Злая империя
Шрифт:
Его глаза на мгновение задерживаются на мне, и я готовлюсь к тому, что он, возможно, скажет обо всем этом, но вскоре обнаруживаю, что у него нет слов, потому что вместо того, чтобы сказать мне, что он думает, он показывает мне.
Его губы прижимаются к моим в жестоком, оставляющем синяки требующем поцелуе.
Мои руки лежат на его плечах, мои пальцы в его волосах, когда мои губы приоткрываются, углубляя нашу связь и позволяя его языку проникнуть в мой рот.
— Чертовски люблю тебя, Чертовка, — рычит
— Я тоже тебя люблю. Отвези меня домой. Пожалуйста, — умоляю я, мои руки пробегают по его телу и проскальзывают под рубашку. Я не могу удержаться от улыбки на, когда его мышцы напрягаются от моего прикосновения. — Я хочу тебя обнаженным.
— Ммм… — бормочет он, все еще целуя меня. — Не так сильно, как я хочу тебя обнаженной, я уверен.
— Себ, пожалуйста, — хнычу я, когда он начинает покрывать поцелуями мою шею.
— Черт, детка. Ты хоть представляешь, что ты со мной делаешь? — спрашивает он, хотя я получаю хорошую идею, когда он прижимается ко мне бедрами, позволяя мне почувствовать, насколько он тверд у моего живота.
— Я потребую, чтобы ты трахнул меня прямо здесь, если ты не пошевелишься.
— И ты знаешь, что я бы так и поступил.
Жар пронизывает меня, отчего у меня слабеют колени.
Он, блядь, сделал бы это.
К счастью, он передумал и вместо того, чтобы просто уложить меня на капот, он отводит меня в сторону, открывает дверь и сажает на пассажирское сиденье.
Поездка домой почти такая же захватывающая, как и то, что, я знаю, нас ждет, как только мы туда доберемся.
Хватка Себа на руле никогда не ослабевает, поскольку он слишком быстро проходит каждый поворот и проскакивает каждый светофор, который может сойти ему с рук.
К тому времени, как мы въезжаем на огромную подъездную дорожку Чирилло, мое сердце бешено колотится, и я лучше понимаю, что он чувствовал, наблюдая, как я гонялась с этим мотоциклом прошлой ночью.
— Поехали, — рявкает он, не теряя ни секунды.
Явно недостаточно быстро, он распахивает мою дверь и вытаскивает меня наружу, перекидывает через плечо и мчится со мной вверх по лестнице.
— О, привет, где ты—
— Проваливай, — рявкает Себ, прерывая вопрос Тео.
— Ты знаешь, меня чертовски тошнит от того, что меня выгоняют из моего собственного дома.
— Тогда не уходи. Но не говори, что я тебя не предупреждал, — бормочет Себ, скользя рукой вверх по моей ноге, не покрытой чернилами, пока не запускает пальцы мне под трусики и не находит мое ноющее влагалище.
— О, черт, — громко стону я, когда он засовывает свой палец глубоко в меня после того, как обнаружил, что я больше, чем просто немного влажная для него.
— К черту это. Я ухожу. Я не могу сделать это снова, — его сердитый голос гремит по квартире. Я вздрагиваю, чувствуя себя плохо.
Как только все это
Как бы то ни было, Себ пинком закрывает за нами дверь и бросает меня на кровать. Выражение его глаз, когда я нахожу их, заставляет все остальное в моей голове исчезнуть.
— Я недавно говорил тебе, какая ты, блядь, идеальная? — спрашивает он, стягивая через голову толстовку и бросая ее на пол рядом с собой, одновременно снимая ботинки и сбрасывая штаны.
Темные чернила на его бедре привлекают мое внимание, когда он подходит ко мне и упирается коленом в матрас. Но все же он не смотрит на себя.
— Чего ты ждешь? — Шепчу я.
— Руки вверх, — говорит он, обхватывая пальцами мою майку и стаскивая ее с моего тела. Его рука обвивается вокруг моей шеи сзади, когда он снова завладевает моими губами, прежде чем начать дразнящую дорожку из горячих поцелуев и болезненных покусываний, прокладывая путь вниз к моему поясу.
Он расстегивает пуговицу и стягивает мою юбку с ног, за ней быстро следуют трусики, так что я оказываюсь перед ним обнаженной.
— Себ, — хнычу я.
— Сейчас, — протягивает он. — Теперь я собираюсь посмотреть.
Его глаза отрываются от моих, и он проводит ими вниз по моему телу, пока они не останавливаются на чернилах на моем бедре.
— Черт, — выдыхает он, поднимая одну руку, чтобы откинуть волосы назад, и смотрит вниз на дело рук Ди.
В центре изображений — его инициалы, прямо поверх того места, где он их вырезал, а вокруг этих двух букв — самый потрясающий набросок вещей, которые напоминают мне о нас.
— Это ты придумала? — спрашивает он, слегка приподнимая кончик пальца над рисунком и рассматривая все это.
— Да. Я имею в виду, мне немного помогли, но все идеи были моими.
— Детка, это—
— Посмотри на свой.
Встав с кровати, он стягивает боксеры с ног и сбрасывает их с ног.
Его татуировка почти идентична моей. Единственные различия заключаются в том, что у него, очевидно, мои инициалы, и его полностью черный, в то время как у меня есть вспышки цвета, чтобы сделать мою немного более женственной.
— Ди чертовски талантлив, — выдыхает он, попеременно разглядывая наши бедра.
— Угу, — соглашаюсь я. — Значит, тебе это нравится? — Я спрашиваю. Даже после того, как я увидела его реакцию, я немного нервничаю из-за того, что нанесла это на его кожу, не посоветовавшись с ним. Хотя, ему не обязательно было просто соглашаться, как он это сделал.
— Нравится? Я чертовски люблю это. — Его губы находят мои, и он целует меня, пока у меня не перехватывает дыхание, и я прижимаюсь к нему, отчаянно желая большего от него.