Знак зверя

Воронов Виктор

Не доходя примерно сотни метров, они остановились.

Предводитель каравана вышел навстречу и направился к ним, широким уверенным шагом. Вооруженным, но меч в ножнах. Серый посмотрел на Атаульфа с уважением. Хевдинг не мог знать, кто и зачем заявился к ним на помощь, тем не менее, лично вышел на переговоры.

— Благодарю вас. — Атаульф поклонился и представился.

Элли демонстративно сделала шаг назад. Тая, в облике белой кобылы, беспомощно посмотрела на Серого. Понятно, кому вести переговоры.

— Они не вернутся. — белый конь вышел вперёд.

Воин

слегка вздрогнул.

— За это — благодарю. И вам моя благодарность, госпожа. — Атаульф повторно поклонился в пояс единорогу и затем погладил бороду, пытаясь скрыть замешательство. Элли игнорировала его и равнодушно смотрела в сторону — Так и думал, что ты понимаешь человеческую речь, конь. Значит, и говоришь тоже?

— Да.

— Хм. Служители выдры, значит. Ловко. Я поверил.

Взгляд северянина то и дело сбивался в сторону, на Элли. Серому показалось, что хевдингу очень хочется спросить, действительно ли перед ним сама великая кобылица Вэл, но он не решается. Его можно понять.

— Нам нужны наши слуги и имущество. — вежливо попросил Серый. — Больше ничего. Наверное, мы оставим вас. Кочевники больше не вернутся, до города вы дойдёте.

— Конечно. — в голосе предводителя послышалось явное облегчение. — Сейчас распоряжусь. А где… госпожа Тая?

— В безопасности. — уклончиво ответил Серый.

— Тогда я оставлю это здесь. — Атаульф вытащил из одежды мешочек. — Десять эфемеров золотом. Ваша доля. Всё, как должно.

— Вы же договаривались на два с половиной? — не удержался Серый. — И мы не дошли даже до Джигербента.

— Скорее всего, мы дальше Джигербента и не пойдём, хотя цены там хуже. — хмыкнул Атаульф. — Слишком опасно сейчас на дорогах. Я не объявлял ещё этого, но торговцы уже приняли решение.

— Но десять?

— Доля десятника — пять эфемеров. Доля старшего дружинника — два с четвертью. И ещё премия. Вас трое, вместе с тринни. И вы их заработали сполна.

— Хорошо.

— Я положу его на землю?

Серый кивнул.

— И распоряжусь насчет ваших слуг.

Атаульф еще помедлил немного, но единорог ничего не сказала.

— Удачи вам в пути. — сказал Серый.

— И тебе удачи, конь. Могу я узнать, как твоё имя?

— Миран. — перевёл своё имя на вессан Серый. — Меня зовут «Серый».

— Миран… — Атаульф снова посмотрел на единорога и снова не решился спросить. — Хорошее имя. Я буду помнить тебя, Миран.

Северянин поклонился, развернулся и пошёл прочь.

Глава 40

Признание

Степная земля мягко ложилась под копыта. Скакать одно удовольствие, и даже пассажиры на спине не в тягость. Серый не спешил, шёл быстрой рысью, но километры один за другим оставались за его хвостом. Тая неуверенно предложила перекинуться лошадью, чтобы Серый мог бежать налегке, но конь отказался наотрез.

Тому есть причины. Серый начал привыкать к жизни в лошадином облике, и это сильно его напрягало. Ему начал нравиться вкус хорошего зерна и свежей травы, его мутило от запаха крови и жареного мяса, а

молодые кобылицы казались не менее привлекательными, чем девушки. И он уже начал забывать, как пользоваться руками и пальцами.

От всего этого становилось страшновато. А если останется навсегда?

— Нет. — решительно сказал конь. — Лучше тебе не привыкать.

Помимо этого, конь не был уверен, что Тая в лошадином облике сможет выдерживать заданный темп. Элли после повышения статуса с этим справлялась, и спокойно бежала рядом, отчего конь постоянно на неё заглядывался. Может быть, в этом причина настойчивости девушки? Ревнует к единорожке?

Они не успели убежать далеко от каравана, как внимательный взгляд куницы заметил кое-что интересное. Их преследовали. Одинокий всадник скакал по их следам. И очень резво для простого смертного, учитывая, что он не только успевал за Серым, но и постепенно догонял. Белый конь, конечно, мог легко прибавить и оторваться, но…

— Давай подождём его. — сказала Тая.

Серый махнул хвостом и остановился. Он подозревал, кто их преследует. И в любом случае, один человек для них угрозы не представляет, от слова совсем. Весёлая компания из настоящего единорога, жрицы Вэл, охотника Дэки и жеребца с тремя Знаками Зверя сама размотает кого угодно. Разве что Максик у них подкачал.

— Ну кто бы сомневался… — прошептал конь.

Соловый жеребец Шамира тяжело поводил боками, но в целом показал себя достойно. Южанин пустил его шагом по кругу, приветственно махнул рукой.

— Рад, что с тобой всё хорошо.

— Ты за этим гнался? — голос Таи звучал не очень довольно.

— Да. И нет… — Шамир собрался с духом. — Скажи, кто это был? Неужели сама великая кобылица? Я видел в её свите твоего коня.

Единорог недовольно тряхнула гривой. А Серый задумался, смог бы он отличить одного коня от другого на таком расстоянии. Да никогда. Вот что значит — профессионал.

— Извини. — твердо сказала Тая. — Но это не мой секрет.

— Понимаю… — джигит опустил голову. — Ты ведь жрица великой Вэл, верно? Можешь не отвечать, если это тоже секрет.

— Для тебя — нет. — Тая немного смягчилась. — Я действительно жрица, но об этом не стоит рассказывать посторонним.

— Конечно!

— Ты это хотел спросить?

Серый помалкивал и прикидывался шлангом. Соловый, как только отдышался, потянулся к нему с недобрым видом, но Шамир легко дернул поводом и отодвинул своего коня подальше.

— Нет! То есть да… То есть…

Двое всадников снова беседовали в сёдлах, и Серый мельком отметил, насколько выросло их понимание. Практика — великое дело. Наконец, Шамир остановился и попросил разговора вдвоем. Тая не возражала, и куница с обезьяной по её просьбе спрыгнули со спины коня, пользуясь моментом размять ноги. Серый отъехал на сотню метров.

Шамир удовлетворенно кивнул и спешился, намотав повод на руку. Тая слезла вслед за южанином, и с любопытством посмотрела на него. Зачем они остались наедине? Точнее, это джигит считал, что они наедине, а Тая видела рядом надёжного защитника, и ничего не боялась. Конь навострил уши.