Злюка
Шрифт:
– Может, отзовешь своего котенка, а то у нашей Язвы на него явно аллергия, - продолжая смеяться, подкинул мне идею Эдвардс.
А я, в свою очередь, уже повторно пытался это сделать. Кошка, определенно, меня слышала, но вот слушаться отказывалась. От этого я слегка запереживал и попробовал достучаться к Экуппе.
Девушка сразу же вышла на связь. Видимо тот канал, что был нужен ей для замедления времени в течение нашей беседы, был двойного действия и подписал ее силы.
– Она просто играется, - пояснила Экуппа поведение своей товарки, - Эмма ведь
Я прислушался к своим ощущениям и понял, что Экуппа либо слегка лукавит, либо чего-то не договаривает. Тем не менее, вместе с этим я понял, что в принципе, она права – Эмма обладает полной свободой воли. Пришлось повторить свою просьбу к ней еще раз, добавив в нее нотки мольбы.
Кошка капризно фыркнула и одарила меня укоризненным взглядом. Вот, все-таки, удивительное дело – человеческие эмоции я считываю через пень-колоду, а вот в правильности понимания кошачьих чувств я не усомнился ни на секунду!
В итоге Эмма снизошла, все-таки, к моим мольбам и прекратила резвиться с уже изрядно выдохшейся Язвой. Отвесив напоследок ей такого мощного тумака, что наемницу отбросило далеко в сторону, как от удара огромной подушкой. Справедливости ради, стоит отметить, что наемница уже тогда начинала подозревать, что в их с кошкой-переростком дуэли не все так просто, раз ее товарищи спокойно стоят в сторонке и не спешат приходить к ней на помощь.
Свои претензии Язва высказывала нам с Эдвардсом все время загрузки саней. Сразу после того, как разыскала все свои ножи. Причем Эдвардсу досталось просто за компанию, мене пришлось выслушать гораздо больше. Но основные нелестные эпитеты достались Эмме.
Эта красотка, сделавшись угольно-черной, с независимым видом сидела у самой границы снегов, и медленно лениво умывалась. Порой, при особо живописных оборотах речи наемницы, Эмма приостанавливала свои процедуры и жмурилась от удовольствия. Она явно принимала отборную ругань Язвы за изысканные комплименты.
Эдвардс обосновался в кроне самого большого дерева и скидывал оттуда плоды. Наемница, не прекращая ораторствовать, ловила их и складывала около себя. Я же бегал от нее до саней, перенося и укладывая груз. Солнце палило нещадно, но с соседней локации постоянно дул свежий ветерок, поэтому двигаться было комфортно. Да и периодическая близость красавицы Эммы была мне приятна. Видимо, действительно с годами вкусы у людей меняются – некогда ведь я не любил кошек, а тут, на тебе – смотрю на это ленивую блестящую на солнце громадину и радуюсь непонятно чему.
Эдвардс, было, спустился на землю и начал помогать мне, но почти сразу же стал чихать и наматывать сопли на кулак. Сначала его это воодушевило, но как только внутренне хранилище переполнилось Даром, Пройдоха стал тяготиться жидкостями, покидающими его организм изо рта, глаз и носа.
– Да отойди же ты от этой черной дряни подальше! – не выдержала, наконец, Язва, которая раньше
– Кстати, Экуппа! – оживился я. – Зачем Эмма их царапала?
– Сейчас попробую спросить, - ответила девушка.
Я взглянул на кошку. Та повела ухом и на секунду отвлеклась от своего туалета.
– Помечала она их так, - прозвучал в голове ответ на мой вопрос, - Эмма в той локации не одна охотилась. Она уже была сыта, и давала понять своим конкурентам, что эта добыча уже забронирована. А потом она признала меня, решила, что они – моя добыча и перестала на них претендовать.
– Какая милая киса, - проворчал я себе под нос, косясь на Эмму.
Погрузка тем временем закончилась, и я попросил Экуппу договориться с ее подружкой о доставке гуманитарной помощи почти безвинно пострадавшим соседям.
И тут мы столкнулись с неожиданной проблемой: нахальное животное тупо не желало снова тащить сани по снежной равнине!
Очень не вовремя подтвердилось, что Эмма обладает свободой воли и абсолютно не обязана выполнять наши просьбы, а прежде занималась этим в приступе острого альтруизма. Который, к слову, уже окончательно и бесповоротно закончился.
Мне все еще было сильно не по себе из-за той кровавой бани, что случилась по соседству при моем непосредственном участии. Поэтому я попросил Экуппу быть поубедительнее и понаходчивее.
– Сделано! – как-то очень уж радостно отозвалась девушка через несколько секунд. – Она готова еще раз поморозить лапки за компанию!
– Подожди, - насторожился я, сразу же почуяв неладное, - это как так, за компанию?
– Ну, ты пойдешь вместе с ней! – уже в голос рассмеялась Экуппа. – Я была очень находчива и ей понравилась моя идея!
– Меня же там на куски порвут! – возмутился я.
– Нет, - успокоила меня девушка, будешь касаться Эммы и ее мимикрия распространиться и на тебя! А потом она обещает сама вытащить тебя обратно!
Что ж, сам виноват – нужно ставить задачи четко, ясно и развернуто, если время это позволяет. Будет мне урок на будущее.
Я согласился, а когда подошел к кошке, получил второй урок: перед тем, как соглашаться на что-либо, уточни все нюансы!
Эта наглая морда не собиралась снова браться за веревку, кошка однозначно пододвинула ее ко мне…
Не поверите: мне пришлось в одно лицо тащить сани почти до полного изнеможения. А кошка тем временем в одну морду просто радовалась снегу. Скакала по нему, как сумасшедшая, валялась в сугробах и даже делала снежных ангелов, абсолютно позабыв, что «у нее лапки»!
Однако нужно отдать ей должное: стоило мне начать то и дело падать от усталости, она перехватила веревку, подождала, пока я устроюсь на краешке саней, и в один миг домчала меня практически до места недавних событий.
Как только мы начали приближаться к пункту назначения, Экуппа подсказала мне перебраться поближе к Эмме и схватить ее за хвост.