он исчез в кухне и тут же появился в сопровождении толстой женщины с подносом в руках, на котором стояли два больших кувшина вина и большое блюдо с соленой рыбой л овощами.
— Так-то лучше! — удовлетворенно сказал ЧаоТай. — Садись, друг, пусть твоя жена хоть немного поработает!
Хозяин харчевни подвинул себе стул, а его жена заняла место за прилавком. Пока друзья ели и пили, хозяин рассказал о себе: он — коренной житель Пэнлая. После того как его уволили в запас из императорских войск в Корее, он нa скопленные деньги купил это заведение. И дела у нeгo идут неплохо.
— Почему вы работаете в суде? — тихо спросил oн, глядя нa их коричневую форму.
— Потому же, почему ты готовишь лапшу, — ответил Чао Тай, — чтобы заработать на жизнь.
Однорукий
— Странные вещи творятся здесь! Вы не слышали, что две недели назад задушили судью и тело разрезали на кусочки?
— Вроде бы он был отравлен, — заметил Ма Жун, отпивая изрядный глоток вила.
— Так говорят! — сказал хозяин харчевни. — От судьи остался только фарш! Верьте мне, мало ли что другие болтают!
— Нынешний судья — отличный человек, — произнес Чао Тай.
— Я ничего не знаю о нем, — пожал плечами хозяин, — а вот Taн и Фань люди нехорошие.
— А что дурного ты можешь сказать о Тане? — удивлено спросил Чао Тай. — Мне он показался человеком, который и мухи не обидит.
— Оставим его в покое! — мрачно вздохнул хозяин. — Он… не такой, как все, есть в нем что-то непонятное.
— Что это что-то? — спросил Ма Жунн.
— В провинции происходит что-то странное, такое, чего не объяснить, — сказал однорукий — Я живу здесь с рождения и уверен в этом. С незапамятных времен в нашей местности жили колдуны. Мой отец, бывало, рассказывал…
Его голос сорвался. Он грустно покачал головой, затем залпом выпил подвинутый ему Чао Таем чашу вина. Ма Жун пожал плечами.
— Мы все выясним сами — заметил он. — В этом-то весь интерес. Что же касается Фаня, то им мы займемся позже. Стражники говорили мне, что он вроде бы пропал.
— И лучше бы не нашелся! — с чувством сказал однорукий. — Этот подонок брал деньги со всех без исключения. Он гораздо жаднее, чем его начальник. Но что еще хуже, он не пропускал ни одной юбки. Он — привлекательный негодяй, только небо знает, что он мог натворить! Они с Таном закадычные друзья, и тот его всегда прикрывает.
— Так, — вставил Чао Тай. — Кончились золотые денечки для Фаня. Теперь ему придется работать под нашим руководством. должно быть, он брал много взяток. Я слышал, что у него есть надел земли к западу от города.
— Земля ему досталась по наследству от какого-то дальнего родственника, — сказал хозяин. — От нее немного пользы. Хозяйство находится в уединенном отдаленном месте, вблизи заброшенного храма. Если он пропал там, то, скорее всего, он у них.
— Ты можешь выражаться понятно? — нетерпеливо воскликнул Ма Жун. — У кого это у них?
Однорукий позвал прислужника. Когда тот поставил на стол две огромные миски с лапшой, хозяин заговорил:
— К западу от хозяйства Фаня, где проселочная дорога упирается в главную, стоит храм. Девять лет назад там жили четыре монаха. Они пришли из храма Белого облака, что расположен у Восточных ворот. Однажды утром все четверо были найдены мертвыми, с перерезанным горлом от уха до уха! После них туда больше никого не посылали, с тех пор храм стоит пустой. Но призраки четырех монахов все еще бродят по храму. По ночам крестьяне видят там свет, и все обходят это место стороной. Только на прошлой неделе мой двоюродный брат, который поздно возвращался, видел в лунном свете, как крадучись пробирался обезглавленный монах. Он отчетливо видел, что монах нес свою отрубленную голову под мышкой!