Злая королева
Шрифт:
— Должен ли я и дальше сдерживать ее? — спросил Викандер.
— Не нужно. Рот внушил ей. — Саксон повернулся к Трули. — Если она попросит о помощи, пристрели ее.
Как легко они говорили о том, чтобы причинить мне вред.
«Как легко ты навредила Роту».
Я сглотнула. Парни ушли. «Сейчас или никогда». Я проглотила свою вину и ярость, решив продолжать.
— Слушай меня внимательно. Ты и я? Мы сестры. Близнецы. Король Стефан — мой отец, а королева Вайолет — моя родная мать. Николас — твой дядя.
— Нет. —
«Продолжай».
— Наш отец приказал нас убить. Вайолет и Обри пытались сбежать с нами, но их поймали. Обри удалось сбежать, и она забрала меня в мир смертных вместе со своей дочерью Хартли. Мы оставались там, пока Офелия не пришла с вестью о смерти Стефана.
— Этого не может быть. Я… я не колдунья.
— Наши магические способности разные, как и цвет волос и глаз. Ты больше похожа на Вайолет, а я — на короля Стефана. Возможно, тебе не нужен сифонировать, как мне, но у тебя есть связь с колдунами. Слухи о романе нашей бабушки с Повелителем — правда.
Бледнея с каждой секундой, она покачала головой.
— У тебя нет никаких доказательств.
Несмотря на веревку, я смогла дотянуться до ожерелья и дернуть его, разорвав цепочку. Я швырнула в нее оба украшения.
Она пошатнулась. Ожерелье и кольцо ударились о носок ее сапога.
Трули снова покачала головой.
— Это ничего не доказывает. Ты могла украсть его. Где Обри? Я видела ее портрет. Я узнаю ее. Или нет.
— Я же сказал тебе. Она мертва. — я призналась. — Я не знала, кто я, и что могу делать… не знала, что крала у нее силу каждый раз, когда использовала свою магию. Я… я убила ее.
Она задрожала.
— Я буду дурой, если поверю тебе. Ты скажешь что угодно, чтобы заполучить союзника. — она начала отворачиваться.
Я выпалила:
— Ты с самого начала чувствовала нашу связь. Это не имеет ничего общего с пророчеством, это было только между нами.
Пауза. По ее щеке скатилась слеза, едва не сломав меня заново.
Возможно, она была мне не нужна, но я хотела, чтобы Трули мне поверила. Я все еще любила ее.
— Почему моя мама не говорила о тебе? — мягко спросила она. — А Офелия и Ноэль?
— Вайолет считает, что я заберу ее корону. Офелия и Ноэль — интриганы. Все, что они делают, служит цели, о которой я не знаю. Я знаю только, что они доставили Хартли к армии троллей. — и превратили меня в пороховую бочку, готовую взорваться. «Спокойно. Спокойно». — Хартли — моя сестра по сердцу и кузина по крови. Наша кузина. И ты права. Я сделаю все, чтобы спасти ее… но это не изменит правды.
Я шагнула вперед, надеясь взять ее за руку. Она отшатнулась. «Не обращай внимания на боль».
— Если когда-нибудь Рот узнает о нашей связи, — сказала я ей, — моя судьба будет в твоих руках.
Позади меня зашелестели листья и затрещали ветки. Сердце застучало в горле, я повернулась. Рот вернулся в лагерь, его хмурый взгляд становился все
— Пытаешься использовать свои хитрости на другой жертве, колдунья?
— Как будто это так трудно? — я улыбнулась. — Я заставила тебя вздыхать по мне в рекордное время.
Он провел языком по зубам, раздражаясь.
— Ты ведешь себя так, будто это я сделал что-то не так. Но это не так. Это ты лгунья. Ты воришка.
— Ты прав, — сказала я сладко. — Я должна была признаться в своих секретах, хотя твоя ненависть ко всей моей расе была ясна, и я боялась, что ты отрежешь мне руки. Какой же я была дурой. Когда встречу еще одного принца, то сразу же ему все расскажу. Как думаешь, он расскажет мне о том, что помолвлен с другой женщиной, как ты… ой, неважно.
Он резко посмотрел на Трули.
— Возвращайся в свою палатку, принцесса. Колдунья проведет ночь со мной, и я прослежу, чтобы она никому не причинила вреда.
С невинным видом я сказала:
— Хороший принц хочет залезть в трусики к злой колдунье? У меня сегодня день рождение или у тебя?
С таким видом, словно все заботы мира легли на его плечи, он провел рукой по лицу. Он что, ожидал, что я приму каждое его оскорбление?
— Гордишься неприятностями, которые ты причинила, колдунья?
— А кто бы не гордился? Если только я причинила тебе больше вреда. — пока он возмущался, я подняла подбородок еще выше. — Я совершала ошибки. Некоторые намеренно, некоторые случайно. Если ты хочешь накричать на меня за то, что я сифонировала от тебя, то давай. Я заслужила это. Предала твое доверие не одним способом. Но я не буду брать на себя вину за все ошибки, которые когда-либо совершал каждый колдун.
Он слегка подтолкнул меня к палатке. Я, спотыкаясь, вошла внутрь. Прежде чем войти за мной, он сказал:
— Что бы ты ни услышала, никто не должен входить в палатку.
Когда полог палатки опустился на место, я бросила последний взгляд на Трули, увидев отвращение на ее лице.
«Смотрите, как Эверли притворяется, что ее сердце не разбито. Ненавидимая родителями и сестрой-близнецом».
Судьба-2. Эверли-0.
— Сядь на кровать, — сказал Рот, его голос, как дым, наполнил меня. — Ты останешься там, пока я не разрешу тебе встать.
Еще одно внушение. Мои ноги по собственной воле привели меня к мехам. «Ненавижу это! Ненавижу его! Ненавижу себя».
— Признай это, — сказала я, неуклюже садясь. — Внушение — единственный способ заполучить девушку.
Мышцы снова напряглись на его челюсти. Он сел за стол, сделанный Викандером. Завтра фейри с помощью своей магии превратит этот стол и стул в металлические опилки.
Рот налил себе… виски?
— Ты сказал, что презираешь свою магию и никогда не используешь ее, — сказала я, как будто он нуждался в напоминании. — Как замечательно, что ты решил сделать для меня исключение.