Знак зверя
Шрифт:
— Благородная Тая.
— Да?
— Поедем со мной. — к изумлению Серого, Шамир внезапно встал на колени. — Я люблю тебя.
— Что?! — Тая натурально застыла, словно превратившись в соляной столп.
— Ты прекрасный цветок среди моря песка. Ты стремительный джейран среди стада коз. Ты храбрый леопард среди толпы крестьян. Я люблю тебя, благородная Тая. Поедем со мной.
— Серьезно?
— Я не последний человек в Гургандже. — запальчиво ответил Шамир. — У меня нет гор золота, но есть хорошие друзья и крепкая рука. Мы не будем бедствовать. Я
— Извини. — опомнившись, сказала Тая — Но нет.
— Почему? — Шамир воздел руки. — Что мне сделать, чтобы ты ответила мне «да»? Я вижу, что ты не простая девушка, о, я это вижу! У тебя есть враги? Я разрублю их на части! Клянусь гривой Белой Кобылы, что сделаю всё, только скажи мне «да»!
— Ну… — Тая замялась.
Серый нервно топтался рядом, но пара не обращала на него внимания. Конь пребывал в растерянности от такой сцены, но не вмешивался.
— Скажи! — жарко сказал джигит. — Скажи, почему?
— Я люблю другого. — наконец, решилась Тая.
— Другого! — Шамир едва не выплюнул это слово. — Где был этот другой, когда враги пускали в тебя стрелы? Где был этот другой, когда мы сражались рядом? Когда скакали рядом? Где он?!
Напрасный риск, но Серый не выдержал и повернулся к ним.
— Я здесь! — громко сказал белый конь.
Выражение на лице джигита было неописуемо.
— Мы вместе прошли через Мертвую пустыню. — гордо сказал Серый. Южанин потрясённо смотрел на говорящего коня. — Мы вместе дрались с разбойниками, волками и демонами. Я сотни парасангов вёз Таю на себе. Я… и я люблю её.
Его неровная возбужденная речь, в которой конь сбивался с вессана на русский, и поправлял себя, произвела колоссальное впечатление. Юноша стоял недвижно, словно ударенный по голове.
— Кто ты? — наконец, выдавил из себя Шамир, когда справился с потрясением.
— Я человек. — произнес Серый. — Обращенный в коня.
В этот момент Серый порадовался предусмотрительности, что выучил несколько фраз о своём положении и своей истории заранее. Мало ли, как оно повернётся. И вот, пригодилось.
— Ты не просто жеребец. — тихо произнес Шамир.
— Да. — подтвердил конь.
— И я люблю его! — категорически вмешалась Тая.
— А я люблю её. — подтвердил Серый.
Шамир переводил взгляд с коня на девушку. Попытался что-то сказать. Замолчал. Потом всё же произнес.
— Не думал, что окажусь в сказке… Заколдованный джигит несёт возлюбленную на своей спине. Сколько песен можно сложить…
Шамир опустил руки и отвернулся. Конь молча смотрел на спину южанина, на его поникшую голову. Затем Шамир сжал кулаки и решительно повернулся обратно, смотря на Серого и Таю. Конь напрягся, настороженно пряднул ушами. Но южанин лишь покачал головой.
— Я помогу вам. Ваша цель — моя цель. Ваш враг — мой враг. Я сказал.
— Спасибо. — Тая дернулась по направлению к Шамиру, но вместо того, чтобы поцеловать, просто нежно погладила его по руке. Юноша посмотрел на неё и улыбнулся, но в его глазах стояла печаль.
Вечером, когда
— У меня нет волшебного зеркала. — весело заржал Серый. — Но я и так знаю, кто прекраснее всех на свете.
Конь приподнялся на задних ногах, гарцуя.
— Ты не можешь стать человеком. — девушка нежно погладила белого жеребца. — Зато я могу стать лошадью. Здорово, правда?
— Тебе нравится быть лошадью?
— Очень! — Тая радостно засмеялась. — Это так интересно! Лошадью можно мчаться по степи, бежать и прыгать, словно сумасшедшая! Кажется, что весь мир лежит под твоими ногами. И еще кое-что можно, правда? Я тебе даже завидую. Ты можешь быть конём всегда, а я всего час.
— Да ладно… — Серый фыркнул. Затем недоверчиво покачал головой, когда понял, что Тая не подшучивает над ним, а говорит серьёзно. Завидовать? Ему? Хотя, облик белого коня совсем не плохой. Возможно, он тоже считал бы превращение приятным и интересным приключением… Если бы не единственный и фатальный недостаток. Невозможность вернуться назад.
— Побежали?
Туманная пелена охватила тело девушки. Мгновение — и белая кобыла нетерпеливо оглянулась. Бросилась бежать, лукаво поглядывая назад, и конь присоединился к ней. Ночная степь неслась под их копытами. Ветер играл с гривами. Наконец, Тая остановилась, выгнула шею и заржала с явным удовольствием. Серый прянул к ней, и два грациозных тела слились в единое целое под бесконечным водоворотом звёзд.
Город появился не сразу. Вначале засеянные поля, мелкие деревушки и посёлки начали сливаться в мешанину предместий. Потом появились целые кварталы домов, заполненные постоялыми дворами, мастерскими, лавочками для тех, кто по какой-то причине не хотел или не успевал попасть в Джигербент. Тракт, по которому они скакали последние часы, расширился ещё сильнее, но всё равно с трудом вмещал поток людей, лошадей, попрошаек и торговцев.
И, наконец, конь увидел впереди внушительные стены, вдоль которых стояли высокие каменные башни, каждая на глаз высотой с двенадцатиэтажный дом. Стены гордо возвышались над скопищем пригородных домов, и уходили вправо и влево на километры вдаль. Но город всё равно не уместился внутри, и выплеснулся наружу скоплением предместий. Тракт разрезал их стрелой, и стремился вперёд — через массивный и широкий каменный мост, прямо к городским воротам.
— Впечатляет. — признался конь. Мысленно, разумеется. Говорить вслух среди народа не самая лучшая идея, а возле моста образовалась самая настоящая толпа.