Злоба

Гвинн Джон

Сначала в дверь вошла неуклюжая фигура. Он сразу узнал этого человека.

Пендатран. Он навещал его и раньше, вскоре после того, как лихорадка оставила его. Кэмлин не ответил ни на один из вопросов большого человека, и вскоре после этого он ушел, проклиная и раскалывая дверной косяк, когда он ударил по нему, выходя.

Следующим в дверь вошел Коналл, тот самый человек, который свалил двоих его людей в Баглуне. Тем не менее, он уважал этого человека и был одним из постоянных охранников Кэмлина на прогулках вокруг крепости.

Свет и воздух, сказала целительница,

и ему нужно двигаться, иначе он умрет прежде, чем ты успеешь его испытать.

В дверном проеме появилась последняя фигура, высокая и широкоплечая, хотя и не такая, как Пендатран, со светлыми волосами, заплетенными в одну воинскую косу. Если не считать Толстого золотого Торка, обвитого вокруг шеи, он был одет просто в белую льняную рубашку и бриджи.

Этот человек был лидером. Кэмлин сразу это поняла: в том, как Пендатран и Коналл последовали за ним, в том, как мужчина стоял и смотрел на него ясными пронзительными голубыми глазами, было что-то от Брейта, хотя они и не были похожи.

Должно быть, это Бренин.

– Встань перед своим королем, - прорычал Пендатран. Кэмлин повернул голову, чтобы посмотреть на человека-медведя, и скатился в сидячее положение, пытаясь скрыть усилие, которое это требовало, и пристально посмотрел на свой ноготь, ковыряя воображаемую грязь.

‘Он мне не король, - сказал он.

Пендатран шагнул вперед и отдернул руку. Кэмлин напрягся, ожидая удара, но его не последовало. Подняв глаза, он увидел, что Бренин удерживает медведя за руку.

‘Верно, - согласился Бренин, - но я все еще правитель этой земли и всех, кто хочет войти в нее. И теперь ты находишься в самом сердце моей власти. В камере, в окружении моих защитников.’

Кэмлин откинулся на спинку койки и ничего не сказал.

‘Я не стану тебя обманывать. Завтра тебя будут судить перед моим народом. Вполне вероятно, что ты скоро умрешь, после. Бренин пристально посмотрел на Кэмлина, и мир, казалось, сжался до размеров только их двоих. ‘Я хотел бы получить от тебя ответы. Это твой выбор, пересечешь ли ты мост мечей и встретишь своего создателя с честными словами или с ложью на устах. И пусть это будет еще одним стимулом для тебя говорить правду. Ты не ощутил инструментов вопрошающего, потому что мой целитель счел тебя слишком слабым, чтобы выдержать это напряжение. Это уже не так. Если я не буду уверен, что ты отвечаешь правдиво, то сегодня вечером тебе будет задан этот вопрос. Ты все равно умрешь завтра, но еще не решено, как ты проведешь свою последнюю ночь.’

Итак, казнь. А до этого-пытки. Он знал, что это возможно, и что каждый день вдоха-это дар, но все же, услышав это вслух, он почувствовал холод.

‘Что ты можешь знать?- сказал он, радуясь, что его голос остался твердым и не выдал страха, грызущего его изнутри.

– Брейт - твой господин?’

Кэмлин глубоко вздохнул, и на кончике его языка появилось слово "нет". Но слова Бренина глубоко запали в душу. Он не хотел, чтобы Элион заклеймил его как обманщика. Он делал вещи, да, трудные вещи, но часто все зависело от того, на чьей ты стороне. Его начальник отдавал приказы, он их выполнял,

и ничего больше. И никакого стыда. Он задолжал Брайз своей жизни.

– Да, Брейт - мой господин. Но знай, - сказал он, поднимая руку, - я не скажу тебе ничего такого, что могло бы причинить ему вред.- Вот уже более десяти лет Брейт правил в лесу мрака, превратив их в нечто гораздо большее, чем просто людей без хозяина, подстерегающих путников в лесу. Он отчетливо помнил тот день, когда появился Брейт, привезенный разведчиками, Казалу тогда еще был их вождем.

Брейт был популярен с самого начала, у него был способ заставить мужчин чувствовать себя особенными, как будто они считались. Вскоре лагерь начал раскалываться, сторонники Брейта неуклонно росли. Казалу пронюхал о переменах и начал посылать Брейта на самые опасные задания, но тот продолжал возвращаться.

В конце концов Брейт бросил вызов Казалу. Они решили это путем темного леса, привязав друг друга за запястья в поножовщине. Брейт становился чем-то другим, когда сражался, чем-то холодным, диким. Он был рядом, почти снял голову Казалу. За все годы, прошедшие с тех пор и до сегодняшнего дня, никто не бросал ему вызов как вождю.

– Благодарю вас за вашу честность, - сказал Бренин, склонив голову к Кэмлин.
– Твой господин пытался убить меня.’

Кэмлин подняла бровь.

‘В горах, что граничат с Карнутаном и Арданом. Йестер-Ева.’

Кэмлин пожал плечами.
– Может быть, - сказал он.
– Брейт не берет меня к себе на совет. Хотя откуда такая уверенность?’

– Они были лесными жителями, как и ты. Это была засада с использованием луков.’

– Трусы, - пробормотал Пендатран.

‘Но, как видите, они потерпели неудачу.’

‘Откуда ты знаешь, что это был Брейт?- Повторил Кэмлин.

‘Мы поймали одного из них. Талл-без сомнения, ты слышал о моем первом мече-может быть очень убедительным, когда он прилагает к нему свою волю. Пленник сознался.’

‘Да. Ну и что из этого? Ты уже много лет пытаешься убить Брейта. Только честно он отдает подобное за подобное.’

‘Истина. Но не думай судить нас одинаково, - сказал Бренин с железной ноткой в голосе. ‘Я охотился на него только потому, что он совершал набеги на мои земли, воровал у моих людей, сжигал их дома, убивал мужчин, женщин, детей. Ты бы обвинил меня в том же? А ты мог бы?- Глаза Бренина впились в него. Кэмлин попытался встретиться с ними взглядом, но не смог и отвернулся.

– Хороший человек, Брейт, как ты говоришь. Ну, может быть, для тех, кто следует за ним. Но у него мало чести.’

Кэмлин хотел что-то ответить, в его голове вспыхнуло лицо его мертвой матери, его убитого брата, но он не мог найти слов, поэтому просто сердито посмотрел на короля.

‘Зачем ты пришел в Баглунский лес?’

– В Лесу Мрака становится тесно. Мне и некоторым ребятам захотелось сменить обстановку.’

Глаза Бренина сузились.
– Пожалуйста, отвечай честно или не отвечай вовсе.’

Странно, но Кэмлин почувствовала прилив стыда.
– Ответ очевиден, - пробормотал он, глядя в пол.
– Брейт велел нам прийти сюда.’