Злые умыслы
Шрифт:
— Как только якорь оставлен, — сказал он, — ведьма может выйти в этот мир и уйти в радиусе мили от него.
— Так венатрикс вдохнула столько обливиса, — поняла Эверильд. — Фантомная ведьма схватила ее и…
И Инрен утащила ее в Прибежище. Держала ее там какое-то время. Загоняя безумие и зло в ее тело. Террин поежился.
Но это было любопытно… Фендрель рассказывал Террину о Ведьминых войнах, о боях с лейтенантами Жуткой Одиль, включая Фантомную ведьму. Инрен убила много венаторов за годы, унося их в Прибежище и бросая там. Если она их и возвращала,
Почему она не сделала так с Айлет?
— Нам нужно вернуться в развалины, — бросил Фендрель через плечо.
— Я с вами, — сказал Герард.
Фендрель замер и хмуро посмотрел на племянника.
— Нет. Это слишком опасно. Я оставлю Даклета и ду Ги сторожить в Дюнлоке, и тебе нужно остаться под их надзором.
— Я в безопасности с Черным капюшоном Перриньона, — ответил Герард. — Возможно, я помогу.
Фендрель хотел возразить. А потом пожал плечами и без слов пошел к двери.
Даклет и ду Ги ждали их в зале, держали оружие и снаряжение для охоты. Террин, увидев и свои вещи, вооружился скорпионой и ядами. Фендрель взял с собой припасы яда от Невидимки из каструма Брекар, и он раздал дротики венаторам, включая Даклета и ду Ги. Слуга Дальдреда помог герцогу сменить наряд для банкета на охотничью куртку, хорошую и прочную. Герард попросил слугу принести ему меч.
— Скорее всего, — сказал Фендрель, проверяя свою скорпиону умелой рукой, — ведьма убрала якорь и ушла оттуда часы назад. Но активированный якорь оставляет сильный след магии за собой. Если она унесла его с собой, мы сможем отследить ее.
— И мы покончим с ней, — сказал Дальдреда с горькой улыбкой. Он пристегнул меч к поясу и взял у слуги арбалет. — Я готов.
Они вооружились и прошли к двери. Но Террин задержался и поймал Герарда за плечо.
— Уверен, что хочешь на эту охоту?
Герард поймал его взгляд.
— Я буду там. До конца.
Лошадей привели из конюшен, и в сумраке перед рассветом они стали седлать конец. Террин сунул сапог в стремя, когда услышал голос Серины за собой. Он повернулся и увидел леди в одежде послушницы, спускающуюся с крыльца. Леди Лизель следовала за ней, укутанная в плащ с меховым подбоем поверх белой ночной рубашки, ее волосы свободно ниспадали на спину. Глаза Серины опухли, словно она еще не проснулась, но на лице была настороженность.
— Я увидела лошадей из окна, — она подошла к принцу, который стоял, сжимая поводья черного коня. — Вы отправитесь в Кро Улар?
Герард кивнул, открыл рот, а потом передумал говорить. Он тряхнул головой и не смотрел ей в глаза.
— Нам нужно сделать то, что можно.
Она сжала свои руки у плеч с силой.
— Прошу… — начала она, но умолкла, когда отец вдруг подошел к ней. Она взглянула на герцога и опустила взгляд. — Береги себя, — тихо закончила она.
— Оставайся внутри до нашего возвращения, — строго сказал ей Дальдреда. — Доминус оставил двоих лучших сторожить тебя. Ты должна быть в безопасности.
Серина
Движение у локтя отвлекло Террина от этой сцены, он посмотрел на лицо леди Лизель. Она была странно серьезной, это было неестественным видом для веселой девушки.
— Позаботься о своем принце, — сказала она, коснувшись его руки. — А я пригляжу за нашей будущей принцессой, хорошо?
Террин кивнул и сглотнул. А потом выпалил:
— И позаботься о себе, миледи.
Ее улыбка была ярче восходящего солнца. Террин поспешил отвернуться, забрался на лошадь, не желая снова смотреть на Лизель. Но тепло ее улыбки пылало в его голове, пока он направлял Флиту к коню Герарда.
Герард посмотрел на Террина с тенью улыбки на губах.
— Она дала тебе свой предмет на охоту? Шелковый платок?
Террин зарычал и поднял красный капюшон.
Они отправились со двора, и Террин смотрел на дорогу впереди. Лошади шагали вдоль круглой лужайки, и он не давал своему взгляду съехать в сторону. Он не дал себе посмотреть на окно в восточном крыле, за которым лежала венатрикс ди Фероса в кровати.
ГЛАВА 17
Айлет вскочила на ноги.
Она не стала представлять себе одежду. Не в мире своего разума. Она стояла, обнаженная и маленькая, в темном месте. Только длинные волосы прикрывали ее.
Стены поднимались по бокам от нее, камень, на который она не смогла бы забраться без силы Ларанты. Но Ларанты тут не было. Она была далеко в сосновом лесу. Даже их духовная связь была слабой, и Айлет шла в овраге одна. Шаг за шагом, она решительно переставляла ноги, двигаясь во тьме.
Свет пульсировал впереди.
Почему это казалось знакомым?
Пульс стал сильнее, и в нем она слышала гудение чаропесни. Она пошла на свет и вскоре увидела чары, нежное плетение музыки над дырой в земле. Айлет замерла. Она знала эту песню. Она знала эту магию лучше, чем свое отражение.
Это могла быть только магия Холлис.
И что лежало за этой паутиной? Ее утраченные воспоминания…
Хищный крик вырвался из ее духа, Айлет бросилась на чары. Ее воображаемые ладони сжали паутину, и она тянула изо всей силы воли. Когда это не сработало, когда песнь не рассеялась, она завизжала снова, сцепила ладони комком и ударила по центру паутины.
Песня дрожала.
Стены камня сверху застонали и обвалились.
Айлет подняла с тревогой голову и закрыла руками голову, а огромный камень рухнул на нее сверху.
* * *
Серина стояла на холоде, спрятав руки в длинные рукава робы, утренний ветер забирал слезы из уголков ее глаз. Она смотрела, пока отряд не пропал из виду за мостом и воротами. Только после этого она повернулась к замку.
Лизель стояла на пару ступеней выше, кутаясь в плащ, прикрывая зевок рукой. Она быстро подавила зевок и утомленно улыбнулась.