Знак зверя
Шрифт:
— Ясно…
Вздохнув, Тая достала из кармана свой подарок — небольшую медную фляжку, украшенную простенькими узорами. Вытащила пробку и выпила маленький глоток. Затем подумав, дала выпить и обезьяне. Серый даже просить не стал — что ему эта крохотная порция… Тая испробовала первый раз еще по дороге, и расстроилась, что вода внутри самая обычная, но теперь была благодарна и за такой подарок. Путешествовать с флягой однозначно приятнее, чем без неё.
— Ты не слишком устал?
— Пока нет.
— Давай отдохнем? — спросила наездница — А то у меня уже
Вот так бы сразу и сказали, а то устал — не устал… Тая с Максом расселись на земле и начали шумно делить остаток ягод (похоже, кое-кто получил по загребущим лапкам), а Серый воспользовался моментом и тихонько свинтил в сторону. Под шумок конь отошел за развалины, что прикрывали его почти по грудь, встал, раздвинул пошире ноги, напрягся… Под брюхом радостно зажурчало. Уф. Хорошо, вроде всё получается. Вот только… Конь замер и едва не шарахнулся в сторону. Внутри развалившегося дома лежали кости, выбеленные временем. Много. В груде костей виднелись черепа.
Ничего себе находка. Конечно, во времена варварства люди могли погибнуть от тысячи разных причин. Но никто не озаботился их похоронить — и это настораживало. Найдут ли они вообще здесь ЖИВЫХ людей? И что или кто их здесь прикончило? Конь почувствовал, как его пробирает дрожь. Не остаться бы самим здесь новенькими скелетами! Если до вечера не встретим, хотя бы, питьевой воды, решил Серый, то завтра надо разворачиваться и идти назад к волшебному источнику. Там хоть выжить можно. Два дня без воды и еды он как-нибудь протянет, а вот потом… можно пройти точку невозврата и тупо сдохнуть в этой пустоши.
Рассказывать про находку он не стал.
Вместо этого, Серый молча прошел подальше, на открытое место, встал. Собрался. И лягнул воздух задней ногой. Затем еще раз. Снова. Затем попробовал обеими задними, как в прошлый раз. Для этого пришлось неловко подпрыгнуть, но воображаемому врагу сзади, попади он по цели, было бы, наверное, совсем не смешно.
— Шш… — мощный удар разрезал воздух. Конь пошатнулся, но устоял. Надо пробовать еще, пока плохо. И неточно. Бьёт вроде сильно, но в белый свет, как в копеечку.
— Ты что это делаешь? — удивленно спросила Тая.
Не видишь — тренируюсь! Очень не нравятся мне здешние места. И здешние скелеты… А мои копыта — наше самое сильное и, пожалуй, единственное оружие.
— Шш… Бац! — это Серый врезал по засохшему деревцу, которое жалобно затрещало. Потом конь еще попробовал встать на дыбы, но испугался упасть, и поспешно опустился обратно на все четыре. Он двигал своим новым телом увереннее, чем вчера, и не только с перепуга, но и вполне сознательно, но опыта явно не хватало. Надо, надо тренироваться!
Некоторое время Тая молча наблюдала, но потом не выдержала.
— Хватит уже прыгать! — возмутилась она. — Только устанешь. Идем лучше, я твоей гривой займусь, надо же и твой подарок опробовать!
Но Серый и сам понял, что надо сделать перерыв. Им еще сегодня долго ехать.
— Погляди.
Конь послушно посмотрел. Затем сделал два шага назад и снова посмотрел. Надо при случае объяснить Тае, что он ничерта
Но вещица симпатичная. Если Тае досталась фляжка, то ему Ками подарила гребень из непонятного, но красивого, и прочного на вид материала. Окраска у него очень интересная — насыщенного, темно-зеленого, нефритового цвета. Интересно, откуда она взяла эти подарки? Тая сразу решила, что гребешок предназначен для хвоста коня и его гривы. Серый не возражал. В ожидании, пока его всадница отдохнет, он терпеливо позволял распутывать и расчесывать свою гриву. И, к удивлению, выяснил, что ему нравится. Конь молча стоял и балдел с закрытыми глазами, пока его причесывали. Было в этом процессе какое-то приятное умиротворение.
— Вот… и вот. — девушка довольно смотрела на творение своих рук. — Так уже намного лучше. Она у тебя такая красивая! Длинная!
Конь скептически скосил глаза.
— Извини, но у меня нет зеркальца. В сумке лежало, да там и осталось. А то бы я тебе показала… Ладно, пора нам и в дорогу.
Серый дернулся и недовольно заржал, когда Тая попыталась вытащить гребень. Больно!
— Извини, но он застрял. — огорченно сказала Тая. — Я уже несколько раз пробовала. И что делать?
— Оставить там.
— Что? Ты что-то сказал?
Серый недовольно заржал. Ну что здесь непонятного, взять и оставить в гриве, коли запуталось. Вытаскивать больно, да и время жалко тратить. Конь мотнул головой — садись, поехали.
Макса, на этот раз, упрашивать не пришлось.
Дорога снова застучала под его копытами. Стояла жара, сухой горячий воздух плыл над равниной, искажая и скрывая горизонт. Ландшафт почти не менялся, только мелкие камни на равнине сменились более редкими и крупными, почти с дом размером. Эти массивные белесые валуны валялись здесь и там на голой пустоши, словно останки гигантского дракона, растасканные на части. Они не нравились коню, и Серый старался не приближаться к ним близко. Впрочем, для этого достаточно просто не сходить с тракта.
Солнце склонилось на запад, скрываясь за хмарью, слегка потемнело, и снова появилось неприятное навязчивое ощущение, что за ними наблюдают. Если раньше Серый видел всё вокруг, то теперь за камнями могла скрываться засада или другая опасность. Никого живого, впрочем, конь так и не заметил — лишь однажды прямо на дороге лежал большой скелет, похожий на лошадиный. Тая ничего не сказала, а Серый подумал, что это плохая примета.
— Страшно…
Конь навострил уши. Тая молчала.
— Страшно.
Всадница удивленно посмотрела на коня.
— Серый, ты в порядке? Что головой вертишь? Кто-то рядом?
Конь тихо заржал и замотал головой. Мол, спокойно, все в порядке. Хотя ощущал, как лихорадочно забилось от волнения его сердце. Он ждал. Неужто показалось?
— Плохо здесь…
— Эй… — осторожно сказал Серый. — Ты как?
— Страшно. — пожаловался голос. — Пить.
— Потерпи. Найдем воду — напьемся. Ты меня понимаешь?
— Пить…
— Ты меня понимаешь? Ответь что-нибудь. Пожалуйста…