Зима волка
Шрифт:
Она моргнула, и на ее щеках появились ямочки.
— Думаю, я это заслужила. Прости.
Клянусь копытами Херне, ее способность смеяться над собой привлекала его так же сильно, как и ее мужество.
Она отпила еще содовой.
— Ребята, вы можете объяснить, что происходит? Пожалуйста.
Взгляд Зеба говорил о том, что трусливая дворняжка возлагает эту задачу на Шея.
По крайней мере, Калум приказал им все рассказать Брианне, и ему не нужно было скрывать правду.
— Нас называют оборотнями или Даонаинами. Мы произошли от Фейри-оборотней. И ты — одна из нас. — Она побледнела.
Зеб
— Я действительно превращаюсь в…
Она подняла руку, призывая его замолчать, и он увидел, как работают ее мысли. Женщина была настолько логична, что это пугало.
— Ты сказал нас. Ты не единственный, кто превращается в собаку?
Шей вздохнул.
— Прекрати оскорблять меня. Я — волк, а не какое-то чертово домашнее животное.
— Оборотень? Так ты кусаешь людей?
— Чертовы человеческие фильмы. — Зеб нахмурился. — Нет. Мы не кусаем людей.
Ее красивые голубые глаза сфокусировались на Зебе, как прожекторы полицейской машины. — Ты тоже оборотень?
— Да.
— И ты думаешь, что и я оборотень?
Черт, она была спокойна. Шей улыбнулся, прежде чем увидел, как ее руки с побелевшими костяшками сжали банку. Не спокойна. Контролирует себя. — Мы знаем, что ты оборотень, потому что наш вид исцеления не действует на людей. Так что да, ты с легкостью можешь превратиться в животное — кошку, медведя, или волка.
— Кот-оборотень? — Она моргнула. — Как Персидская или Сиамская? — Зеб поперхнулся пивом.
— Больше похоже на горного льва, — Шей добавил, — Калум, Алек и Вики — коты-оборотни.
Ее глаза расширились.
— Вики? Нет. Ни за что. Вы накачали меня наркотиками? — Бри попыталась встать, но не смогла. — Вот почему я так слаба. Вы накачали меня наркотиками и у меня галлюцинации.
Решительный стук заставил Бри замолчать. Она закрыла глаза, стараясь не закричать и не впасть в настоящую истерику. Вики? Какая-то кошка? Либо Бри сошла с ума, либо ее накачали наркотиками. Кто-нибудь, дайте мне волшебную пилюлю, чтобы это все закончилось.
Зеб открыл дверь, и произнес глубоким хриплым голосом:
— Козантир.
Без пальто, в черной рубашке с длинными рукавами и черных джинсах, вошел Калум. Она хмурилась, наблюдая затем, как он шел — нет, крался — по комнате, как кот или что-то в этом роде.
Она покачала головой. Последний шанс сохранить реальность, Бри. Следующая остановка — закрытое заведение. Опять же, даже психушке нужны хорошие повара.
— Ты пришел, чтобы помочь мне и все объяснить? — спросила она Калума.
— Не совсем. — Он оценивающе посмотрел на нее стальными серыми глазами. — Я пришел, чтобы назначить Шеймуса и Зебулона твоими наставниками. — Он взглянул на двух мужчин. — Ей нужно немедленно обернуться.
— К чему такая спешка? — спросил Шей.
— Мы пополняем наши магические запасы, когда трансформируемся. Ее исцеление истощило то скудное количество магии, которой она обладала. Донал думает, что если она
Ого. Вместо ужаса она почувствовала облегчение. Не потому ли она слабела с каждым месяцем? Но об этом она подумает позже. Прямо сейчас… О каких странных вещах говорил Калум?
Зеб и Шей смотрели на нее так, словно она была взболтанной газировкой, готовой взорваться.
— Послушай, что бы ни делал наставник, пусть это будет женщина, как Вики. И вообще, кто ты такой, чтобы мне что-то «поручать»? — Она снова попыталась подняться. Ноги подкосились. Дрожа, она обхватила себя руками.
— Прошло меньше года с тех пор, как Вики стала оборотнем, недостаточно долго, чтобы наставлять кого-либо. Единственные Даонаины, с которыми ты проводила время, — это Шеймус и Зебулон. — Губы Калума изогнулись в слабой улыбке. — Я тот, кто попытается подтолкнуть тебя к твоему первому обороту.
Зеб быстро повернул голову.
— Она не сможет обернуться сама?
— Донал думает, что вряд ли, иначе она бы уже давно это сделала. Как только дверь откроется, она сможет вернуться. Открыть ее в первый раз может оказаться непросто. — Глаза Калума зловеще потемнели.
— Шей, объясни, что произойдет. Сейчас. Пока мы разговариваем, она слабеет.
— Я не… — запротестовала Бри.
Не обращая внимания на ее возражения, Шей подхватил ее на руки, как куклу, и усадил к себе на колени. Даже когда ее разум дрожал, тело расслабилось. Он был теплым, а ей так холодно.
— Слушай. — Шей притянул ее ближе, пока она не услышала его голос, грохочущий в груди. — Когда оборотень достигает половой зрелости, дверь в дикую природу — это путь к превращению в животное — появляется в нашем сознании. Маленькая дверь в задней части головы.
— Ты ведешь себя странно. — Дверь в моей голове. Потом он скажет мне, что в Сиэтле продается большой мост…
— Закрой глаза и представь, что ты ходишь кругами. Ищи ее.
Она подняла голову и недоверчиво посмотрела на него, но он просто ждал. Хорошо. Она закрыла глаза, представляя, как вращается лезвие блендера. Нет, Бри, они не шутят. Отнеситесь к этому серьезно. Она действительно посмотрела и почувствовала, как по рукам поползли мурашки. — Тут что-то есть. Я не уверена, что это дверь — там ужасно темно. — Она открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как рот Зеба сжался. — Что?
Он взглянул на Калума. — Козантир поможет тебе открыть ее. — Его напряженный голос напугал ее.
— Я не думаю, что хочу…
— Альтернатива — смерть. — Шей специально выбрал это слово, чтобы напугать ее. — Итак, как только ты сделаешь это — а первый раз это ужасный шок — ты поворачиваешься и находишь эту дверь в своей голове снова. Ты должна пройти через нее, чтобы вновь стать человеком. Калум не может сделать это за тебя, верно, Козантир?
— Я не смогу. Подталкивать тебя к трансформации — рискованно. Если я вмешаюсь и верну тебя назад, прежде чем ты успеешь добраться до двери, ты можешь совсем заблудиться. Чтобы остаться в живых, оборотень должен вернуться сам.