Жизнь
Шрифт:
– Ну, это у тебя так, – чуть вызывающе проговорил он. – А я – непобедимый!
– Ах, ну конечно! Виктор – «победа». Устаревший каламбур…
– Нет, Себ, – оборвал он меня, призывая взгляд на себя. – Моя сила в моей женщине. Она стоит рядом со мной и делает героем этой жизни. Когда я с ней, когда знаю, что она – моя… Ну, ты понимаешь о чем я? Только моя! Тогда я, черт возьми, круче Бэтмена! Или кто там сейчас герой? Я не боюсь ничего и никого!
Слова брата нехотя проникали в мое сознание. Достигали тех
– А если она уйдет? – хрипнул я.
Он улыбнулся, несмотря на трагедию во взгляде.
– Уходила, Себ. Два раза, – тихо ответил он, пробуждая новую волну чувств внутри меня. – И я чуть не сдох! А теперь мне страшно представить хоть на секунду, что она может меня разлюбить. Но, знаешь что? Этот страх делает меня сильнее! Ведь я готов на все, чтобы стать лучшим в ее жизни. Чтобы даже мысленно, одним взглядом она не видела ни одного мужчину вокруг себя. Вот так вот, всегда стремлюсь к совершенству, брат!
Что это я ощущаю? Неужели зависть? Что за…?! Я завидую Виктору?!
– Да, ты Сенека, брат! – заметил я, не очистив голос от своих эмоций.
Нет, сарказма не хватает, чтобы оградить себя от слов брата. Не помогает и цинизм. И страх не так уж силен. Черт возьми, а ведь малышка была права! Я – трус. Мне страшно быть зависимым от нее. Но этот подлый и низкий страх запутал меня. Он не позволил уловить тот момент, когда обратного пути не стало. Когда именно я стал зависимым от Зои Рольдан.
– А еще, – услышал я голос Виктора и посмотрел на него. – Трахать ту, от одного взгляда на которую, дрожат коленки – это лучшее, что может чувствовать мужчина! Уж поверь мне, я знаю. Только с ней я понял, что значит «заниматься любовью». Неважно где, как, когда и сколько. Важно лишь то, что я делаю это с ней!
Где же он был раньше со своими советами? Дерьмо! Да ведь он всегда был рядом! Это я отказывался его слушать! Мое упрямство обмануло меня и загнало в тупик.
– Что же мне делать, брат? – признавая свое поражение, выдохнул я.
– Перестань думать. Чувствуй и делай.
– То есть, поступай, как Виктор? – ухмыльнулся я.
Однако брат не разделял моей горькой иронии.
– Реши, наконец, чего ты больше хочешь! – сурово наставлял он, внушая силу и решимость. – Неужели твоя нынешняя жизнь лучше, чем, так называемая, зависимость от девушки, которая тебя искренне любит?
Глава 40
Тридцатое декабря
Вокруг меня тошнотворно-глупые люди. Невыносимо сложно находится в их кругу и позволять думать, что я подобен им. С каждым днем становится все противнее.
Но скоро все закончится. Мой триумф будет настолько ярок и непредсказуем, что большинство из них не сразу его поймут.
Всякий раз, когда я прокручиваю свой идеально выточенный
На этот раз они больше прежнего уверенны, что им удастся обыграть меня. Просчет за просчетом. Промах за промахом.
Порой становиться невероятно скучно. Благо, ждать осталось совсем немного. А если учесть, что я ждал этого финала больше двадцати лет, то какие-то несколько дней – это пара песчинок на берегу могучего Средиземного моря.
Мне хотелось плакать, глядя на мимо пролетающие картины заснеженных улиц Барселоны. Взрослые и маленькие люди, дома, квартиры, магазины, их прилавки, украшенные рождественскими гирляндами и солнечными лучами… Канун Нового года. Преддверие праздника – это новые возможности или похороны уходящего времени? Все зависит от эмоций, которые живут в человеке с приходом зимы.
А что осталось во мне?
Любовь? Ненависть? Обида?.. Это не весь перечень того, что укоренилось в моем существе. Еще во мне живет он. Мужчина, которого я полюбила с первого взгляда. Парень, который вдохновлял меня. Человек, коснувшийся моего сердца, но лишь для того, чтобы уничтожить его. Не важно, что он делал, как сильно унижал и убивал меня раз за разом – любовь все еще жива во мне. Ненужная ему любовь. Непризнанная им любовь.
Автомобиль остановился у здания городского суда.
Вот и конец.
Слезы снова просили меня выпустить их наружу и дать умереть на промокшей салфетке. Глубоко вздохнув, я дождалась, когда Ксавьер подаст руку, предлагая помощь, чтобы выбраться из машины. Мой темно-бордовый пиджак и такого же оттенка юбка были из твида, но совершенно не грели. Поэтому пришлось накинуть объемное кремовое пальто с капюшоном, который тут же слетел с моей головы от порыва ветра.
Морозный воздух щепал кожу. Я пыталась насытиться им, испытать облегчение, вдыхая холодный кислород. Все тщетно. Особенно когда взгляд скрестился с только что вышедшим из своего авто Себастьяном Эскалантом.
– Буду неподалеку, – понимающе прошептал мне Ксавьер, и отошел в сторону.
Я застыла. Тело уже привычно отказывалось слушать меня при виде этого человека одетого в черный костюм и белую рубашку. Глаза так истосковались по нему! И словно доказывая мне это, одинокая слеза вырвалась из плена ресниц и скатилась по щеке.
Себастьян заметил это. Его брови сдвинулись еще сильнее, и он направился в мою сторону. Минута и я уже вдыхала его аромат. Сквозь пространство чувствовала его рядом. Мое безумие от любви к нему достигло своего апогея.