Злоба
Шрифт:
Прошло всего несколько мгновений, прежде чем они услышали, как открылась и закрылась дверь в соседнюю комнату. Напиток лился из кувшина, скрипели стулья.
‘Тебе обязательно было убивать их всех?- Спросила Алона.
– Да, сестра. Они хорошо сражались. Старались не убивать их всех, вот почему мы потеряли так много людей. Знаешь, это труднее, чем ты думаешь, пытаться взять людей живыми.’
Королева Алона фыркнула.
– Это был тяжелый бой. Новые парни, Халион и Коналл, перевернули
– Как же так?’
‘Ну, я был бы счастлив, если бы любой из них стал моим защитником. Если бы я им доверял.’
– Так хорошо?’
‘Да. Халион, старший, он мыслитель. И он уже вел людей раньше, это очевидно. Мои парни направились прямо к нему.’
‘А как насчет другого?’
– Коналл. Он-полная противоположность. Вообще никаких мыслей, сражается, как Летняя гроза. Но он смертельно опасен. Может быть, даже под стать Таллу.’
Алона глубоко вздохнула.
– Кто они, сестра?’
– Бренин не сказал бы, - вздохнула она. ‘Когда я спросил его, он мало что сказал. Сказал, что дал клятву. Ты же знаешь, какой он.’
‘Да. Так что он заберет с собой все, что ему сказали на мосту мечей. Ну и ладно. В них есть что – то такое-оба привыкли отдавать приказы, но не так привыкли их выполнять. И почти не доверяю ни тому, ни другому. Последовала пауза, звук глотка, чашка с грохотом упала. Скрипнул стул.
– Ну что ж, сестра, теперь я за едой и элем.’
– Спасибо, Пен. Бренин будет благодарен, как и я, – она сделала паузу, – и Рагор будет гордиться тобой.’
Шаги у двери прекратились.
‘Не проходит и дня, чтобы я не думал о нем, - пробормотал Пендатран.
– Я молюсь, чтобы разбойник выжил. Мое сердце подсказывает мне, что это были люди Брейта, но было бы неплохо знать наверняка.’
‘Я думаю, если этот человек выживет и докажет, что ты прав, наш король раз и навсегда расправится с Брейтом и его бандитами, - сказала Алона.
Пендатран усмехнулся.
– Мысль об этом, дорогая сестра, приносит радость в сердце старика.’
– Старик, убирайся отсюда, медведь, тебе еще много лет осталось, я думаю.’
Все еще посмеиваясь, Пендатран вышел из комнаты.
Сайвен и Корбан последовали за Эданой обратно через ее комнату и, не говоря ни слова, проскользнули по пустынным коридорам и крутой лестнице, пока не оказались у двери, через которую вошли в крепость.
Сайвен и Корбан прошептали слова благодарности, зная, на какой риск пошла Эдана, тайком проведя их внутрь. Она только усмехнулась.
‘Я могу быть уверена, что вы никому не скажете, не так ли?’
Они торжественно кивнули.
‘А куда ты теперь идешь?- Вдруг спросила Эдана. Корбан посмотрел на солнце,
‘Пойдем посмотрим моего нового жеребенка, - сказал он.
‘Хорошо, - сказала Сайвен, - но мы не сможем остаться надолго.’
– Какой жеребенок?- Спросила Эдана, и Корбан быстро объяснил свой дар. Вскоре все трое уже спешили по тропинке, которая вела из крепости в Гаван, Эдана с поднятым капюшоном плаща.
‘Я не должна покидать крепость без Ронана, моего защитника, - объяснила она.
Дети играли группами на главной улице деревни, собаки бегали и лаяли у их ног. Знакомая фигура одиноко сидела на большом камне у дороги.
– Дат, что ты делаешь?- Крикнул Корбан. ‘Что с тобой случилось?’
– О, ничего. Я упал, - сказал Дат, прижимая руку к щеке.
Эдана шагнула вперед, откинув капюшон. Рот Дата открылся и закрылся, как у рыбы, когда он узнал ее.
‘Не похоже, чтобы это было вызвано падением. Кожа здесь порвана чем-то острым. Эдана осторожно прикоснулась к отметине на лице Дата.
– Кольцо моего отца, - пробормотал дат.
– Он даже не вспомнит, что сделал это завтра. Я просто скажу ему, что упал и ударился лицом о поручень корабля.’
‘Почему он ударил тебя?- Спросила Эдана.
Дат пожал плечами. ‘Он пропустил прилив сегодня утром и с тех пор пил уск весь день.- Он отвел взгляд.
– Он говорит, что я напоминаю ему маму. Не знаю, почему это его злит. Как я уже сказал, он даже не вспомнит о завтрашнем дне.’
‘Тогда ты должен рассказать ему, что он сделал. Когда он трезвый. Это ... это неправильно, - выпалила Сайвен.
‘Ну, это ведь не твоя забота, верно?- Рявкнул Дат. ‘И не торопись судить, что правильно, а что нет. У тебя все еще есть мама.’
В воздухе повисло неловкое молчание. Корбан кашлянул.
‘Пойдем с нами, Дат, - сказал он. ‘Мне сделали подарок. Жеребенка-жеребенка. Приходи и посмотри на него вместе с нами.’
Они уже направлялись к загону, их тени тянулись далеко впереди, когда они услышали всадников на дороге позади. Они спустились по каменистой насыпи, стоя в траве и цветах луга, когда показался всадник.
Это была Брина, целительница, скачущая во весь опор. Дат сделал знак против зла. ‘У меня от нее кровь стынет в жилах, - пробормотал он.
‘Я думала, она останется в крепости на ночь, - пробормотала Эдана, когда Брина исчезла вдали.
– Из-за своих чар она вынуждена находиться ночью в собственных стенах. Чтобы духи, которыми она управляет, не сбежали. Дат посмотрел на их лица и нахмурился. ‘Вы, должно быть, слышали эти истории. Странные звуки, голоса, доносящиеся из ее коттеджа ночью, и никого, кроме нее.’