Знаменитые, Бернхард Томас

Знаменитые

на обложку

Бернхард Томас

Шрифт:

давали нашему другу в той старой маленькой деревянной мельнице

нисколько ему не помогли

очевидно

Режиссер

Посредственность это смирительная рубашка

в которой посредственные натуры томятся всю жизнь

точно так же как гении всю жизнь

томятся в смирительной рубашке гениальности

Бас (обращаясь к Тосканини)

Вот и вы достопочтимый маэстро Тосканини —

ведь все

ваши высочайшие взлеты в Ла Скала

и в Америке

не говоря о вершинах здесь в Зальцбурге

тоже дались вам лишь ценой невероятных страданий

(Оглядывает всех присутствующих)

У каждого из нас свое увечье

Художники хранят молчание о своих увечьях

однако без увечья нет искусства

по крайней мере ни музыкального ни театрального

Издатель

И литературы без увечья нет

Бас (обращаясь к Максу Рейнхардту)

И вы дорогой Рейнхардт

(К Хелен Тимиг)

И вы дорогая Хелен Тимиг

(К Александру Моисси)

И вы мой дорогой Моисси

(К Лотте Леман)

И вы моя обожаемая Лотта Леман

Все вы калеки

у каждого свое увечье

Просто никто не признается

художник не признается в своем увечье

он извлекает из увечья капитал

Не говоря уж о нашей досточтимой Элли Ней

и о нашем досточтимом Рихарде Майре

нашем незабываемом Бароне фон Лерхенау

(К Самуэлю Фишеру)

Песня общеизвестная и вы могли бы ее спеть

куда лучше меня

Режиссер

Когда художники

неважно о каком искусстве идет речь

о так называемом творческом

или о так называемом исполнительском

которое в сущности тоже творческое

умирают

да-да умирают дамы и господа

когда они умирают

только тогда выходит на свет все

что они умалчивали и утаивали при жизни

их увечья

духа или тела — неважно

Гений это насквозь болезненный и увечный человек

насквозь болезненная и увечная натура

(Выкрикивает)

Врачей спросите

сколько всего выходит на свет

когда они подходят к телу умершего художника

со скальпелем

Бас (смотрит на часы)

Эта Гунди

всех нас оставляет в дураках

Знаменитейших людей

она оставляет в дураках

Издатель

Она звезда господин барон

самая молодая суперзвезда

господин барон

Бас

Но она мне обещала

не опаздывать

В двухсотый раз спеть Барона

это не пустяк

Дирижер

Вы не знаете господин барон что такое сопрано

ставшее звездой

Бас

Вероятно напивается со своим импресарио

по случаю премьеры "Так поступают все женщины"

Издатель

Звезда

это же для всего света сущее наказание

надо с этим смириться господин барон

Бас (смотрит на часы, потом обращается к Элли Ней)

А теперь я хотел бы

пусть Гунди все еще нет

хотел бы попросить

истинную художницу нашу досточтимую Элли Ней

Это желание всех присутствующих

(Встает)

послушать Элли Ней

(Поднимает бокал за Элли Ней, выкрикивает)

За Элли Ней

за Элли Ней

Все пьют за Элли Ней

(Бас выкрикивает)

Многие лета

нашей Элли Ней

нашей величайшей пианистке

(Выпивает свой бокал, подходит к Элли Ней, помогает ей подняться с кресла, осторожно и медленно ведет ее к роялю «Бёзендорфер», при этом, когда всем становится очевидно, что Элли Ней — кукла, приговаривает)

Элли Ней всегда и во всем

оставалась

нашим высочайшим образцом

Пианистка (истерически вскрикивает)

Мой высочайший образец

Бас

Как был моим высочайшим образцом

Тенор

Как Рихард Таубер — моим высочайшим

Режиссер

Как моим высочайшим — Макс Рейнхардт

Актер