Жизнь

Ларосса Юлия

Моя рука дрогнула, когда я наносила розовую помаду на губы, которые целовал Себастьян, проводив к двери этой комнаты. Память постоянно воспроизводила его слова. Он хочет показать каким мужем может быть. А я хочу насладиться им. Моя душа ожила, а сердце вновь выстукивало его имя. Преданность ему казалась вечной, но только сейчас оно наполнялось робким и наивным счастьем.

Я выдохнула и в последний раз осмотрела свой наряд. Темно-синее узкое платье до колен, с обтягивающими рукавами, волосы собраны на левый

бок и немного косметики на глазах и губах.

Сегодня я стану его. Он ясно дал это понять, а я даже не думала сопротивляться. Ведь моя любовь победила.

Почти.

Взявшись за ручку двери, я вдруг помедлила. В тот вечер, когда он чуть меня не изнасиловал, я очень испугалась. Себастьян сорвался. Он ревновал и злился. Что же будет с ним, когда он узнает, что его уверенность в моей измене – это самообман? Поймет ли он, почему я не оправдывалась, зная, что он не поверил бы мне? Осознает ли он, что гордость не позволила мне испытать унижения, слушая его обвинения и сомнения снова и снова?

Все. Пора срывать маски.

Я вышла из комнаты и направилась к лестнице. По мере приближения к гостиной, мой слух начал улавливать нежную мелодию с красивым женским голосом, напевающим по-испански слова о трогательной любви. Аромат приготовленных блюд насыщал обоняние, когда я спустилась на первый этаж.

Себастьян сидел за длинным обеденным столом в белой рубашке и черных брюках. Свечи, расставленные среди тарелок и бокалов, романтично мерцали огнем.

Мое сердце забилось сильнее, когда я посмотрела на профиль любимого. Он, словно почувствовав мой взгляд или услышав приближение, поднял глаза и встал из-за стола. Но не улыбнулся. Лишь скользнул взором по моей фигуре и обратно.

Я остановилась напротив, чувствуя себя чересчур взволнованно.

– Привет, – пробормотала я и робко улыбнулась. – С днем рождения!

Эскалант не смягчился. Что-то в нем настораживало. Его чувства состояли из накала переживаний и умозаключений, о которых я могла лишь догадываться.

– Спасибо. Ты очень красивая, Зоя.

Это не комплимент. Благодарить его не стоит. Ведь подобные высказывания несвойственны его характеру. Он сам дал понять мне об этом, кажется, уже давным-давно.

Мой судорожный выдох нарушил молчание, повисшее между нами после его слов.

– Единственное, что мне не нравиться, – продолжил он. – Это помада на твоих губах.

О, черт!

Я шагнула к столу и взяла салфетку.

– Это моя новая привычка, – оправдывалась я, смущенно стирая косметику, под его взглядом.

– Мне нравились твои прежние привычки, – тихо проговорил он. – Но от них не осталось и следа.

Я подняла глаза на высокого мужчину, услышав неприкрытую грусть в его словах.

– Давай-ка садиться за стол? – предложил он, отодвигая для меня стул. – Я жутко проголодался!

Глава 43

Расплата

Длинный

обеденный стол, нежный аромат паэльи с креветками и мягкий свет свечей. Я сосредоточенно пыталась выудить наименьший кусочек морепродукта, чтобы сделать очередную попытку его съесть. Напротив меня, сверкая темными взором, расслабленно откинувшись на спинку высокого стула, сидел мой муж.

Мы играли в брак.

– Еще сангрии? – предложил Себастьян.

– У меня есть, спасибо, – промямлила я.

Вкусный слабоалкогольный коктейль с красным вином, бренди и кусочками фруктов был единственным, что я могла проглотить. Предчувствие чего-то нехорошего сковывало льдом все внутри.

В чем же дело?

Может, в его глазах, которые словно жги насквозь? Или в сердито сжатых губах, по которым он проводил пальцем? А может, в настораживающей пульсирующей жилке на смуглой шее?

– Ты очень мало съела, – подметил он тихим голосом с едва уловимой хрипотцой. – Тебе не нравится?

– Все невероятно вкусно! – ответила я.

Но вилку отложила и решилась не увиливать от своих подозрений.

– Но когда я волнуюсь, аппетит изрядно ослабевает.

Его темная бровь приподнялась:

– С чем связано твое волнение, Зоя?

О, неужели он не понимает?! Ах, да, ведь для него я уже искушенная и опытная. Обидно, черт возьми!

– Сама не знаю, – вздернув подбородок, бросила я.

Ах, гордость – моя погибель! И не только моя…

Себастьян еще сильнее сузил глаза и сделал вдох с приподниманием плеч.

– Зоя, помнишь, я однажды пытался тебя убедить, что ни за что не прощу твою… связь с каким-либо мужчиной?

Я, не моргая, выдержала его тяжелый взгляд.

– Даже не знаю, когда смогу такое забыть.

Он усмехнулся, но не глазами:

– Я очень зол из-за этого. Но знаешь в чем абсурд? В том, что я понимаю, что готов принять тебя, даже, несмотря на то, что ты изменила мне. Ведь я сам отдал тебя Варгосу.

И вдруг он резко хлопнул ладонью по столу, словно не сдержав всплеск ярости внутри себя. Я подпрыгнула вместе со столовыми приборами и испуганно хлопнула глазами.

– Черт возьми! – он покачал головой, сокрушаясь. – А ведь сейчас я так надеялся, что ты начнешь убеждать меня в своей невинности!

Наши глаза встретились, и я поняла, что он все еще ждет от меня оправданий. Казалось, самое время облегчить его страдания.

Но разве мой мучитель этого заслужил?

– А как же ты? – вызывающе спросила я. – Разве ты не собираешься убеждать меня в том, что рассказы о твоих оргиях на крыше дома, пьяные купания в джакузи с голыми девушками и конкурсы претенденток на твоих «кукол» – это всего лишь сплетни, Себастьян?