Змеиный крест
Шрифт:
Окна уже привычно были заполнены лишь небом, без деревьев, крыш или скал, и перетекавшие друг в друга облака беспокойно вились за толстыми стеклами, добавляя к магическому свету холод пасмурного утра. Высокие оконные проемы почти от самого пола до потолка располагались по двум стенам сплошным рядом, и Алана вдруг поняла, что с небом за ними что-то не так: с обеих сторон, расположенных друг к другу под прямым углом, вид был одним и тем же, и освещение, и рисунок меняющегося неба тоже. Теперь, когда она заметила эту несуразность, было чрезвычайно сложно прекратить думать о том, существовали ли на самом деле окна, и было ли за ними небо.
Алана задала себе вопрос, не спасается ли она подобными
Лица были не похожи друг на друга, разрез глаз, цвет кожи и волос, прически, украшения и платья — даже на балу она не видела, насколько разнятся между собой представители знати разных земель. Она встретилась глазами с горячим взглядом Даора Кариона, и мигом опустила глаза вниз, почувствовав уже знакомое волнение с привкусом страха. Келлан стоял у нее за спиной, она чувствовала его присутствие кожей. Он молчал, но он был рядом, как и обещал, и Алана позволила себе обернуться и найти его напряженное лицо глазами. Он тоже смотрел на черного герцога, но тут же перевел на нее взгляд и улыбнулся только самыми уголками губ, будто напоминая ей о только им одним известном секрете.
Она снова набрала полную грудь воздуха и повернулась к столу, во главе которого стояла, затем сделала небольшой шаг назад.
— Приветствую вас, — тихо присела Алана в реверансе, избегая смотреть в глаза первым людям Империи. Они следили за каждым ее жестом, и Алана чувствовала себя на сцене, да еще и голой впридачу. И ей очень, очень страшно было забыть текст, споткнуться или сделать что-то нелепое. Казалось, весь свет теперь был направлен на нее.
В ответ раздались изумленные нестройные приветствия, но большинство герцогов промолчали, а сказанное было произнесено так тихо, что Алана даже не смогла различить слов. Она умоляюще посмотрела на директора Сина, надеясь, что он скажет, что делать, и мужчина указал ей на стул с высокой спинкой по левую руку от себя. Алана села, все так же избегая смотреть в лица. Щеки ее горели, дыхание рвалось из слишком тесной груди.
Даор Карион сидел прямо напротив нее. Она знала, что он смотрит, всем телом ощущала, что все его внимание было приковано к ней, и это было жутко и сладко одновременно.
Келлан сжал ее руку под столом, Алана благодарно шевельнула пальцами в ответ.
Высокий седой мужчина лет шестидесяти, в кожаной одежде, сильно отличавшейся от праздничных камзолов и платьев остальных, с волосами, заплетенными в косы, и хмурым, обветренным лицом, поднялся и громко спросил:
— Директор Син, и зачем же вы привели ее сюда? Что делать девчонке на военном совете? Вы что же, ищете ей мужа? Я удивлен, что вы решили представить ее нам в такой момент.
Голос Келлана ворвался в разум Аланы, и она от неожиданности повернулась к нему, а после коротко кивнула, сжимая его руку.
«Это красный герцог, Сфатион Теренер. Он брат того Сфатиона, что убил твоих родителей. Трое его сыновей погибли при резне в поместье Голденеров. Пожалуйста, опасайся его, ни в коем случае не оставайся с ним наедине, он может хотеть тебе зла, и он убит горем, ему нечего терять. Он шепчущий. Я чувствую в нем подступающее безумие. Он единственный, кто пришел на совет без сопровождающих, что даже для красных опрометчиво. Он считает Вертерхардов своими кровными врагами».
— Герцог Сфатион, — спокойно ответил Син. — Пожалуйста, сядьте. Тамалания здесь потому, что я посчитал момент подходящим. И я хочу воздержаться от дальнейших обсуждений. Предлагаю вам сделать то же.
