Зло не дремлет

Вильгоцкий Антон Викторович

– Ты много о них знаешь, как я погляжу, – усмехнулся вампир.

– Доводилось с ними общаться. Когда нам нужно быть в Эльнадоре?

– Чем раньше, тем лучше. Стоило бы отправиться в путь прямо сейчас.

– Нет уж, на это я не способен. Давай уж лучше с утра. Кстати, а как мы туда попадем столь скоро? На лошадях выйдет дней пять пути.

– Это слишком много. Я мог бы перенести тебя по воздуху, обернувшись летучей мышью.

– Что, вцепившись когтями в волосы? Избавь меня от такого «удовольствия».

– Все гораздо проще. Можно изготовить специальные

ремни и что-то вроде сидения. Как детские качели. Наверняка ведь у тебя в хозяйстве найдется подходящий материал.

– Найдется. А ты-то справишься?

– Это будет не так уж легко, но я выдержу. А если мне покушать перед дорогой, полет пройдет без сучка и без задоринки.

– Ничем не могу помочь, – развел руками Борланд. – Подлецов в Альфенроке нет. Хотя… – Весельчак вспомнил о событиях предыдущих дней, – В соседней деревне – она зовется Артолия – живет человек по имени Зорн. На самом деле его зовут Торн, – тут же поправился Борланд. – Но дело, в общем, не в этом, а в том, что он – изряднейший негодяй. Так что можешь, наверное, слетать туда.

– Отлично. Так я и поступлю. А что натворил этот тип с двумя именами?

– Он предал своего брата и растоптал его судьбу. Это в итоге привело к гибели еще нескольких человек.

– Что ж, такого мерзавца непременно следует наказать, – промолвил Ревенкрофт. – Как мне его найти?

– Самый большой и богатый дом в деревне, – ответил Борланд. – Только детей не трогай.

– О чем ты говоришь! – поморщился Ревенкрофт. – Ну, стало быть, до утра.

– Ага. – Борланд отворил дверь спальни. Вампир превратился в темное облако и заструился прочь из комнаты. Борланд проследил за ним взглядом и увидел, как черный туман исчезает за приоткрытой створкой печи. Через мгновение над крышей раздался протяжный резкий крик летучей мыши.

Борланд вернулся на кровать и забрался под одеяло, тая надежду, что на сей раз в его снах не будет томящихся у тролля на куличках коварных магов, жаждущих освобождения.

Вот она открывается, эта проклятая дверь. До слуха лежащего лицом к стене тролля доносятся неторопливые шаги Танариса и его ехидный смешок, ставший неотъемлемой частью каждой их встречи. Какие зверства сотворит эльф сегодня? Что нового вычитал он в десятках толстых энциклопедий пыток, составленных еще первыми темными эльфами – детьми принцессы Сферраны, ее сестер и их общего мужа-демона?

Впрочем, сегодня все должно закончиться. Танарис вовсе не глуп и не настолько своенравен, чтобы не понимать: общее дело куда важнее маленькой личной мести.

Все же в душу Пахрака закрался мерзкий ледяной червячок сомнения. Так ли уж важны те сведения, на которые он желает выменять свою смерть? Покажутся ли они Танарису достаточно ценными, чтобы отпустить каменного тролля в тонкий слой реальности?

Был только один способ проверить это. Незамедлительно затеять торг – до того, как начнутся пытки. Иначе он еще долго не сможет произнести ни слова.

– Здравствуй, Танарис. – Тролль повернулся к эльфу и привстал, опираясь на единственную кисть: вторую ему снес секирой гномий воевода

Кальдерик.

– Привет, урод, – презрительно бросил тот в ответ. Но мгновением позже изумленно вытаращился на Пахрака: – Что? Пленный тролль желает здоровья своему мучителю? Должно быть, рыбы сегодня звонко поют в лесу, рассевшись на сосновых ветвях.

– А почему бы и нет? – Пахрак поднатужился и встал в полный рост. – Я не о поющих рыбах, а о своих словах. Если хочешь знать, Пахрак раскаялся во всех своих преступлениях. Пахрак не хочет больше делать зла.

– Подлизываешься, да? – Танарис исподлобья, с недобрым прищуром смотрел на тролля: – Хочешь, наверное, чтобы я сегодня был не столь жесток, как обычно? Так знай – такая тактика может привести к прямо противоположному результату.

Пальцы правой руки Танариса шевельнулись. Должно быть, он уже приготовился ударить по троллю каким-нибудь изуверским заклятием.

– Я не подлизываюсь, – поспешил возразить Пахрак. – Выслушай меня, Танарис. Я действительно прошу о милости. Но – другого рода.

– Чего же ты хочешь?

Вождь эльганорцев убрал руки за спину. На его лице промелькнуло выражение заинтересованности, которое, впрочем, тут же сменилось обычной маской презрения к серокожему узнику.

– Убей меня, – выпалил Пахрак.

– Это даже больше, чем если бы ты попросил отпустить тебя восвояси, – сказал, рассмеявшись, эльф. – С чего бы это вдруг я подарил тебе эту беспредельную свободу? Ты можешь думать, что вытерпел достаточно, но на мой взгляд – а он здесь решает все – наше с тобой знакомство только началось. – Танарис сложил пальцы в замок и вытянул руки вперед, разминая кисти. – Чем бы таким его приложить для начала? – спросил он сам у себя.

– Постой! – Пахрак и сам подивился собственной дерзости. – У меня есть что предложить взамен. Информация, которая может помочь делу Света.

– Уж, верно, тебе и впрямь невмоготу, раз ты готов даже оказать содействие своим злейшим врагам, – хмыкнув, констатировал Танарис. – Лестно, весьма даже лестно. Значит, я достоин звания Мастера Боли, о чем сегодня же сообщу своим подданным. – Эльф тряхнул ушами – тихо звякнули в обилии вставленные в них серебряные кольца. – Что ж, Пахрак, я готов тебя выслушать. Если твой рассказ действительно что-то значит для Света, я убью тебя сразу по его окончании. Если же нет, – развел Танарис руками, – то не обессудь. Придется тебе корячиться здесь, пока не сдохнешь собственной смертью. А вы ведь, насколько я знаю, живете почти так же долго, как мы. Ну, что там у тебя?

– Лангмар. – Сердце тролля яростно забилось: он не мог поверить, что избавление от жутких страданий на самом деле возможно. – Я знаю, где искать Лангмара.

– А, тот неудавшийся поработитель мира, чьим генералом ты был. Воскреситель дзергов. – Танарис улыбнулся, увидев, как вытягивается от изумления серая морда тролля. – Чему тут удивляться, дружище? Я далеко не все свое время провожу в забавах с тобой. Товарищи рассказали мне, кто такой Лангмар. Упомянули и о том, где он сейчас скрывается. Черные руины, так? Это ты хотел мне поведать?