Золотко
Шрифт:
Но ей действительно было интересно. И она не знала как поступить.
– Если вы передумаете, найдёте меня в "Бирроу Холл", - сказал Грегуар, вставая из-за столика.
Он небрежно бросил несколько долларов за ланч, и направился к выходу, оставив Голди в полной растерянности. Она обернулась и крикнула ему в след:
– Я не передумаю. Прощайте, Грегуар!
– Увидимся, Голди!
– крикнул он издалека.
Голди вернулась домой, кинула на постель пакеты с покупками. И всё вокруг ей показалось невероятно
Она позвонила Скайлеру.
– Что-то случилось?
– спросил он.
– Нет. Просто я соскучилась по тебе. Давай сходим сегодня куда-нибудь.
– Извини, милая. Сегодня никак не получится. У меня горит контракт с поставщиками и ...
Она прервала его, не желая ничего слышать о бизнесе.
– Я поняла.
– В другой раз я исполню все твои желания, дорогая.
– Да, в другой раз, - повторила она, ложа трубку.
И то ли от обиды на занятость Рендолфа, то ли желая немного разнообразить свои ощущения, вечером она пошла в отель "Бирроу Холл".
Грегуар почему-то совсем не удивился её приходу, напротив, вёл себя так, будто ожидал этого с минуты на минуту. Он расставил снимки по всей комнате, большие и маленькие, цветные и черно-белые. Всё они были сделаны мастерски и являли собой произведения искусства.
– Вот этот я люблю больше всех, - сказал он, показывая на снимок, - Это белый слон. Такое редко случается в природе и для фотографа это большая удача.
– Это в Африке?
– спросила Голди.
– Нет, в Индии.
– Есть ли такие места, где вы не бывали?
– удивилась она.
– Ещё очень много есть мест, где я не был. Но я собираюсь побывать и там.
Они стояли рядом. Она смотрела на фотографии, а он на неё.
– Какие интересные птицы, - произнесла она.
– Это пеликаны во время брачного танца, - ответил Грегуар и его рука потянулась к её плечу.
Голди ничего не заметила или сделала вид, что не замечает. А он слегка повернул её за плечо и легко поцеловал в губы.
Девушка испуганно отпрянула.
– Что ты делаешь?
– спросила она, но голос её прозвучал спокойно.
– Мне показалось..., - он не договорил и отвёл взгляд на снимки.
Она подумала, что сейчас самое время уйти, но вместо этого спросила:
– Что показалось?
– Разве ты пришла только для того, чтобы смотреть фотографии?
– А что ещё могло привести меня сюда?
– Это ты мне скажи.
– Ты меня не интересуешь, Грегуар Сенжени, - надменно произнесла она, Я же говорила, что скоро выхожу замуж.
– Но сейчас ты не с ним, - напомнил француз, - Ты в гостиничном номере почти незнакомого мужчины. Он знает об этом?
– Мне не стоило приходить, - сказала Голди, беря
Он остановил её.
– Постой, я был не прав.
– Это я была не права, когда решилась на это безумие.
– Может это не безумие, а судьба.
Она остановилась и посмотрела ему в глаза. Он не скрывал своего интереса к ней. И ей это было приятно. И почему-то вовсе не хотелось уходить. Её чувства начинали раздваиваться и она их уже не понимала.
– Не стоит уходить в гневе, - попросил он, - Я заглажу свою вину за ужином.
– Сначала обед, потом номер, а теперь ужин?
– сказала Голди, - Что же дальше? Так я с тобой никогда не расстанусь.
– Я же тебя не заставляю. Я тебя прошу.
Они оказались в маленьком уютном ресторанчике. И теперь говорили обо всём, не затрагивая серьёзных тем, но чувствуя странную близость, как добрые друзья. Голди стала рассказывать о Скайлере и предстоящей свадьбе.
– И что будет дальше?
– вдруг спросил Грегуар.
– То же, что и у всех. Счастливая семейная жизнь, - ответила она.
– Я имел в виду совсем другое. Ты будешь сидеть дома, заниматься детьми, принимать гостей и ожидать мужа с работы. И так всю жизнь! Неужели ты никогда не хотела чего-нибудь особенного, необычного? У тебя есть мечта?
– Ну, у меня конечно была мечта, - начала Голди, - Я хотела снимать кино, не художественное, а настоящее. Например, фильм о каком-нибудь затерянном племени в недрах Амазонки. Телевидение всегда вызывало во мне большой интерес. Глупо, правда?
– Почему глупо? Ведь это твоя мечта, почему ты не стремилась её осуществить? Не думаю, что преградой стали финансовые проблемы.
– Нет, конечно. Но Джейсон, мой брат, считал это причудой. И Скайлер никогда бы этого не одобрил. Ведь это не серьёзно.
– Но это не их, а твоя жизнь. Она такая короткая, её надо прожить так, как хочется тебе, а не твоей семье или жениху.
– Я всерьёз никогда не задумывалась об этом, - призналась она.
– Поедем со мной, - вдруг предложил он, - Поедем со мной и ты увидишь настоящую жизнь. В Париже есть школа искусств, институт кинематографии, всё, что угодно. Ты сможешь заниматься тем, что тебе будет интересно. Это будет такое приключение!
Голди восторженно слушала его, но потом рассмеялась от такого нелепого предложения.
– Но у меня через неделю свадьба! Слишком поздно что-либо менять.
– Никогда не бывает поздно. Странно, что ты, такая богатая, красивая, не умеешь жить для себя. Не думай о женихе, не думай о братьях. Это твоя жизнь. Пусть со своими они делают, что хотят, но не с твоей. Только представь, какие перед тобой раскрыты возможности, а ты их собираешься так просто упустить.
– Может ты и прав, - согласилась она, - Но, как я уже сказала, слишком поздно.