Золото Будды
Шрифт:
Когда четверо всадников приблизились к Западным воротам, Чао Тай заметил низкую стену и скромное двухэтажное караульное помещение.
— Я видел нa карте, — объяснял судья Ди, — этот город имеет хорошие природные укрепления. Он расположен в трех милях вверх по реке от того места, где она впадает в залив. Около устья реки находилась большая неприступная крепость. Воины гарнизона обыскивают прибывающие и отплывающие суда, а несколько лет назад, во время войны с Кореей, они не позволили вражеским лодкам войти в реку. К северу побережье скалистое, к югу же — болотистое. Таким образом Пэнлай, который был единственным
— В столице люди говорили, что здесь осело много корейцев, особенно моряков, корабельных плотников и буддийских монахов, — добавил Хун. — Oни живут в корейском квартале, на той стороне залива, восточнее города. Совсем недалеко от их квартала расположен буддийский храм.
— Что ж, теперь ты можешь попытать счастья с какой-нибудь корейской девушкой, — сказал Чао Тай Ма Жуну, — и тут же в храме снять с себя грех.
Двое вооруженных часовых открыли ворота, и путники попали на оживленную улицу со множеством лавок. Проехав по улице, они наконец достигли огороженной территории вокруг здания суда. Они двигались вдоль забора, пока не увидели главные ворота, у которых на скамейке под большим бронзовым гонгом сидели несколько стражников.
При виде судьи они вскочили на ноги и отдали ему честь. Однако Хун заметил, что за спиной судьи стражники обменялись многозначительными взглядами.
Начальник стражи проводил вновь прибывших в канцелярию, расположенную в дальнем конце внутреннего двора. Четыре чиновника активно работали кисточками для письма под надзором сухопарого пожилого человека с короткой седой бородой.
В сильном волнении он шагнул навстречу судье и его спутникам и, запинаясь, представился как старший секретарь Тан, временно исполняющий обязанности управляющего делами.
— Очень досадно, — нервно добавил он, — что мы не знали о вашем приезде заранее, ваша честь. Поэтому я не смог подготовить торжественный обед и…
— Я полагал, — перебил его судья, — что из пограничного гарнизона будет послан гонец. Вероятно, произошло недоразумение. Но я уже здесь, поэтому ознакомьте меня с расположением комнат.
Сначала Taн привел их в просторный зал суда. Пол, покрытый плиткой, был чисто вымыт, а высокая скамья нa возвышении у дальней стены была покрыта куском красной блестящей парчи. Вся стела позади скамьи была закрыта занавесью из бледно-фиолетового шелка. В центре занавеси был изображен единорог, вышитый золотыми нитками, — символ проницательности.
Они вошли в дверь, которая находилась за занавесью, миновали узкий коридор и оказались в личных покоях судьи. Комната содержалась в полном порядке: на лакированной крышке стола нe было ни пылинки, оштукатуренные стены были недавно побелены. У дальней стены стояла красивая широкая кушетка, обитая темно-зеленой парчой. Не задерживаясь в архиве, находящемся рядом с кабинетом, судья Ди вышел во второй внутренний дворик, откуда был вход в приемную. Пожилой секретарь возбуждению объяснил, что после отъезда следователя этой приемной не пользовались, чтобы ненароком не сдвинуть с места какой-нибудь стул или стол. Судья с интересом взглянул на сутулую фигуру секретаря — казалось, тот чувствует себя не в своей тарелке.
— У вас все содержится в образцовом порядке, — успокаивающим тоном сказал судья Ди.
Taн низко поклонился
— Я служу здесь уже сорок лет, ваша честь, с того самого дня, как начал работать в суде рассыльным. Я всегда любил, чтобы во всем был порядок. Здесь никогда не было никаких потрясений. То, что произошло, — просто ужасно! И это после стольких лет…
Его голос дрогнул. Он поспешно открыл дверь в приемную.
Когда они собрались вокруг стола в центре зала, Taн почтительно передал судье большую квадратную печать суда. Судья Ди сравнил печать с ее оттиском в регистрационном журнале, затем расписался в получении. Теперь он официально отвечал за провинцию Пэнлай.
Поглаживая бороду, он сказал:
— Убийство судьи, конечно, важнее всех других преступлений. В свое время я познакомлюсь со всеми знатными лицами и выполню необходимые формальности. Кроме персонала суда, я бы хотел сегодня встретиться с наместниками четырех округов города.
— Есть еще и пятый, ваша честь, — заметил Taн. — Наместник корейского квартала.
— Он китаец? — спросил судья Ди.
— Нет, ваша честь, — ответил Taн, — но он свободно владеет китайским. — Секретарь деликатно покашлял и робко продолжил: — Здесь сложилась необычная ситуация, ваша честь. Губернатор вынес решение, что корейские поселения на восточном побережье получат автономию. Наместник обязан следить там за порядком, а наши сотрудники будут появляться только тогда, когда об этом попросит наместник.
— Да, ситуация действительно необычна, — пробормотал судья. — Как-нибудь на днях я загляну туда. Теперь соберите весь персонал в зале суда. А я тем временем взгляну на свое жилище и немного освежусь после дороги.
Taн выглядел смущенным. После некоторого колебания он произнес:
— Ваши покои в отличном состоянии. Прошлым летом прежний судья все заново покрасил. К сожалению, его упакованный багаж и мебель до сих пор находятся в доме. От его брата, единственного родственника, нет никаких вестей. Я не знаю, куда отослать эти вещи. Его превосходительство Ван был вдовцом, и вся его прислуга набиралась из местных, но после его кончины они все разбежались.
— Где же тогда останавливался следователь, когда приезжал сюда? — изумлению спросил судья.
— Его превосходительство спал на кушетке в кабинете судьи, ваша честь, — грустно ответил Тан. — Мелкие чиновники приносили ему туда еду. Я очень сожалею обо всем этом, ведь это не по правилам. Но брат покойного судьи не отвечает на мои письма, я… Все так нескладно!
— Не важно, — быстро сказал судья Ди. — Я и не планировал переводить сюда свою семью до того, как убийство судьи будет раскрыто. Сейчас я пойду в свой кабинет и переоденусь там, а вы покажите моим помощникам их жилье.
— Напротив здания суда, ваша честь, — пролепетал Taн, — очень хорошая гостиница. Я сам живу там с женой и могу уверить вас, что вашим помощникам…
— Но ведь это неправильно, — холодно перебил его судья. — Почему вы нe живете на территории суда? С вашим огромным опытом работы вам бы следовало знать свои права!
— Ваша честь, в доме позади приемной, на верхнем этаже, у меня есть каморка, — торопливо стал объяснять Taн, — но так как крыша прохудилась, то жить там невозможно, и я решил, что никто не будет возражать, если я поселюсь в гостинице, временно, конечно…