Злоба
Шрифт:
– Принеси его завтра, я думаю.’
– Обязательно, - сказал он. Он вышел из дома и остановился. ‘Спасибо.’
– Давай, проваливай, - рявкнула лекарь.
Ему удалось спокойно пройти несколько шагов, но затем он перешел на бег и с бешено бьющимся сердцем бросился в ольховую рощу.
Какая-то фигура поднялась и побежала к нему, когда он подошел ближе, а затем Сайвен бросилась на него, яростно обнимая.
‘Я боялась за тебя, - прошептала она.
‘Не стоит, - ухмыльнулся он ей, и они вместе вернулись к остальным.
Дат и Эдана поспешили к нему первыми, Раф
– Ну вот, герой возвращается, - проревел Раф. В одной руке он держал тренировочный меч, в другой-кувшин с уском.
– Или он герой? Может быть, вы просто сидели в лесу и ждали какое-то время. Откуда нам знать?’
‘Ты просил его привезти трофей, - сказал Крейн.
– Да, я так и сделал, - сказал Раф. ‘Ну и где же он тогда?’
Медленно, драматично Корбан запустил руку под рубашку. Он схватил костяной гребень и с размаху вытащил его, держа высоко перед собой, чтобы все могли видеть, с выражением величайшего удовлетворения на лице.
Дат ахнул, как это сделала Сайвен. Эдана только улыбнулась ему.
– Это не гребень ведьмы, это гребень твоей сестры, - нахмурился Раф. ‘Она дала его тебе только сейчас, когда подбежала к тебе. Вы оба все это спланировали заранее. Не думай, что сможешь одурачить меня своим трусливым поведением.’
– Это гребень Брины. Я сделал, как меня просили, - настаивал Корбан.
– А теперь дай мне мой тренировочный меч.’
Раф нахмурился еще сильнее, переводя взгляд с Корбана на деревянный меч в своей руке. Он отпил из кувшина и передал его Крейну.
‘Если хочешь, приходи и возьми.’
"Только не это", - подумал Корбан, и страх охватил его, словно свернувшаяся ледяная змея в животе.
‘Просто отдай ему его меч, - рявкнул Дат.
Раф презрительно ухмыльнулся Дату и, как можно быстрее, ударил его по губам.
Что-то изменилось в Корбане, он это почувствовал. Лед растаял в порыве жара, от которого вспыхнуло его лицо и сжались кулаки. Он неуклюже рванулся вперед, забыв все, чему его учил Гар, и ударил Рафа кулаком по голове.
Раф отступил в сторону, немного вяло, и кулак Корбана взмахнул в пустоте. В то же время Раф поднял и выхватил тренировочный меч, ударив Корбана сзади по колену, отчего тот растянулся лицом в траве. Со звериным рычанием Корбан бросился на Рафа, его невероятная скорость и свирепость застали старшего мальчика врасплох, подняв его в воздух и швырнув на землю. Корбан постоял немного над Рафом, затем сквозь шум крови, стучавшей в ушах, до него донесся шум, и он огляделся. Дат смеялся, указывая на удивленное выражение лица Рафа, и остальные быстро засмеялись. Только Крейн не смеялся. На самом деле он выглядел разъяренным. Затем Корбан услышал шорох, оглянулся на пустое место, где только что стоял Раф, и инстинктивно пригнулся. Деревянный меч просвистел в воздухе там, где только что была его голова. Он бросился на Рафа. На этот раз ему повезло меньше. Тренировочный меч, попав ему в правое плечо, выбил его из равновесия, а затем кулак Рафа соединился с лицом Корбана, ударив его высоко по щеке, прямо под глазом. Его ноги превратились в кашу, и он упал, боль взорвалась в его голове. Раф шагнул к нему, ухмыляясь
‘Ни шагу больше, - сказала Сайвен, высоко подняв другой нож и прижав руку к уху.
‘Ты не посмеешь, - усмехнулся Раф.
– Сделай еще один шаг, и ты все узнаешь, - сказала она, сверкая глазами в лунном свете.
Это был застывший момент.
Напряжение покинуло плечи Рафа, и он рассмеялся.
– Сестра снова пришла тебе на помощь, трус’ - сказал он Корбану, затем повернулся и зашагал прочь, слегка покачиваясь, а Крейн последовал за ним.
– Держи, Бан, - сказал Дат, протягивая руку и поднимая Корбана с земли.
‘Ты уронил это, - сказала Эдана, протягивая ей гребень целительницы. Он взял ее с печальной улыбкой.
– Дай мне посмотреть на твое лицо, - сказала она, и Корбан поморщился, когда ее пальцы ощупали его кожу.
– Прости, Бан, пожалуйста, не сердись на меня, я думала, он действительно собирается причинить тебе боль, - сказала Сайвен.
‘Все в порядке.- Он еще больше разозлился на себя за то, что его снова избили, но, по крайней мере, на этот раз он дал отпор и сумел сбить Рафа с ног. Кроме того, лицо Эданы было очень близко к его лицу, когда она рассматривала его щеку, и ему было трудно сосредоточиться на чем-то еще.
‘Я думаю, ты выживешь, - сказала Эдана с улыбкой.
‘Очень хорошо, - саркастически произнесла Сайвен.
– тебе следует подумать о том, чтобы стать целительницей.’
После утренней тренировки, когда Корбан жадно пил из бочки с водой, Гар спросил его о синяке на щеке.
– Это сделал Раф. У нас были разногласия, прошлой ночью.’
Корбан продолжал рассказывать ему о вызове, гребне Брины и драке. ‘Я знаю, что проиграл, - сказал он, - но, по крайней мере, я не стоял там, слишком напуганный, чтобы двигаться. И однажды я его свалил.’
‘Это уже кое-что, парень. Но потеря в юности часто означает разбитое лицо и уязвленную гордость. Потерянный после долгой ночи обычно означает мертвый. И на этот раз ты почувствовал гнев, как ты говоришь, больше, чем страх. Что ж, позволяя своему гневу управлять тобой, ты, скорее всего, убьешь себя так же быстро, как и от страха. Есть такие, которые могут драться в каком-то красном тумане ярости. Я когда-то знал такого человека. Как бы то ни было, его гнев всегда заботился о нем. Но скорее всего гнев просто затопит твой разум и сделает тебя неуклюжим, неспособным думать.’
‘Но как я могу надеяться на победу? Конечно, было бы бесчеловечно ничего не чувствовать.’
‘Верно, парень, но речь идет о контроле. О том, кто здесь хозяин. Все люди испытывают страх, все люди испытывают гнев. Использовать его. Запрягай его, как вьючную лошадь, чтобы придать тебе сил, но не позволяй ему затуманить твой разум и управлять твоими конечностями. Ты меня понимаешь?’
‘Да, - медленно кивнул Корбан, - думаю, что да.’
‘Хорошо. Когда ты контролируешь свои эмоции, ты все еще можешь думать, и это спасает жизни. Часть навыка воина-это оценка боя до того, как ты окажешься втянут в него. Ты можешь победить Рафа?’