Знак Огня 2
Шрифт:
— Ого! — уважительно покосился на Федьку я, — деловой ты какой у нас, оказывается! Но свистеть пока ничего не требуется, давай я сначала в магазин схожу, а вот насчёт букваря действуй. И учебник по математике за первый класс попроси ещё поискать, тоже нужен. Арифметика называется, если я ничего не путаю.
— Хорошо! — подскочил домовёнок на ноги, — букварь и учебник, а тетрадки пока не надо! Понял! Я побегу?
— Беги, — разрешил я, и Федька дунул без оглядки куда-то в ту же сторону, что и Тимофеич вчера, он ввинтился в щель между сараем и забором и мгновенно перестал
— Тайные пути же! — сам себе с укоризной сказал я, вставая с места, — вчера ведь Тимофеич показывал!
Но пути эти быстро вылетели у меня из головы, потому что их место заняли совсем другие мысли. И дело было вот в чём — я только сейчас сообразил, что, пока Никанор не очухаются-с, сидеть мне тут, на участке, без дела и без смысла, да Федьку грамоте учить. Нет, так-то оно хорошо, конечно, но теперь, после первой победы и после преображения дома в моё место силы, начал меня немного побирать какой-то бес.
Да и вообще, глупо будет уже надеяться отсидеться тут втихаря, не отсвечивая, не после вчерашнего только, следует признать, что время поджимает, и поджимает отчаянно. День-два, и выйдут на нас, и надо быть к этому готовыми. Продуктов надо закупить в расчёте на долгую осаду, хорошо хоть дрова теперь не нужны, я сам теперь дрова, но не это главное, больше обычного голода беспокоил меня голод информационный, ну не привык я вот так, как в прошлом веке, одним радио обходиться, тем более что и его у меня тут не было.
Мне нужна была связь, связь и интернет, вот что мне было нужно в первую очередь, телефон мне был нужен, ноут ещё, принтер попроще, на всякий случай, вдруг букварь не найдём, так хоть скачаю его и распечатаю, удлинитель промышленный настоятельно надобен, а лучше два, а ещё лучше три, попрошу у той же Ольги Собакиной подключиться за деньги, она поближе, ну, или придётся по ночам электричество воровать, хоть и не хочется.
И всего этого я в наших дачных магазинах не видел, но зато я знал, что километрах в пяти от нашего поворота, если ехать по трассе дальше, есть ещё одно село, центровое такое, главное в округе. И вот там жизнь кипела, там и дома пятиэтажные были, и улицы настоящие, и площадь, и было там множество магазинчиков, рассчитанных как на проезжающих, так и на своих, на местных.
И ещё — я как-то раз, когда мимо ехал, остановился там пирожок купить, и вот в память мне врезалось, что среди многочисленных стоянок для большегрузов, кафешек и ремонтных мастерских, коими это село было повёрнуто к трассе, так вот, среди всего этого там имелся и комиссионный магазин, и был он довольно-таки большим.
Я тогда съел прямо на улице довольно посредственный пирожок, запил его там же купленным лимонадом, полюбовался между делом в окна комиссионки на выставленные в них остатки былой роскоши, на все эти подержанные телефоны и бэ-ушные ноуты, простенькие принтеры и навороченные фотоаппараты, да и поехал себе дальше, не думая о том, что через пару-тройку лет вот оно мне и пригодится.
В общем, прикинул я, нынче мне с самого утра один путь — в это село,
Федька отсутствовал, Тимофеич тоже, Никанор же всё ещё валялся в отключке, так что я быстро и решительно оделся, поставил дом на сугубую охрану, то есть не простую, а с отводом глаз, это я уже умел, вдруг соседей нелёгкая занесёт, теперь как занесёт, так и дальше пронесёт, да и что тут уметь — попросить надо просто повежливей, вот и вся хитроумная магия, а дальше дом уже сам, да и тронулся в дальнюю дорогу, набив карманы большей частью оставшихся денег.
Тайная тропа для меня тайной не оказалась, стоило мне только зайти в щель между сараем и забором, как всё сразу стало понятно, вот отсюда я могу рвануть на первые линии, вот отсюда на последние, вот отсюда прямиком на берег Амура, а вот отсюда, из последнего, четвёртого отнорка, открывался путь в тот самый чахлый лес, из которого можно было по тропинкам пробраться в районный центр.
И были эти тайные пути сейчас очень кстати, ведь не хотелось мне привлекать к себе внимание, особенно на обратной дороге, вдруг заметит кто да начнёт удивляться, чего это, мол, новый жилец какие-то вещи в коробках из лесу в дом таскает.
Тайная тропа подхватила меня, стоило только сделать шаг, и вот я уже в несколько судорожных прыжков оказался среди нескольких кривых ёлок, что росли довольно далеко от моего дома, но рядом с которыми начиналось заброшенное и заросшее дикой травой поле с такой же заброшенной и заросшей дорогой, но по которой до райцентра было рукой подать.
Людей рядом не было, крупных животных тоже, моё новое тигриное чутьё меня не обманывало, во всяком случае, увижу и учую я кого-нибудь много раньше, чем он меня, так что, выломав себе небольшую палочку, заросли травы раздвигать, я прогулочным шагом двинулся в сторону райцентра, стараясь только не пачкать лишний раз туфли и не цеплять репья на одежду.
До первых жилых улиц мне удалось добраться довольно быстро, я ещё приветливо улыбался всем немногочисленным встречным-поперечным на пути, мол, ничего такого, перед вами простой городской и от этого немного придурошный дачник, которому приспичило прогуляться по округе, подышать свежим воздухом, только и всего.
Дороги по мере приближения к трассе становились всё лучше, вот уже пошёл асфальт, вот появились тротуары, и вот я уже стоял у того же самого киоска и снова покупал себе пирожок, решив в этот раз обойтись без лимонада.
— С рисом и печенью, — попросил я пожилую продавщицу в окошке, оглядываясь по сторонам. За прошедшие два-три года тут, кстати, всё как-то поблекло, что ли. Прибавилось мусора, пооблупилась краска на стенах, уменьшилось праздного народу, а вот обещанных мне Тимофеичем цыган было неожиданно много, и были они не такими весёлыми, какими я привык их видеть.
У нас-то, на центральном рынке, они чувствовали себя как рыба в воде, резвились да хохотали, а вот здесь три унылые тётки в пропахшей застарелым потом мешковатой одежде безнадёжно зыркали по сторонам в компании четырёх щеголевато одетых мужиков.