Жизнь на грани...

Николаец Виктория

В магазине возле дома накупил всего, так как не знал, что девочка предпочитает в еде, еще купил готовые отбивные, курицу-гриль, пельмени, кучу сладкого, сухарики, чипсы там всякие, даже шоколад и мороженное купил.

Вернулся минут через двадцать, в ванной шумела вода, значит, девчонка моется, продукты выложил в кухне на столе, переоделся и пошел обратно. Сидя в машине, позвонил отцу, у него вроде сейчас 11 утра, а у нас вечера, на Камчатке живет всё-таки батя.

– Да, сын. Вы уже на месте?
– он ответил быстро, голос был взволнованный, ждал, значит... было

бы удивительно, если б полковник МВД Медведев Александр Зурабович, не беспокоился о ценном грузе и своем сыне.

– Только приехали. Лейлу оставил у себя, а сейчас поеду к ребятам посмотрю как они там. У тебя все хорошо?

– Да, они ничего не узнали о девочке, дом сгорел целиком. Обнаружено 8 трупов, как предполагают ФБР это тела Мохаммеда, троих его сыновей и прислуги. Но... мой человек доложил, что труп Шамиля по зубной карте не имеет сходства. Он жив Дамир, и я не знаю где и как его сейчас искать. Знаю, что он был тебе другом, но если сейчас поднять кипишь и шмонать везде, мы подвергнем малышку не нужной опасности. Ладно. Завтра позвони, я постараюсь держать тебя в курсе дела.

Вот так всегда, четко, сухо и по делу. Никаких эмоций. Мой отец всегда был таким, казалось, что такое чувства он и не знает, поэтому я очень удивился, когда отец рассказа мне, что и кого нужно спасать и почему.

Мохаммеда я знал еще с детства, но он был другом скорей мне, чем отцу, как оказалось, Мохаммед спас моего отца в Сирии, буквально вынес из-под пуль на поле боя при этом сам заработал четыре ранения, и помог моей матери во время родов, тем, что привез моего отца с войны живым и вовремя. Мой отец решил вернуть долг, таким образом, а я согласился помочь потому-то Мухаммед порой заменял для меня отца... И Шамик просил о помощи.

Шамиль. Старший брат Лейлы, он был моим лучшим другом, в последний раз, когда его видел, мы надрались до такой степени, что ходить сами не могли, тогда же я и узнал, куда влезла их семья... набил рожу этому идиоту, я кричал, думал, убью его. Да и сам он все прекрасно понимал, но говорил, что поздно что - либо менять. Просил позаботиться о Лейле.

И я поклялся, что она будет жить достойной жизнью, где не будет террористов, мстителей и всего прочего.

Шамик на меня переложил ответственность за сестру, он доверил мне ее жизнь. И мне ничего не оставалось кроме как сдержать обещание и спасти малышку.

Не смотря, на то, что мне 25 в жизни, я дерьма всякого уже нахлебался, и к своим двадцати я и еще пара моих друзей детства сформировали некий костяк нашей охранки, ну а сейчас мы занимали руководящие посты, и в дело почти не лезем, охраны хватает. Я, Руслан, Денис служили вместе и Шамик тоже снами, кстати, он то и подтолкнул нас к этой идее, а там, в 95 после развала союза было проще простого свое дело замутить, тем более что ребята проверенные.

Сначала работали втроем, на нас наезжали, но мы парни тоже не простые, объяснили, что к чему, так что с местным авторитетом мы на короткой ноге, сейчас персонала хватает, от меня только требуются тренировки для ребят, Руслан набирает персонал, где берет этих молодчиков сам не знаю, Дэн у нас отвечает

за технику, еще на мне все юридические заморочки, терпеть не могу всю эту бюрократическую тягомотину.

Пока мы располагались на Смоленке, в офисном здании, первый этаж наш и подвал тоже, там хранилище для оружия, спортзал, раздевалки, душевые. Кивнул парням на КПП, улыбнулся секретарше на ресепшине.

В кабинете уже были Рус с Дэном, который сидел на моем столе и держал в руках мобилу, что-то втолковывал Руслану. Не понял, что за херня, эти ж не спорят никогда, я да, просто слишком вспыльчивый, но, а щас то чего случилось? Кто-то из наших накосячил или ранен может? Мать их так, мне и без этого проблем хватает.

– Твою мать! Сука, ты какого хера трубку не берешь? Мы тут уже план продумывали как бы тебя из тюрьмы вытащить!
– гаркнул Руслан, поднялся, хлопнул меня по плечу и уступил мне мое кресло. Дэн сделал то же самое.

– Как все прошло? девчонку забрал?- я от парней не скрываю ничего, ну почти, тем более Шамика они знали, он очень много о Лейле рассказывал. Два дня назад я сказал парням, что Шамиля убили вместе со всей семьей, кроме его сестры, теперь она будет жить со мной. Во что семья Шамиля влезла, я не говорил, это им не к чему.
– Ты видел что происходит? Пиз* просто. Мы думали, вас ни через какую границу, не пропустят.

– Рус, нормально все. Устал я. Еще нужно дом искать.

– Про дом кстати. Есть тут у меня один на примете, завтра съездим, посмотрим. Как девочка?
– Рус всегда был более говорлив и открыт, Дэн же по своей сути одиночка.

– Она не знает ничего. И говорить я не буду. Ее тогда дома не было, а отец Лейлы хорошо ее натренировал на форс-мажорный случай.

Еще не много мы поговорили о проблемах на фирме. Есть крупный заказ, но ребятам он почему-то не нравится. Что-то хозяева темнят. Ладно, с этим потом разберусь. Нужно ехать обратно, Лейла все же там одна.

В квартире было тихо, свет горел только в моей спальне, странно. Блять не могли нас найти так быстро! Вытащил пистолет из кобуры, снял предохранитель. Аккуратно заглянул в комнату.

Лейла лежала на моей постели в обнимку с какой-то фотографией по лицу катились слезы. Млять, только не слезы. Как любой нормальный мужик я этого терпеть не мог, и если мои девки выкидывали, такие номера кончалось, это их вылетом из моей жизни. Но сейчас захотелось успокоить ее, обнять.

– Эй, ты чего ревешь?
– подошел ближе, опустился на корточки, убрал кудрявую темную прядь с лица.

– Я не реву!
– возразила она и хлюпнула носом, спрятала за спину фотографию.

– Ну, ка покажи, что ты там прячешь?
– малышка вздрогнула, испугалась опять.
– Слушай да сколько можно меня боятся? Месяц же этот я тебе ничего не сделал и не сделаю ничего! Я твоему отцу и брату обещал о тебе позаботится!
– рявкнул я, Лейла лишь сжалась в комочек и зажмурилась.
– Хватит реветь или ты завтра поедешь новый дом для нас смотреть вся зарёванная?

– Что? Я никуда не поеду!
– опа! Малышка прекратила реветь и зло посмотрела на меня.