Золотко
Шрифт:
Так пролетели два года. Туман романтического приключения рассеялся, оставив лишь пьяный угар. Голди замечала, что Грегуар слишком часто теперь ищет вдохновение не в ней, а в наркотиках, но прощала ему эту слабость. Именно слабость. Так ей казалось. Ведь он был действительно талантливым и неординарным человеком.
Терпение её закончилось, лишь тогда, когда вернувшись однажды домой, Голди застала Грегуара с двумя его моделями. Все они были "под кайфом". Это было ужасное зрелище.
Не на шутку разозлившись, Голди вышвырнула
Сенжени надел джинсы и уселся на полу. Он смотрел на неё безразличным отсутствующим взглядом. И Голди почувствовала холод, исходящий из красивых фиолетовых глаз.
– Ты обещал мне весь мир, а что оказалось на самом деле?
– возмутилась девушка, - За эти два года мы нигде не побывали. Мы даже наедине почти не были. Во что ты превратился, Грег?
– А чего ты от меня ждала?
– надменно произнёс он, - Ты сама сделала выбор. Я тебя не принуждал.
– Тогда я ещё не знала, что все твои путешествия по миру на самом деле плод наркотических галлюцинаций. Ты на дне, Грег. И не желаешь ничего менять.
– Если тебе это не нравится - дверь открыта. Я не держу тебя.
В его взгляде не было ни капли любви или раскаяния. Из под густых чёрных ресниц веяло ледяным равнодушием. Изменил ли его дурман или это он и есть, настоящий Грегуар Сенжени? Маски сняты и теперь это не имело значения. Голди больше не испытывала к нему ничего, даже привязанности.
Она осмотрелась вокруг себя и вдруг поняла, что это всё ей чуждо. Это вовсе не то, чего она искала. А счастье её всегда было там, за океаном, рядом со Скайлером Рендолфом.
– И ради такого ничтожества я покинула прекраснейшего человека, осознала Голди и начала собирать свои вещи.
Тем же вечером она вернулась в Лос-Анджелес. И не заходя домой, поехала в "Квест Технолоджи". Она знала, что Скайлер работает допоздна. Теперь оставалось только надеяться, что он сможет простить её необдуманный поступок. Ведь, в конце концов, она всегда любила только его.
Но на пороге компании её остановил охранник.
– Вы кого-то ищите?
– Я хочу видеть мистера Рендолфа.
– Его здесь нет.
– Нет, - повторила Голди.
Её разочарованию не было предела. Она была настроена на важный решающий разговор, а его нет в офисе. С опущенной головой Голди направилась к выходу.
– Вы ведь мисс Колтрейн, не так ли, - окликнул её охранник.
– Когда-то ею была, - ответила она, обернувшись.
– Неужели вы не знаете? Мистер Рендолф больше здесь не работает.
– Что? Почему?
– удивилась девушка.
– Не знаю. Он бросил всё и уехал неизвестно куда.
– Уехал, - только и смогла произнести Голди.
– А чего ты, собственно говоря, ждала, - заявил ей дома Джейсон, - Ты сбежала с вашей свадьбы с каким-то проходимцем, а Скайлер должен был ждать пока ты одумаешься
– Я так не думала. Но он так любил свою работу, так гордился тем, чего достиг. Я и мысли не допускала, что его не будет здесь, когда я вернусь.
– Она, видишь ли, мысли не допускала. А разве ты о ком-нибудь подумала, когда отправилась во Францию? Ты подумала, в какое положение поставила меня и Майкла? Я не знал, куда деться от стыда, когда сообщал твоему жениху, стоявшему у церковного алтаря, о твоём исчезновении. Ты представляешь, что мы все чувствовали?
Голди взяла брата за руки и, глядя ему в глаза, сказала:
– Мне жаль, что я так поступила со всеми вами. Но я не жалею о том, что сделала. Я многому научилась и стала самостоятельной. Единственное, чего я не могу себе простить, это разрыв со Скайлером. Я любила его, и думаю, что и сейчас ещё люблю. Помогите мне его найти.
– Ты больше похожа на мать, чем я ожидал, - вдруг сказал Джейсон, - Что же я сделал не так?
– Замолчи, - остановил его Майкл.
– Почему он должен молчать?
– заинтересовалась Голди, - Пусть говорит.
– Ему больше нечего сказать. Правда, Джейсон?
– Нет уж. Начал говорить, так говори до конца. Я тебя слушаю, Джейсон. Почему ты произнёс это таким тоном, будто это оскорбление для меня, быть похожей на мать?
– У него так получилось, - снова ответил за брата Майкл, - Он ничего не имел ввиду.
– Если бы она знала правду, то может быть не наделала столько глупостей, - сказал Джейсон.
– Остановись, брат. Ей не нужно ничего знать.
– Чего мне не нужно знать?
– ещё больше удивилась Голди и почувствовала что-то нехорошее.
– Пусть знает, - наконец решился Джейсон, - Роберт Колтрейн не был твоим отцом. Но он любил нашу мать и простил ей измену. Мне жаль, что теперь и ты это знаешь. Но так будет лучше.
На короткое мгновение у Голди перехватило дыхание. Она бессильно рухнула в кресло.
– Что ты наделал, - воскликнул Майкл и обратился к сестре, - Голди, забудь обо всём. Это не имеет никакого значения.
– Не имеет?
– тихо повторила она, - Я не Колтрейн. Это всё не моё. Вся моя жизнь - ложь. Вы лгали мне. И это не имеет никакого значения?
– Ты - Колтрейн. Наш отец так решил, когда простил и принял назад нашу мать. И ты не стала от этого нам менее родной, Голди.
– Я не Голди, а Френсис. И я больше не хочу оставаться в этом доме, она встала и пошла к выходу.
– Не выдумывай, - попытался остановить её Джейсон, - Куда ты пойдёшь?
– Куда глаза глядят. Лишь бы подальше от вас.
– Дорогая, мы - твоя семья. Мы любим тебя, - уговаривал Майкл, - Ты всегда будешь нашей маленькой Голди.
– В том то и дело, Майкл. Я уже не маленькая, - ответила девушка, - Мне от вас больше ничего не нужно.