Зло не дремлет
Шрифт:
– Посмотрим, – пожал плечами упырь. – Может, не так все и страшно. Это мы не смогли с ним справиться, но ведь… не особо-то и пытались.
– Верно, старина! – Борланд хлопнул Ревенкрофта по плечу. – Не страшны нам никакие горбатые уроды. Ну что, давай же займемся делом, ради которого мы сюда прибыли?
– Я полечу к Заффе – извещу его о том, что ты уже здесь, – сказал, кивнув, Ревенкрофт. – А ты отправляйся в центр города, на Сиреневый бульвар. Найди таверну «Торба старого дурня» и жди нас там.
– Вас? – переспросил Борланд. – Ты тоже решил прогуляться
– А почему бы и нет? – ухмыльнулся вампир. – Я же не кадрис какой-нибудь, чтобы всю жизнь скрываться в ночных тенях. Вполне сойду за обычного человека, особенно – в толпе пьяниц, которым, по большому счету, все равно, кто пирует за соседним столиком.
– Что ж, посмотрим, что из этого выйдет, – улыбнулся Борланд.
– Посмотрим. – Ревенкрофт обернулся летучей мышью, поднялся в воздух, полетел в сторону города и вскоре скрылся за каменной стеной. Борланд упаковал в свою безразмерную сумку упряжь для «полетов на вампирах» и зашагал к ближайшему входу в главный город Арлании.
В светлое время суток городская стража лишь внимательно наблюдала со стен за прибывающими в столицу людьми. Ближе к вечеру несколько стражников спускались вниз и стояли в проходах, интересуясь личностью и намерениями каждого, кто входил или выходил. На ночь же все городские ворота запирались.
Когда Борланд приблизился к каменной арке, навстречу ему, оторвав спины от серых плит, двинулись два солдата в легких доспехах и с алебардами в руках.
– Добрый вечер, – сказал, кивнув путнику, один из них.
– Вечер добрый, – бодро откликнулся Борланд.
– Представьтесь, будьте любезны.
Что ж, сразу видно – столица. В отличие от хамоватого сброда, что можно порой встретить в провинциальных городах, охранники местных рубежей были обучены не только навыкам боя, но и основам этикета.
«Представлюсь, куда ж я денусь. Вот уж не думал, что мне придется еще когда-нибудь называть себя этим именем».
– Меня зовут Кедрик. Я – придворный маг его светлости Фирена, герцога Биланского. Вот гербовая печать. – Борланд вытянул вперед правую руку, на которой красовался золотой перстень: покидая Билану, весельчак просто забыл вернуть его герцогу – так же, как хрустальный волшебный глаз – Даргору.
Неожиданно оба стражника отвесили ему поясной поклон!
– Тот самый Кедрик? – спросил, выпрямившись, один из них. – Победитель древнего зла?
«Ах, ну да, о моих недавних подвигах, должно быть, уже не только легенды, но и песни сложили. – Борланд понял причину их показавшегося поначалу странным поступка. – Это дома я – Борланд Истребитель чудовищ, а в остальной Арлании, должно быть, Кедрик – Спаситель Биланы».
– Да, это был я, – сказал Весельчак. – Только не надо излишней учтивости: я, признаться, этого не люблю.
– С какой целью вы прибыли в Эльнадор, мастер? – спросил стражник и тут же виновато развел руками: – Извините, таковы правила.
– Ничего, ребята, я все понимаю. Это ваша работа. – Борланд похлопал служивого по плечу. – Я направляюсь в Академию магии по приглашению ее ректора мессира Дорнблатта. Буду учить молодую
– Ну да, все верно, – кивнул второй стражник. – Сейчас как раз начинается новый учебный год. Не удивительно, что Дорнблатт решил укрепить преподавательский состав Академии таким прославленным волшебником.
– А какова ваша специализация, можно поинтересоваться? – спросил первый. – Я хочу отдать своего сына в Академию в будущем году. Для меня будет великой честью, если он попадет на кафедру именно к вам.
– Боевая магия, конечно. – Весельчак сбросил с плеча ремешок сумки и поставил ее на землю у своих ног. – Вот смотри.
Шагнув к обочине, Борланд носком ноги подцепил валявшийся там небольшой камень и ловким движением подбросил его вверх. А следом запустил с левой руки «заморозку». Стражи ворот, раскрыв рты, наблюдали, как камень прямо в воздухе становится белоснежным куском чистого льда. Но это было еще не все…
Ледышка устремилась вниз – прямо туда, где стоял Борланд. И когда до его головы ей оставалось лететь всего каких-то полметра, Весельчак окружил себя «ледяным куполом». Увесистая сосулька отскочила от магической преграды и вновь взлетела вертикально. Борланд убрал защиту и послал ледышке вдогонку огненный шар с правой. Пламя мгновенно растопило лед, и на стоявших у ворот троих мужчин сверху посыпались мелкие брызги теплой воды.
– Вот приблизительно этим я и занимаюсь, – прижав правую ладонь к груди в области сердца и слегка склонив голову, резюмировал Борланд.
Стражники, бросив наземь свое оружие, принялись аплодировать. Со стен, где стояли их товарищи, тоже раздалось множество усердных хлопков.
– Ну что, могу я пройти? – спросил Борланд, когда овация стихла. – А то уж больно спать хочется, – фальшиво зевнул фальшивый маг.
– Конечно, мастер! – в один голос выпалили оба солдата. – Не смеем вас больше задерживать!
Широкой походкой, насвистывая себе под нос какой-то нехитрый мотивчик, по вечерним улицам арканской столицы шагал одетый с иголочки статный длинноволосый красавец. Висевшие на поясе меч и кинжал в дорогих ножнах выдавали в нем воина, а кошачья пластика и цепкий взгляд свидетельствовали о том, что воин этот – весьма умелый.
В отличие от Биланы, где во время появления Борланда уже начинала нарастать паника и народ потихоньку разбегался из города, на тротуарах Эльнадора вечером было полно людей. В том числе и женщин, многие из которых чуть шеи себе не сворачивали, заглядевшись на импозантного незнакомца. Это, само собой, не ускользнуло от внимания Борланда. Весельчак никогда не возражал против того, чтобы потешиться с симпатичной девицей, но, поскольку он не являлся завзятым ловеласом, то сейчас не обратил особого внимания на этот повышенный интерес со стороны прекрасного пола. «Да и не пристало мне увлекаться альковными радостями, когда на карту поставлена судьба всего мира, – внутренне усмехнувшись, подумал Борланд, видя, как очередная красотка приподнимается на цыпочки, чтобы получше разглядеть его из-за своего прилавка с цветами. – А жаль».