Сфатион Теренер шумно
— Это неожиданность для многих из нас, — негромко сказал Келлфер, сидевший сразу за Келланом.
— Доказательства, — спокойно проговорила красивая немолодая женщина с высокой, увешенной жемчугом прической из золотых кудрей. — Не соглашусь с герцогом Сфатионом, если вы позволите. — Она кивнула красному герцогу, но ее внимательные глаза изучали Алану. — Появление наследницы Белых земель — важное событие абсолютно в любой момент. Особенно сейчас.
«Это Лианке Веронион, герцогиня Желтых земель, — услышала Алана голос Келлана. — Единственная женщина, которой был пожалован герцогский титул после смерти мужа. Рядом с ней сидит ее двоюродный брат, барон Амен Рианон, он командует ее войсками».
Алана на секунду забыла о своем незавидном положении и засмотрелась на красивые породистые лица с тонкими чертами. Рианон! Да это же отец Хелки!
— Наследование земель и титула — сложный процесс, — раздался спокойный голос Сина. — Сейчас титул пожалован императором Вестеру Вертерхарду как старшему отпрыску семьи Вертерхардов. Разница в возрасте между ним и Тамаланией совсем небольшая, однако ее достаточно. Кроме того, Тамалания начинает обучение в Приюте, а оно редко длится меньше пятидесяти лет.
Алана закивала, радуясь, что ей самой говорить ничего не приходится.
— Интересно, знал ли о таком всеведущий черный герцог? — снова подал голос Сфатион.
Даор смерил его ледяным взглядом, и Сфатион вжался в стул. Алана вопросительно посмотрела на Келлана, и он пояснил:
«Даор Карион казнил его брата и племянницу, и своими руками уничтожил большую часть красного войска шепчущих тридцать лет назад. Сфатион его ненавидит, но и боится».
— Знал, — ответил Даор негромко, но голос его разнесся над столом. — И хочу успокоить так кстати представившего ее нам директора Сина: я безусловно являюсь союзником семьи белых герцогов, а значит рад буду видеть Тамаланию, как и Вестера, в Обсидиановом замке. Вопреки тому, что думаете все вы, гадая, как же я поступлю, и вопреки страхам директории Приюта, я не причиню Тамалании вреда. Более того, — Даор встал, и теперь возвышался во весь свой рост над остальными. — Она под моей защитой.
71. Алана
Он неспешно обошел стол. Сидящие, будто задержав дыхание, следили за ним глазами, но Даор смотрел только на Алану, в упор. Он прошел мимо Ингарда и мимо Сина и встал за Аланой и Келланом, как раз между их стульями. Алана разглядывала поверхность стола, плотно сжав губы и не моргая. Тень черного герцога и правда нависла над ней, убегать снова было некуда. Келлан все еще сжимал ее руку под столом, но теперь Даор Карион, вероятно, мог видеть это. Алана услышала шуршание за спиной и обернулась, а после чуть не вскочила, наблюдая, как Даор Карион положил руку на спинку стула Келлана. На миг ей показалось, что сейчас Даор нападет на Келлана, и она нашла глазами директора Сина, немо умоляя о помощи. Келлан все так же продолжал сжимать ее руку.
«Не бойся, — услышала она его голос. — Все в порядке, это только лишь игра слов, основа основ любой политики. Но не благодари его, чтобы он и остальные не посчитали его предложение защиты принятым».
Алана хотела возразить, что черный герцог не выглядит так, будто ему нужно какое-то подтверждение, но прикусила язык: ее мысли читать Келлан не мог, а озвучить такое в этой звенящей тишине…
— Твой сын плохо воспитан, Келлфер. — Голос Даора был похож на рассекающее лезвие.
Келлан поднял голову, и Алана увидела, как мужчины встретились глазами. Она поразилась тому, как был похож на схватку этот момент.